“Цепочка добра: булочка, девочка и чудо света”
Цепочка Добра: Как пекарь Назим и девочка Настя изменили друг друга жизни
Пекарня Назима славилась на весь район. Воздушные булочки с корицей, хрустящие самсы и сладкие пирожки манили прохожих с самого утра. Здесь всегда толпился народ, и звон колокольчика над дверью не умолкал до вечера. Особую любовь Назим питал к маленьким посетителям — для них у него всегда была припрятана скидка, а то и свежая, только с пылу с жару, булочка в подарок. Их сияющие глаза и улыбки благодарных родителей были ему лучшей наградой.
Сам Назим приехал в Россию много лет назад, спасаясь от ужасов гражданской войны и тотальной безработицы, захлестнувших его родной край. Трудолюбивый и упорный, он не боялся работы: был и дорожным рабочим, и дворником. Судьба привела его однажды в кафе восточной кухни, и там, попробовав местную выпечку, он с удивлением понял: это совсем не тот вкус, что хранила его память. Того самого, знакомого с детства, душистого и насыщенного, здесь не было. Так в его сердце родилась мечта — собственная пекарня, где он вместе с супругой Фатимой будет делиться с людьми частичкой своего дома.
Путь к мечте был тернистым, но упорство и тяжелый труд победили. С момента, когда Назим впервые испек свою первую булочку, прошли годы, за которые он успел стать не только уважаемым мастером, но и отцом, и дедушкой.
Доброе сердце пекаря не знало границ. Он не только угощал детей, но и никогда не забывал о братьях наших меньших. Бездомные собаки и кошки знали: у этого человека всегда найдется для них ломоть вчерашнего хлеба или пара несладких пирожков. Он помогал местному приюту, свято веря, что если ты спас хотя бы одну жизнь, твой день прошел не зря.
Именно с этого ритуала — кормления бездомных животных — началось то самое утро. Пока Фатима хлопотала у плиты, Назим вынес на улицу противень с остатками вчерашней выпечки.
«Терпение, мои хорошие, всем хватит», — приговаривал он, наблюдая, как дворняги и облезлый кот-британец, выброшенный когда-то жестокими хозяевами, делят угощение.
Вдруг его тихонько тронули за плечо.
— Дяденька, а можно мне кусочек хлебушка? — раздался тихий голос.
Назим обернулся и увидел худенькую девочку лет десяти, которая робко протягивала к нему ладошку. Ее бледное личино и слишком большие, серьезные глаза больно сжали ему сердце.
— Детка, зачем тебе черствая? Сейчас, я тебе свежую, с пылу с жару дам! Хочешь? — взволнованно предложил он.
— У меня… у меня не хватит денег, — девочка виновато опустила глаза, сжимая в кулачке несколько монет.
Сердце Назима сжалось еще сильнее.
— Какие деньги?! Бери просто так, слышишь? У меня внук твоих лет, да я с тебя денег брать буду?
Он зашел внутрь, быстрыми движениями наполнил бумажный пакет свежими булочками и пирожками, а сверху, подумав, положил пару персиков и наливное яблоко.
— Вот, держи. Если голодна, присядь на лавочку, поешь не спеша.
— Спасибо большое, но мне нужно идти, — улыбнулась девочка, прижимая драгоценный пакет к груди, и быстрыми шагами направилась к городской площади.
— Гляди, какая малютка, а уже по улицам одна шныряет, — с тревогой заметила Фатима, и на ее глазах выступили слезы.
Назим ловил себя на странном, необъяснимом чувстве тревоги. Внутренний порыв был сильнее разума. Решительно сняв фартук, он махнул рукой жене: «Скоро вернусь!» — и заспешил вслед за маленькой фигуркой.
Догнать ее он смог только у самой площади. Пекарь уже хотел окликнуть девочку, как вдруг увидел, как навстречу ей с радостным визгом помчался огромный лохматый пес.
«Лакки, иди ко мне, мой хороший! Смотри, что я принесла!» — взволнованно крикнула она, доставая из пакета булочку.
Пес послушно сел, замер и лишь радостно вилял хвостом.
«Соскучился, да? Я же говорила, что вернусь», — девочка запустила пальцы в его густую шерсть.
Назим, затаив дыхание, наблюдал, как эта необычная парочка разворачивает целое представление. Девочка командовала, а Лакки ловил на лету мячик, грациозно прыгал на задних лапах и выполнял трюки один сложнее другого. Казалось, они понимали друг друга с полуслова. Вокруг моментально собралась толпа, зрители смеялись, аплодировали, и в течение десяти минут на площади царил настоящий праздник.
В конце выступления девочка и ее пес поклонились, и она прошлась с картонной коробкой по зрителям. Сердце Назима обожгло болью и гордостью одновременно, когда он увидел, как в коробку падают в основном мелкие монеты. Его рука сама потянулась к кошельку. Не глядя, он выгреб оттуда все содержимое — несколько тысяч рублей и горсть мелочи — и опустил в коробку.
Девочка подняла на него удивленные глаза.
— Дяденька, вы, наверное, ошиблись… Здесь слишком много…
— Бери, заслужила! — с жаром перебил ее Назим. — Прямо как в настоящем цирке! Ты — волшебница!
Она улыбнулась ему своей светлой улыбкой, по-театральному склонила голову, собрала свои вещи и, пристегнув Лакки на поводок, направилась к ближайшим многоэтажкам. Назим, не в силах отпустить ее одну, предложил проводить. К его удивлению, девочка с радостью согласилась.
