Мама запрещала мне любить, но ошибалась

ЧАСТЬ 1
Мама, пожалуйста, хотя бы один раз посмотри ему в глаза, прежде чем решать, что он испортит мне жизнь! — сказала я, стоя посреди кухни и чувствуя, как у меня дрожат руки.
Мама молча вытирала тарелку полотенцем. Даже не повернулась ко мне.
— Мы уже обсуждали это, Алина. — Нет, мама. Мы ничего не обсуждали. Ты просто запрещаешь мне встречаться с человеком, которого даже не видела! — И не собираюсь видеть. — Но почему?! — Потому что я твоя мать и лучше знаю, чем заканчиваются такие истории.
Она положила тарелку в шкаф и добавила совершенно спокойно:
— Особенно когда девочка начинает думать сердцем, а не головой.
Вот так начинался мой очередной вечер в семейном театре одного актёра. Правда, актёр был один, а зритель — я. И спектакль назывался «Все мужчины одинаковые».
Мне двадцать два года. Я учусь в университете, подрабатываю в небольшой кофейне и уже восемь месяцев встречаюсь с Райаном. Он на два года старше меня, работает автомехаником в хорошем сервисе и мечтает открыть собственную мастерскую.
Он не богатый, не ездит на дорогой машине и не покупает мне телефоны каждый месяц. Зато он помнит, какой кофе я люблю, всегда пишет, когда добирается домой, и никогда не позволяет себе унижать меня даже во время ссоры.
В общем, для мамы это был подозрительный набор качеств.
Когда я впервые рассказала ей о Райане, она отреагировала так, будто я сообщила, что собираюсь выйти замуж за человека, которого разыскивает полиция.
— Как его зовут? — Райан. — Чем занимается? — Работает в автосервисе. — Понятно. — Что тебе понятно? — Ничего хорошего.
Я тогда даже рассмеялась.
— Мама, ты хотя бы спроси, сколько ему лет! — Мне достаточно того, что он мужчина.
После этого разговор был окончен.
Мама воспитывала меня одна. Отец ушёл ещё до моего рождения, и его имя в нашем доме практически никогда не произносилось. Если я случайно спрашивала о нём, мама отвечала одинаково:
— Его больше нет в нашей жизни. И этого достаточно.
Я знала только, что он не захотел брать на себя ответственность. Мама работала продавцом, иногда брала дополнительные смены, экономила на себе, но никогда не позволяла мне чувствовать себя лишней.
Я любила её. Очень.
И именно поэтому мне было так больно, когда она смотрела на меня так, словно я собиралась повторить самую большую ошибку её жизни.
Райан, кстати, не сдавался.
Однажды вечером мы сидели в парке, и я рассказывала ему о последней ссоре.
— Она опять сказала, что я слишком молода? — Нет. Сегодня она сказала, что мужчины умеют красиво говорить только до свадьбы. — Неплохо. Твоя мама явно изучала мужскую психологию по самым страшным учебникам.
Я засмеялась, но быстро замолчала.
— Райан, тебе ведь неприятно? — Что именно? — Что она даже не хочет с тобой познакомиться.
Он немного помолчал.
— Конечно, неприятно. Я ведь не прошу её сразу любить меня. Я просто хочу, чтобы она знала, с кем встречается её дочь.
Потом он взял меня за руку.
— Я не хочу, чтобы ты постоянно врала ей из-за меня.
Эти слова задели меня сильнее, чем он мог представить.
Потому что я действительно начала врать.
Когда уходила к нему, говорила, что встречаюсь с подругой Леей. Когда он звонил, я закрывалась в ванной. Иногда даже выключала звук телефона, чтобы мама не услышала уведомления.
Однажды мама спросила:
— Ты опять к Лее? — Да. — Странно. Ты с ней видишься чаще, чем я с собственной сестрой.
Я чуть не поперхнулась чаем.
— Мы просто соскучились друг по другу.
Мама посмотрела на меня подозрительно, но ничего не сказала.
Через несколько дней Райан решил, что пора сделать ещё одну попытку.
— Давай я приду к вам нормально. Не буду навязываться. Просто принесу цветы и поговорю с ней. — Она не откроет дверь. — Тогда хотя бы попробую.
Он купил красивый букет белых роз и отрез ткани для мамы. Я как-то упоминала, что она любит шить и давно присматривает материал для нового платья.
Райан отнёсся к этой покупке очень серьёзно.
Перед нашим подъездом он поправлял воротник рубашки уже третий раз.
