Порвали платье нищенке, но тут пришёл дедушка
Шёпот в зале мгновенно стих. Музыка оборвалась на полуслове.
Мой дедушка, Ричард Хейл — человек, чьё имя заставляло трепетать весь финансовый сектор страны, — шёл по залу медленно и уверенно. Гости расступались перед ним, как перед императором.
Я стояла неподвижно, чувствуя холодный сквозняк на обнажённой спине из-за разошедшегося шва платья. Моя миниатюрная фигура — ростом всего в пять футов, с выразительными женственными изгибами бёдер — сейчас казалась мишенью для сотен глаз. Но я не опустила голову. Я стояла прямо.
Селина Уорд поспешила сделать шаг вперёд, натянув свою самую очаровательную улыбку:
— Мистер Хейл! Какая честь. Мы как раз обсуждали, что некоторые гости не понимают правил приличия этого вечера и…
Дедушка даже не взглянул на неё. Он прошёл мимо Селины так, словно она была пустым местом, и остановился прямо передо мной.
Его суровые глаза потеплели. Он аккуратно снял свой роскошный кашемировый пиджак и накинул его мне на плечи, скрывая порванную ткань.
— Прости, что заставил ждать, моя дорогая, — громко, на весь зал произнёс он. — На дорогах были пробки. Но я успел привезти то, что принадлежит тебе по праву.
Он открыл синюю бархатную шкатулку. На атласной подушечке внутри сверкала легендарная «Слеза океана» — сапфировое ожерелье стоимостью в сорок миллионов долларов, которое считалось утерянным последние тридцать лет.
Часть 2
По залу прокатился глухой коллективный вздох. Лицо Селины Уорд мгновенно потеряло всю краску. Её идеальный макияж теперь казался маской на мертвенно-бледной коже.
— Это… этого не может быть, — прошептала она, делая шаг назад. — Она же… она просто обычная сотрудница…
— Она — моя единственная внучка и главная наследница всей империи Hale Industries, — ледяным голосом произнёс дедушка, поворачиваясь к застывшей толпе. — А также — главный спонсор и организатор этого благотворительного бала, на который вы все так стремились попасть.
Я спокойно застегнула пиджак дедушки на одну пуговицу. Накинутая мужская вещь на моей невысокой фигуре смотрелась неожиданно дерзко и стильно — гораздо лучше, чем скромное платье, которое только что испортила Селина.
— Селина, — обратилась я к ней, сделав шаг вперёд. Мой голос звучал мягко, но в нём звенела сталь. — Вы правы. Некоторые люди действительно готовы на всё ради приглашения сюда. Например, ваша семья, которая три месяца умоляла наш фонд одобрить вам квоту на этот вечер.
Я повернулась к начальнику службы безопасности, который уже стоял за спиной Селины.
— Аннулируйте пригласительные билеты семьи Уорд. И внесите их в чёрный список всех наших благотворительных и деловых мероприятий. Навсегда.
— Нет! Мистер Хейл, пожалуйста! — взвизгнула Селина, умоляюще глядя на моего дедушку. — Это недоразумение! Кто-то испортил платье вашей внучки, я просто пошутила!
— Я знаю, кто это сделал, — спокойно ответила я, указывая на экраны проекторов, где транслировалась кадры с камер наблюдения зала. На огромном экране в режиме повтора крутился момент, когда Селина, проходя мимо меня, незаметно зажала в руке лезвие и полоснула им по скрытой молнии моего платья. — Наши камеры фиксируют абсолютно всё. И за умышленную порчу чужого имущества, а также публичное оскорбление, вам придётся ответить перед законом.
Два охранника вежливо, но твёрдо взяли Селину под локти и повели к выходу под презрительные взгляды вчерашних «друзей», которые уже спешно отворачивались от неё, чтобы не портить отношения со мной.
Дедушка улыбнулся, взял меня под руку и повёл к центру зала. Музыка заиграла вновь, но теперь это был торжественный марш в мою честь.
