ЧАСТЬ 1: ПУЭР С ПРИВКУСОМ УНИЖЕНИЯ

Даша стояла у стола, как заправская статуя в буддийском храме. Внутри неё кипел не пуэр, а настоящий вулкан из чистой, нефильтрованной ярости, но снаружи она была сама невозмутимость. Олег Владимирович, человек, чей затылок напоминал три спасательных круга, надетых друг на друга, продолжал свой лингвистический перформанс.

Он думал, что знает китайский. На самом деле он знал три слова, два из которых выучил по этикеткам на дешевых кроссовках, а третье — из меню доставки суши, которое он почему-то считал китайским учебником.

— Господин Ван, — просипел Олег Владимирович, пытаясь изобразить тональность мандаринского наречия, но вместо этого издавая звуки, похожие на предсмертный хрип старого пылесоса. — Посмотрите на эту… как её… «сяо-мяо». Мысли в голове — ноль. Чистый вакуум. Она думает, что пуэр — это марка машины, а не чай. Если наш завод встанет, я её в свой новый ночной бар возьму. Будет там пилоны протирать. Фигура есть, мозгов не надо. Ха-ха!

Мистер Ван, настоящий китайский бизнесмен, чьё лицо было настолько гладким, что об него можно было затачивать бритвы, сидел неподвижно. Он понимал, что его партнер — идиот, но протокол требовал вежливой улыбки.

Даша плавно опустила чайник. Она представила, как выливает кипяток прямо на золотые часы Олега Владимировича, но вовремя вспомнила про ипотеку, операцию отца и тот факт, что за порчу имущества олигарха её заставят мыть полы в этом ресторане до 2085 года.

«Спокойно, Даша», — шептал её внутренний голос, который в этот момент подозрительно напоминал Шаолиньского монаха с дробовиком. — «Ты закончила магистратуру в Шанхае. Твой диплом по востоковедению лежит в тумбочке, а твое знание диалектов лучше, чем у половины Пекина. Пусть этот мешок с деньгами думает, что он лингвистический гений».

Олег Владимирович тем временем вошел в раж. Он решил окончательно добить мистера Вана своими познаниями.

— Эй, ты! — он ткнул пальцем в сторону Даши. — «Ни-хао»! Принеси еще этих… «дамплингов». Только быстро! Шнеллер! Ой, это из другого фильма. Короче, шевели булками, «маленькая птичка».

Он повернулся к мистеру Вану и добавил на своем «китайском» (который на самом деле звучал как набор случайных звуков, имитирующих падение кастрюли с лестницы):

— Она даже не понимает, что я её сейчас назвал курицей безголовой. Эти русские бабы такие тупые, господин Ван. Красивые, но внутри — пустая коробка из-под лапши.

Даша поклонилась так низко, что её челка почти коснулась бамбуковой доски. В голове пронеслась мысль: «Интересно, если я сейчас отвечу ему на классическом вэньяне, у него инфаркт случится сразу или после того, как он узнает цену его контракта?»

Она вышла в коридор. Стены ресторана «Великая Стена» (в котором из великого были только счета за ужин) давили на неё. Коллега Наташа, пробегающая мимо с подносом, шепнула:

— Даш, ну что там? Наш кабан опять в мастера кунг-фу играет?

— Наташ, он не в мастера играет. Он играет в человека, который очень хочет потерять десять миллионов долларов, сам того не осознавая.

Даша достала телефон. Сообщение от мамы: «Папе лучше, но нужны еще лекарства. Держись там, доченька». Даша сжала телефон так, что экран жалобно хрустнул.

Ей нужно было вернуться. Ей нужно было подать те самые «дамплинги». Но она решила, что сценарий вечера пора менять. Олег Владимирович думал, что он играет в шахматы, но он даже не заметил, что Даша уже давно разложила здесь доску для го.

Она поправила фартук, вытерла невидимую пылинку с подноса и глубоко вздохнула. В коридоре пахло жасмином и жадностью Олега Владимировича.

«Ну что ж, Олег Владимирович», — подумала она, входя обратно в VIP-зал. — «Приготовьтесь. Сейчас ваша “пустая коробка из-под лапши” покажет вам, что такое настоящий культурный шок».

В зале стоял дым от дорогих сигар. Олег Владимирович как раз объяснял мистеру Вану на смеси русского мата и ломаного мандаринского, почему подмосковная земля — это лучшее место для завода по производству пластиковых тапочек. Мистер Ван выглядел так, будто он очень хочет совершить харакири, лишь бы не слушать этот перевод.

Даша подошла к столу. Она поставила тарелку с дымящимися дим-самами точно в центр.

— Ваш заказ, — сказала она по-русски, а затем, выждав паузу, которая была длиннее, чем Великая Китайская стена, посмотрела прямо в глаза мистеру Вану.

И тут воздух в кабинете замерз.