— Я нормально выгляжу? — Ты выглядишь так, будто собираешься сдавать экзамен на право жениться. — Примерно так и чувствую себя.
Я улыбнулась.
Мы поднялись на второй этаж. Я постучала.
— Мама, это я.
Из квартиры послышались шаги.
— Кто с тобой? — Райан. Я хотела, чтобы вы познакомились.
За дверью наступила тишина.
Потом мама произнесла:
— Я предупреждала тебя, Алина.
— Мама, пожалуйста. Он принёс тебе цветы.
— Мне не нужны его цветы.
Райан сделал шаг вперёд.
— Здравствуйте, меня зовут Райан. Я очень хотел бы с вами познакомиться.
Ответ последовал почти сразу:
— А я не хочу.
Я почувствовала, как у меня загорели щёки.
— Мама, это невежливо!
— Невежливо приводить в мой дом человека, которого я не приглашала.
Райан опустил глаза на букет.
— Хорошо. Я понимаю. Простите, что побеспокоил.
Мы спустились вниз.
На улице он протянул мне цветы.
— Отдай их маме. Может, хотя бы розы ей понравятся.
— Райан, прости меня.
— За что? Ты же не виновата в том, что твоя мама боится знакомиться со мной.
Но я видела, что ему больно.
В тот вечер я впервые задумалась, сколько ещё он сможет терпеть такое отношение.
Прошло две недели.
Мама продолжала делать вид, что никакого Райана не существует. Иногда она даже произносила:
— Надеюсь, твоя подруга Леа хорошо на тебя влияет.
Я едва сдерживалась, чтобы не ответить, что Леа хотя бы не запрещает мне любить людей.
В один из вечеров Райан позвонил мне, когда я готовила ужин.
Я быстро ушла в ванную.
— Привет, любимая.
— Привет. Ты как?
— Нормально. Слушай, я хотел спросить… Ты не думала, что нам пора перестать прятаться?
— Я думаю об этом каждый день.
— Я не хочу разрушать твои отношения с мамой. Но мне тоже хочется быть частью твоей жизни, а не человеком, которого ты видишь между походами в магазин и семейными обедами.
Я закрыла глаза.
— Я поговорю с ней.
— Только не ссорься из-за меня.
Когда я вышла из ванной, мама стояла возле моей комнаты.
— С кем разговаривала?
Я замерла.
— С Леей.
Она посмотрела на меня долгим взглядом.
— Ты думаешь, я совсем ничего не понимаю?
Я промолчала.
— Дай телефон.
— Зачем?
— Дай, пожалуйста.
Я протянула ей телефон, надеясь, что она просто проверит время или посмотрит сообщение. Но мама открыла галерею.
И увидела нашу фотографию с Райаном.
Мы стояли возле кафе. Я смеялась, а он обнимал меня за плечи.
Мама долго смотрела на экран.
Потом подняла глаза.
— Значит, всё-таки врёшь мне?
— Мама…
— Как давно?
— Восемь месяцев.
Она положила телефон на стол.
— Восемь месяцев ты водишь меня за нос?
— Я не хотела тебя расстраивать.
— А ты подумала, каково мне узнать, что собственная дочь считает меня дурой?
— Я не считаю тебя дурой!
— Тогда почему ты прячешься от меня, как преступница?
Я почувствовала, как внутри всё закипает.
— Потому что ты не оставляешь мне выбора! Ты не хочешь его видеть, не хочешь слушать, даже не пытаешься узнать, какой он человек!
— Потому что я знаю, чем всё заканчивается!
— Нет, мама! Ты не знаешь, чем закончится моя жизнь! Это не твоя жизнь!
Она резко замолчала.
Я продолжила, уже не сдерживая слёз:
— Я люблю тебя. Но я тоже хочу быть счастливой! Почему я должна выбирать между тобой и человеком, который хорошо ко мне относится?
Мама вдруг ударила меня по щеке.
Не сильно. Но я от неожиданности даже отступила.
Мы обе замолчали.
Через несколько секунд мама опустилась на стул и закрыла лицо руками.
— Господи… Что я наделала…
Я стояла рядом, держась за щёку.
— Мама?
Она заплакала.
И впервые за всю мою жизнь я увидела её такой беспомощной.
— Алина, ты не понимаешь…
— Тогда объясни мне.
Она долго молчала, потом подняла на меня красные глаза.
— Когда мне было двадцать два, я тоже любила одного человека. Очень сильно. Я думала, что он будет со мной всю жизнь. Моя мама тоже предупреждала меня. Говорила, что он несерьёзный, что я слишком доверчивая. А я не слушала.
