Втащила сумку без спроса — уехала с пожаром!
ЧАСТЬ 1: БАРАЧНАЯ ФИЛОСОФИЯ В ДЕЙСТВИИ
— Скалкой, говоришь? — я мягко улыбнулась, продолжая вытирать стол. Внутри меня уже закипала холодная ярость, но многолетняя практика работы с капризными клиентами научила меня держать лицо в любой ситуации.
— Ну конечно! — обрадовалась Людка моей покладистости и захлебнулась чаем из моей любимой фарфоровой кружки. — Хрустнуть должно так, чтобы в пятки отдало! Вот это я понимаю — лечение. Ладно, Наташка, давай к делу. Я чего приехала-то. В общем, я тут курсы маникюра в городе нашла. Буду учиться три месяца. Жить у вас буду, Тёма уже разрешил. Сказал, места полно, на диване в зале улягусь. Мы же свои! Заодно и готовить вам буду нормальную еду, с жирком, а то совсем исхудали на своей индейке.
В этот момент в прихожую вошел Артём — в рабочей робе, пропахший цементом и побелкой. Увидев Людку, он радостно оскалился:
— О, Людок! Добралась? Ну и отлично. Наташ, ты не против же? Люда девка тихая, мешать не будет. В тесноте, да не в обиде. В общаге у нас вообще по пять человек в комнате жили, и ничего, дружно!
Я посмотрела на мужа. Хороший парень, добрый, работящий. Но эта его привычка путать личную семейную квартиру с коммунальным бараком уже переходила все разумные границы. До Людки у нас неделю жил его троюродный брат, который искал работу, а до этого — дядя Вася, приехавший на обследование. Причем все они считали, что мой холодильник — это бесплатная столовая, а я — круглосуточная горничная.
— Артём, зайди на секунду в спальню, — спокойно сказала я.
В комнате я повернулась к мужу и посмотрела ему прямо в глаза:
— Тёма, это моя квартира. Я купила её до брака, заработав каждый метр своими руками. Твоя сестра не будет здесь жить три месяца. И три дня не будет.
— Наташ, ну ты чего? — Артём растерянно захлопал глазами. — Она же родня! Куда я её выгоню — на вокзал? Ну по-человечески же надо… Мы же одна семья теперь!
— Семья — это ты и я, — отрезала я. — А Людка — это твоя родственница, которая даже не удосужилась спросить моего разрешения. Раз ты уже дал добро, не подумав обо мне, решать этот вопрос я буду сама. Пошли на кухню.
ЧАСТЬ 2: СЕАНС ШОКОВОЙ ТЕРАПИИ
Когда мы вернулись, Людка уже вовсю перекладывала мои дорогие профессиональные крема для массажа на полке в ванной, заменяя их своими дешёвыми тюбиками.
— Люда, — окликнула её я, встав в дверях. — Ты говорила про хондроз и бабкины методы со скалкой. Знаешь, я как дипломированный специалист по медицинскому массажу вижу, что у тебя у самой шея совсем не двигается. Плечи зажаты, седьмой позвонок выпирает — классический вдовий горб начинается. Твоя бабка тут не поможет. Хочешь, я прямо сейчас сделаю тебе настоящий, глубокий лечебный массаж? Совершенно бесплатно, по-родственному.
Людка обернулась, её глаза загорелись халявой:
— Ой, а давай! А то спина и правда в поезде затекла. Покажи свой хваленый салонный класс!
— Раздевайся до пояса и ложись на диван в зале, — скомандовала я, доставая из шкафа бутылочку со специальным разогревающим маслом на основе экстракта красного перца и камфоры, которое я использовала только для самых запущенных случаев антицеллюлитного массажа.
Людка улеглась на живот, довольно покряхтывая. Я налила масло на ладони и начала сеанс.
Первые две минуты я просто разогревала кожу, но затем пустила в ход всю силу своих рук. Я интуитивно нащупала триггерные точки на её лопатках и со всей силы надавила большими пальцами на трапециевидную мышцу.
— Ой-ёй-ёй! — взвизгнула Людка, дернувшись на диване. — Больно же! Наташка, ты чего творишь? Полегче!
— Люда, лежи, это соли выходят! — ледяным, авторитетным тоном доктора произнесла я, переходя к жесткому воротниковому захвату. — Ты же сама хотела «до хруста» и «до пятки». Терпи, мы же свои!
В этот момент термоактивное масло начало действовать. Кожа Людки мгновенно вспыхнула багровым цветом, и её спину обдало неистовым, нестерпимым жаром. Ей показалось, что на неё вылили чан с кипящей смолой.
— Горы-ы-ю! — истошно завопила Людка, пытаясь сползти с дивана. — Кожу жжет! Ты чем меня намазала, садистка?! Тёма, спаси, она меня заживо поджаривает!
Артём испуганно заглянул в зал, но я строго подняла руку:
— Артём, не мешай! У твоей сестры тяжелейший застой лимфы, если сейчас не проработать зоны, её завтра парализует! Люда, лежи! Сейчас будем выкатывать!
Я взяла с журнального столика тяжелую, гладкую деревянную массажную палочку для точечного воздействия и с силой провела ей по её горящей спине. Людка взвыла так, словно её резали без ножа. Она подскочила с дивана как ошпаренная, на ходу натягивая кофту прямо на жирное, пылающее огнем тело. Из её глаз градом катились слезы, а лицо выражало дикий, первобытный ужас.
— Сумасшедшая! Психопатка! — кричала она, судорожно хватая свои кроссовки и пытаясь втиснуть в них ноги. — Тёма, у неё же крыша поехала! Она меня чуть калекой не сделала! Да пошли вы со своей квартирой и своими порядками! Ноги моей здесь больше не будет!
Людка схватила свою необъятную клетчатую сумку, которая так тяжело ухнула в моей прихожей час назад, и, не завязывая шнурков, пулей выскочила на лестничную клетку. Дверь за ней захлопнулась с оглушительным стуком.
В квартире воцарилась тишина. Артём стоял у окна, разинув рот, и переводил взгляд с двери на меня.
— Наташ… ты зачем так с ней? — тихо спросил он. — Ей же правда больно было.
— Ей было полезно, Тёма, — спокойно ответила я, убирая масло в шкаф. — Больше она к нам жить не приедет. И её мама не приедет. И вообще, дорогой мой, запомни раз и навсегда: наш дом — это не вокзал и не общежитие. Здесь действуют мои правила. Если кто-то из твоих родственников захочет приехать в гости — они сначала звонят мне и спрашивают разрешения. А если приедут без спроса — у меня еще осталась целая бутылка этого замечательного масла. Понял?
Артём судорожно сглотнул, посмотрел на мои крепкие, натренированные руки массажиста и понимающе кивнул:
— Понял, Наташенька. Всё понял. Давай я полы в прихожей помою, а то Люда там натоптала…
Я улыбнулась и пошла на кухню пить чай. Из камамбера и индейки получился отличный, тихий ужин на двоих. Мои границы были защищены, а муж раз и навсегда усвоил урок анатомии семейной жизни.