Шёпот в зале мгновенно стих. Музыка оборвалась на полуслове.
Мой дедушка, Ричард Хейл — человек, чьё имя заставляло трепетать весь финансовый сектор страны, — шёл по залу медленно и уверенно. Гости расступались перед ним, как перед императором.
Я стояла неподвижно, чувствуя холодный сквозняк на обнажённой спине из-за разошедшегося шва платья. Моя миниатюрная фигура — ростом всего в пять футов, с выразительными женственными изгибами бёдер — сейчас казалась мишенью для сотен глаз. Но я не опустила голову. Я стояла прямо.
Селина Уорд поспешила сделать шаг вперёд, натянув свою самую очаровательную улыбку:
— Мистер Хейл! Какая честь. Мы как раз обсуждали, что некоторые гости не понимают правил приличия этого вечера и…
Дедушка даже не взглянул на неё. Он прошёл мимо Селины так, словно она была пустым местом, и остановился прямо передо мной.
Его суровые глаза потеплели. Он аккуратно снял свой роскошный кашемировый пиджак и накинул его мне на плечи, скрывая порванную ткань.
— Прости, что заставил ждать, моя дорогая, — громко, на весь зал произнёс он. — На дорогах были пробки. Но я успел привезти то, что принадлежит тебе по праву.
Он открыл синюю бархатную шкатулку. На атласной подушечке внутри сверкала легендарная «Слеза океана» — сапфировое ожерелье стоимостью в сорок миллионов долларов, которое считалось утерянным последние тридцать лет.
Часть 2
По залу прокатился глухой коллективный вздох. Лицо Селины Уорд мгновенно потеряло всю краску. Её идеальный макияж теперь казался маской на мертвенно-бледной коже.
— Это… этого не может быть, — прошептала она, делая шаг назад. — Она же… она просто обычная сотрудница…
— Она — моя единственная внучка и главная наследница всей империи Hale Industries, — ледяным голосом произнёс дедушка, поворачиваясь к застывшей толпе. — А также — главный спонсор и организатор этого благотворительного бала, на который вы все так стремились попасть.
Я спокойно застегнула пиджак дедушки на одну пуговицу. Накинутая мужская вещь на моей невысокой фигуре смотрелась неожиданно дерзко и стильно — гораздо лучше, чем скромное платье, которое только что испортила Селина.
— Селина, — обратилась я к ней, сделав шаг вперёд. Мой голос звучал мягко, но в нём звенела сталь. — Вы правы. Некоторые люди действительно готовы на всё ради приглашения сюда. Например, ваша семья, которая три месяца умоляла наш фонд одобрить вам квоту на этот вечер.
Я повернулась к начальнику службы безопасности, который уже стоял за спиной Селины.
— Аннулируйте пригласительные билеты семьи Уорд. И внесите их в чёрный список всех наших благотворительных и деловых мероприятий. Навсегда.
— Нет! Мистер Хейл, пожалуйста! — взвизгнула Селина, умоляюще глядя на моего дедушку. — Это недоразумение! Кто-то испортил платье вашей внучки, я просто пошутила!
— Я знаю, кто это сделал, — спокойно ответила я, указывая на экраны проекторов, где транслировалась кадры с камер наблюдения зала. На огромном экране в режиме повтора крутился момент, когда Селина, проходя мимо меня, незаметно зажала в руке лезвие и полоснула им по скрытой молнии моего платья. — Наши камеры фиксируют абсолютно всё. И за умышленную порчу чужого имущества, а также публичное оскорбление, вам придётся ответить перед законом.
Два охранника вежливо, но твёрдо взяли Селину под локти и повели к выходу под презрительные взгляды вчерашних «друзей», которые уже спешно отворачивались от неё, чтобы не портить отношения со мной.
Дедушка улыбнулся, взял меня под руку и повёл к центру зала. Музыка заиграла вновь, но теперь это был торжественный марш в мою честь.