Я медленно села напротив неё.
— Что произошло?
Мама сжала пальцы.
— Я забеременела. Он обещал жениться, обещал заботиться о нас. А когда узнал, что у нас будет ребёнок, просто исчез. Сначала перестал отвечать на звонки, потом уехал. Я осталась одна.
Она вытерла слёзы.
— Я работала до последнего месяца беременности. Потом вернулась на работу, когда тебе было всего три месяца. Я боялась, что не смогу прокормить тебя. Боялась каждого звонка из больницы. Боялась, что у меня не хватит денег даже на лекарства.
Я взяла её за руку.
— Мам…
— Я не хочу, чтобы ты пережила то же самое. Я не хочу однажды увидеть тебя с ребёнком на руках и услышать, что твой любимый мужчина исчез. Я этого не переживу.
Теперь я поняла многое.
Её запреты. Её холодность. Её странные реакции на любое упоминание мужчин.
Она не ненавидела Райана.
Она боялась прошлого.
— Мама, я не ты. А Райан — не мой отец.
Она покачала головой.
— Ты ещё не знаешь мужчин так, как я.
— Возможно. Но я должна сама научиться разбираться в людях.
Я помолчала и добавила:
— Дай ему один шанс. Просто один разговор. Если он тебе не понравится, я хотя бы буду знать, что ты судишь его по тому, какой он есть, а не по тому, что сделал другой человек.
Мама ничего не ответила.
Она только крепче сжала мою руку.
В ту ночь мы долго сидели на кухне. Впервые за много месяцев говорили спокойно. Она рассказала мне немного больше о прошлом, но каждый раз, когда я спрашивала об отце, меняла тему.
Перед сном она неожиданно спросила:
— А он знает, что у тебя никогда не было отца?
— Знает.
— И что говорит?
— Что ему жаль, что мне пришлось расти без него.
Мама отвернулась к окну.
— Понятно…
На следующий день Райан написал мне:
Как мама? Всё ещё хочет отправить меня на другую планету?
Я улыбнулась.
Кажется, немного смягчилась.
Он ответил:
«Тогда я готовлюсь к встрече. Куплю ещё цветы. На всякий случай каску тоже возьму».
Я рассмеялась.
Но вечером произошло нечто странное.
Я вернулась домой и увидела маму на кухне. Перед ней лежала старая коробка с фотографиями и документами.
Она быстро закрыла её, когда заметила меня.
— Что это?
— Старые вещи.
— Ты плакала?
— Нет. Просто пыль.
Я посмотрела на коробку.
На её крышке лежала фотография молодого мужчины. Я никогда раньше её не видела.
— Мам, это кто?
Она резко подняла голову.
— Не трогай.
— Это мой отец?
Мама побледнела.
— Алина, иди в свою комнату.
Но я уже успела заметить подпись на обратной стороне фотографии.
«Моей любимой Елене. Навсегда твой. Михаил».
Я впервые увидела имя своего отца.
И в тот момент мама произнесла фразу, от которой у меня похолодели руки:
— Если Райан действительно хочет познакомиться со мной, сначала ты должна кое-что узнать о своём отце. Потому что я никогда не рассказывала тебе всей правды…

ЧАСТЬ 2
— Какую ещё правду, мама? — спросила я, не отрывая глаз от фотографии. Мама сидела неподвижно. Перед ней лежала старая коробка, которую она много лет прятала в шкафу. Впервые за всю мою жизнь я видела, что она не знает, что сказать. — Сядь, Алина. — Я уже сижу почти всю жизнь, когда ты говоришь мне не задавать вопросы. Теперь я хочу получить ответы. Она посмотрела на меня и неожиданно слабо улыбнулась. — Вся в меня. Такая же упрямая. — Надеюсь, хотя бы в готовке я пошла в тебя, а не в характер. Мама тихо вздохнула, но улыбка исчезла почти сразу. — Мужчину на фотографии действительно зовут Михаил. И да, он твой отец. У меня пересохло во рту. — Но ты всегда говорила, что он бросил нас. — Я говорила, что он исчез из нашей жизни. — Это не одно и то же! — Теперь я понимаю. Я придвинула фотографию ближе. Мужчина на ней был молодым, с тёмными волосами и добрыми глазами. Он стоял рядом с мамой, обнимая её за плечи. Мама выглядела счастливой. Не такой, какой я привыкла видеть её дома, а совершенно другой — лёгкой, смеющейся, почти девчонкой. На обратной стороне было написано: «Моей любимой Елене. Навсегда твой. Михаил». — Почему ты никогда не показывала мне эту фотографию? — Потому что каждый раз, когда