По дороге он узнал, что ее зовут Настя, а Лакки — это «Счастливчик», которого она два года назад нашла в мешке у мусорных баков еще слепым щенком и выходила из соски. Девочка оказалась круглой отличницей, и Назим с долей зависти подумал о своем внуке Руслане, которому учеба давалась с трудом.
— Вот мы и пришли. Заходите в гости, мама будет рада, — сказала Настя, указывая на подъезд.
Назим, немного смутившись, согласился. Дверь на первом этаже открыла сама Настя.
— Мам, я дома! И у нас гость — дядя Назим, он нам сегодня очень помог!
Из комнаты вышел усталый женский голос:
— Доченька, ты так долго…
Назим замер на пороге, и в первую секунду в голове пронеслась гневная догадка: «Неужели пьяна? Заставляет ребенка попрошайничать!» Он инстинктивно попятился к выходу, но когда женщина вышла в свет прихожей, его сердце упало.
Молодая, красивая женщина шла, неуверенно ощупывая стену рукой. Она была слепа.
Осознание этой страшной правды ударило Назима, как обухом. Он с трудом сдержал слезы, особенно когда Настенька ловко и заботливо усадила маму на кухне, налила чай и насыпала корм Лакки.
За чаем история раскрылась. Ее звали Татьяна. Семь лет назад в автокатастрофе погиб ее муж, а она сама потеряла зрение. Настю тогда спасло то, что она гостила у бабушки.
— Коленька мой погиб, а я… обречена жить в темноте, — с горькой покорностью сказала Татьяна.
— Не наговаривай, мамочка! Ты сама говорила, что такие травмы лечат за границей! — с горячностью воскликнула Настя.
— А где нам взять такие деньги, дочка? Много ли я заработаю, собирая прищепки в обществе слепых? — тихо ответила мать.
Взгляд Назима упал на старенький холодильник. На нем стояла трехлитровая банка, на треть заполненная мелочью. К банке была приклеена записка, выведенная детским почерком: «На операцию маме».
Вот тогда Назим все понял. Вся правда обожгла его, заставив сжаться горло. Эта хрупкая девочка, эта маленькая героиня, тайком от мамы выступала на площади, чтобы подарить ей свет. Осознание этого подкосило его. Собираясь уходить, он твердо пообещал Татьяне: «Я сделаю все возможное. И присмотрю за Настей».
Дома, рассказав историю семье, он увидел в глазах жены, детей и внука те же слезы и то же желание помочь.
— Забери ее с площади, — предложила Фатима. — Пусть выступает у пекарни. Будет и накормлена, и под присмотром.
Так и порешили. Уже на следующий день у стен пекарни Назима давалось цирковое представление. Выступление Насти и Лакки вызвало такой ажиотаж, что выпечка с прилавков сметалась за считанные минуты. Назим не помнил таких продаж за всю свою жизнь. Переполненный чувствами, он плакал, обнимая Настю, а Лакки в тот день ел пирожки с мясом до отвала.
Настя выступала у пекарни три дня. А на четвертый… проснулась знаменитой. Внук Назима, Руслан, снял их номер на телефон и выложил в интернет. Видео стало вирусным, облетело все новостные порталы. Случайно мальчик сделал великолепный подарок и деду, и своей новой подруге.
Пекарня Назима превратилась в местную достопримечательность. Пришлось нанимать новых работников и работать в две смены. А к Насте посыпались предложения о рекламных контрактах. Ее фото с Лакки стало брендом, символом добра и надежды. История слепой матери и ее дочери-героини тронула тысячи сердец. Благотворительные фонды подключились к помощи, и необходимая для операции в швейцарской клинике сумма была собрана за несколько дней.
— Мне кажется, это сон… — шептала Татьяна, держа руку Назима, когда он сообщил ей радостную новость.
— Нет, мамочка, это не сон. Теперь ты увидишь солнце! — обнимала ее Настя.
Чтобы девочка не летела одна с больной матерью, Назим отправил с ними своего племянника Тимура, доброго и отзывчивого парня, который приехал недавно помогать с расширением бизнеса. Единственным, кто тяжело переживал разлуку, был Лакки. Пес, оставшийся у Назима, тосковал, отказывался от еды и лишь вздрагивал при каждом шуме за дверью.
Но всему приходит конец, даже грусти. Когда самолет приземлился и улыбающаяся Татьяна, держась за руку Насти, самостоятельно сошла по трапу, Лакки, сорвавшись с поводка, радостно бросился к ним, повизгивая и пытаясь лизнуть в щеку обеих хозяек.
А позади них, счастливый и немного смущенный, шел Тимур. За два месяца, проведенные вместе, он и Татьяна, сплоченные общей заботой, прониклись друг к другу самыми нежными чувствами. Любовь пришла тихо и осталась навсегда.
На родине их встречали как героев. Их история дарила надежду тысячам людей. Бизнес Назима из одной пекарни вырос в сеть магазинов восточных сладостей. Управляющей в одном из них теперь работает Татьяна, вышедшая замуж за Тимура.
Настя больше не дает уличных представлений. Она по-прежнему учится на одни пятерки и мечтает о театральном училище. А Лакки, как и прежде, обожает своих хозяек и сладкую выпечку Назима, которым добрый пекарь по-прежнему балует верного пса.
Едва ли Назим мог тогда предположить, что, протянув руку помощи маленькой девочке, он запустит невероятную цепочку добра. Звено за звеном, она сплела судьбы этих людей, сделав счастливыми не только его семью, но и каждого, кто оказался ее частью. И доказала, что даже маленькое доброе дело может изменить мир.