**Продолжение в комментарии…**

### **ЧАСТЬ 2: ЛИНГВИСТИЧЕСКИЙ НОКАУТ И ВЕЛИКИЙ ПОЗОР**

Даша заговорила. Но это не был лепет официантки. Это была речь императрицы, которая только что обнаружила таракана в своем дворце. Она обратилась к мистеру Вану на безупречном, кристально чистом мандаринском языке с легким шанхайским акцентом, который считается признаком высшего образования.

— Глубокоуважаемый господин Ван, — произнесла Даша, и её голос зазвучал как серебряный колокольчик. — Позвольте мне принести глубочайшие извинения за то, что вам приходится выслушивать этот лингвистический мусор от человека, чей уровень интеллекта едва дотягивает до уровня недожаренного баклажана.

Олег Владимирович, который в этот момент пытался засунуть в рот целый дим-сам, замер. Его челюсть отвисла, и несчастный пельмень выпал обратно в тарелку с характерным шлепком.

Мистер Ван, напротив, мгновенно преобразился. Его спина выпрямилась, а в глазах зажегся огонь неподдельного интереса.

— О? — воскликнул он по-китайски. — Вы владеете языком Неба, юная леди? Откуда у вас такое произношение?

Даша, не обращая внимания на пунцовое лицо своего «хозяина», продолжала:

— Я магистр востоковедения Шанхайского университета, господин Ван. И мне больно видеть, как этот… господин, — она слегка кивнула на Олега Владимировича, — пытается продать вам завод, используя слова, которые в приличном обществе Пекина используют только грузчики на рыбном рынке. Более того, он только что назвал меня «курицей» и предложил мне работу в заведении с сомнительной репутацией. Я полагаю, это дает вам полное представление о его надежности как партнера.

Олег Владимирович наконец обрел дар речи. Правда, только русской.

— Ты… ты… что ты несешь?! — закричал он, вскакивая и опрокидывая пиалу. — Ты что ему наплела? Я те уволю! Я те… я те карьеру поломаю! Ты кто такая?!

Даша медленно повернулась к нему. Её взгляд был холоднее, чем айсберг, потопивший «Титаник».

— Олег Владимирович, присядьте. Вы только что провалили сделку на двенадцать миллионов. И сделали это на трех языках одновременно: русском, китайском и языке жестов, когда у вас выпал изо рта пельмень.

Мистер Ван встал. Он посмотрел на Олега Владимировича так, будто тот был кучей строительного мусора.

— Господин Олег, — сказал Ван на ломаном английском, чтобы точно быть понятым. — Контракт. Нет. Никогда. Вы — некультурный человек. Вы оскорблять женщина. Вы оскорблять мой язык. Вы — «сяо-жень». Ничтожный человек.

Ван повернулся к Даше, достал из кармана визитку из чистого матового золота и вежливо поклонился.

— Моя компания открывает представительство в Москве. Нам нужен главный консультант и переводчик с правом вето на переговорах. Зарплата… — он назвал цифру, от которой у Олега Владимировича начался нервный тик левого глаза. — Подумайте об этом. Нам нужны люди с мозгами, а не «пустые коробки из-под лапши».

Мистер Ван вышел из кабинета, не оглядываясь.

В VIP-зале воцарилась тишина. Олег Владимирович тяжело дышал, его лицо напоминало переспелый помидор.

— Да я тебя… — начал он снова, но голос его дрогнул. — Да ты знаешь, кто я?!

— Я знаю, кто вы, — спокойно ответила Даша, снимая фартук и аккуратно складывая его на стол. — Вы — человек, который только что оплатил мой билет в новую жизнь. И кстати, за ужин придется заплатить. Дим-самы были за счет заведения, но ваше самомнение в счет не включено. С вас семьдесят восемь тысяч рублей. Наличными или картой? Ах да, я же забыла — у вас сейчас, скорее всего, заблокируют все инвестиционные счета.

Она вышла из ресторана «Великая Стена» с гордо поднятой головой. На улице пахло дождем и переменами. Она знала, что завтра её жизнь будет другой. Она знала, что папа получит лучшие лекарства. И самое главное — она знала, что мандаринский мандаринскому рознь. Особенно если ты — «пустая коробка», которая внезапно оказалась ящиком с сюрпризом.

Через неделю Даша сидела в офисе на сорок пятом этаже «Москва-Сити». Перед ней стоял мистер Ван и три новых контракта. А Олег Владимирович… Говорят, он теперь пытается продавать тапочки на том самом рынке, который раньше принадлежал ему. И знаете что? Он до сих пор путает «Ни-хао» с «Дайте жалобную книгу».

Мораль: Никогда не смейся над тем, кто приносит тебе чай. Возможно, этот человек знает о тебе больше, чем ты сам, и на языке, который ты никогда не выучишь.

Ставьте лайк, если Даша — настоящая королева переговоров! А вы бы смогли так «умыть» наглого начальника? Пишите в комментариях!