я смотрела на неё, мне казалось, что я снова переживаю тот день. — Какой день? Мама закрыла глаза. — День, когда я узнала, что он исчез. Я ждала продолжения. — Мы познакомились, когда мне было двадцать лет. Он работал инженером на строительном предприятии. Я тогда только устроилась в магазин. Он часто заходил за продуктами после работы, покупал один и тот же хлеб и всегда улыбался мне. — Романтично. Началось всё с хлеба. — Не смейся. В то время это казалось мне настоящей сказкой. Она рассказала, что Михаил был внимательным, спокойным и очень заботливым. Он провожал её домой, помогал с покупками, приносил цветы без повода. Через год они стали жить вместе. — Когда я сказала ему, что беременна, он обнял меня и заплакал от счастья, — продолжала мама. — Он говорил, что у нас будет замечательная семья. — А потом? — Потом он пропал. — Просто так? — Я вернулась с работы, а его вещей не было. Телефон не отвечал. На работе мне сказали, что он уволился. — И ты не пыталась его искать? Мама резко подняла глаза. — Я искала его почти год! Ездила по адресам, звонила знакомым, спрашивала на прежней работе. Никто ничего не знал. — А его семья? — Его мать сказала, что Михаил не хочет меня видеть. И попросила больше не приходить. Я почувствовала, как внутри поднимается злость. — Значит, он действительно нас бросил. — Я тоже так думала. — А теперь? Мама посмотрела на коробку. — Теперь я не уверена. Она достала из неё несколько пожелтевших конвертов. На каждом был указан её адрес. Почерк был одинаковым. — Что это? — Письма. — От него? Она кивнула. Я взяла один конверт. Он был датирован годом моего рождения. — Ты получала их? — Нет. Я нашла их несколько месяцев назад. — Где? — В старом шкафу у моей матери. После её смерти я разбирала вещи и обнаружила целую пачку. Все письма были адресованы мне. — И ты их не открыла? — Я открыла первое. Потом второе. А после третьего поняла, что не готова читать дальше. — Мама, ты серьёзно? Ты нашла письма моего отца и просто положила их обратно? — Я испугалась. Я не знала, что ответить. Мама всегда учила меня быть честной, не скрывать правду и не убегать от проблем. Но сама она хранила в шкафу целую историю моей жизни. — Можно посмотреть? Она долго колебалась, затем протянула мне конверты. Я открыла первый. «Лена, я не знаю, дошло ли до тебя моё предыдущее письмо. Я звонил тебе несколько раз, но твоя мать говорит, что ты не желаешь меня слышать. Я не понимаю, почему ты решила, что я отказался от нашего ребёнка. Я хочу приехать. Пожалуйста, ответь мне». Я перечитала письмо дважды. — Мама… — Читай дальше. Второе письмо было ещё более странным. «Я узнал, что ты родила девочку. Поздравляю нас с дочерью. Я назвал бы её Алиной, если бы ты позволила мне выбрать имя. Я купил маленькую серебряную ложечку и хочу передать её вам. Неужели я никогда не смогу увидеть свою дочь?» У меня задрожали пальцы. — Он знал моё имя. — Да. — Он хотел меня увидеть. — Так написано. — Почему ты говоришь так, будто не веришь собственным глазам? Мама отвернулась. — Потому что я не знаю, кто писал эти письма. Возможно, он просто пытался оправдаться. — Но они адресованы тебе! — Алина, я не знаю! Впервые я услышала в её голосе не злость, а растерянность. Мы просидели над коробкой почти два часа. Среди писем были поздравления с моим первым днём рождения, просьбы о встрече, фотографии маленьких подарков и даже открытка с рисунком детской кроватки. Но самое странное обнаружилось в последнем конверте. Он был датирован шестью месяцами позже моего рождения. «Елена, я больше не могу ждать. Я знаю, что твоя мать сказала тебе обо мне. Я не бросал вас. Я приходил к вашему дому, но мне сообщили, что ты уехала с дочерью. Если ты действительно не хочешь меня видеть, скажи это сама. Но не заставляй меня думать, что моя девочка растёт без отца из-за чужой лжи». Я медленно положила письмо на стол. — Мама, что происходит? Она молчала. — Ты говорила, что он исчез. Но он писал тебе. — Я не получала этих писем! — Тогда кто их прятал? Мама закрыла лицо руками. И вдруг я поняла, что ответ может быть гораздо неприятнее, чем мне хотелось. — Твоя мама? — тихо спросила я. Она кивнула. Моя бабушка. Женщина, которая всегда казалась мне строгой, но справедливой. Женщина, которая любила повторять, что семья должна держаться вместе. Именно она могла скрывать письма, пока мама растила меня одна. — Но зачем? — Она никогда не любила Михаила. Считала, что он недостаточно обеспеченный, что я могла найти мужчину лучше. — И ты думаешь, она забрала письма? — Теперь я думаю, что да. Я почувствовала, как внутри всё перевернулось. Получалось, что мама могла провести всю жизнь, считая себя брошенной, хотя отец пытался с ней связаться. Но оставался один вопрос. — Почему ты не искала его после смерти бабушки? Мама долго смотрела на фотографию. — Потому что к тому времени я уже научилась жить без него. У меня была ты. Работа. Наш дом. Я боялась, что если найду его, то снова потеряю всё. — А письма? — Я боялась узнать, что он действительно пытался вернуться. Тогда мне пришлось бы признать, что я прожила столько лет с неправильной историей. Я обняла её. — Мам, мы не можем узнать прошлое, если всё время прячемся от него. Она прижалась ко мне. — Ты говоришь как взрослая женщина. — Ну наконец-то! А то ты восемь месяцев считаешь меня ребёнком, которому нельзя даже встречаться с парнем. Мама неожиданно рассмеялась сквозь слёзы. На следующий день я рассказала Райану обо всём. Мы встретились в небольшом кафе возле университета. Я принесла с собой копии писем. Райан внимательно выслушал меня, не перебивая. — То есть твоя бабушка могла скрыть от твоей мамы письма твоего отца? — Похоже на то. — Ничего себе семейный детектив. — И это ещё не всё. Мама наконец согласилась подумать о нашей встрече. Он улыбнулся. — Правда? — Но теперь у нас другая проблема. — Какая? — Я хочу найти отца. Райан отложил чашку. — Тогда найдём. — Ты даже не спросишь, зачем тебе это? — Алина, это твоя история. Я хочу быть рядом, пока ты разбираешься в ней. Он взял меня за руку. — Только обещай, что не будешь принимать важные решения на эмоциях. — Хорошо. — И не будешь искать его одна, если тебе страшно. — Хорошо. — И будешь нормально есть, а не жить на кофе. — Райан! — Что? Я серьёзно. Детективы тоже должны обедать. Я рассмеялась. И впервые за долгое время почувствовала, что мне не нужно выбирать между любовью к маме и любовью к нему. В тот вечер мама сама попросила номер Райана. — Я хочу поговорить с ним. Я чуть не уронила телефон. — Ты серьёзно? — Не заставляй меня передумывать. Я быстро отправила номер. Через двадцать минут Райан позвонил мне. — Твоя мама пригласила меня на ужин. — Что?! — Да. И сказала прийти в воскресенье к шести. — Она ещё что-нибудь сказала? Он помолчал. — Сказала, чтобы я не приносил цветы. — Почему? — Потому что у неё аллергия на некоторые сорта. Я засмеялась. — А что ты собираешься принести? — Я подумал о торте. — Хорошая идея. — И каску. — Райан! — На всякий случай. В воскресенье я с самого утра нервничала. Мама готовила ужин, хотя обычно по воскресеньям предпочитала отдыхать. На столе стояли салаты, запечённая курица, картофель и домашний пирог. — Мам, ты готовишь так, будто к нам приезжает президент. — Я просто хочу, чтобы всё было нормально. — Тогда зачем ты достала парадную скатерть? — Алина, иди лучше нарежь овощи. Я улыбнулась. За полчаса до прихода Райана мама трижды проверила причёску и дважды поправила воротник блузки. — Мам, ты волнуешься? — Нет. — У тебя руки дрожат. — Это от лука. — Ты уже двадцать минут режешь один огурец. Она бросила на меня взгляд. — Не мешай. В шесть ровно раздался звонок. Я открыла дверь. Райан стоял с коробкой торта. На нём была белая рубашка и тёмные брюки. Он выглядел так, словно собирался защищать дипломную работу перед комиссией. — Добрый вечер, — сказал он. — Заходи, будущий зять. Он застыл. — Что? — Ничего. Заходи, пока мама не передумала. Мама стояла в коридоре. — Здравствуйте, Елена Викторовна. — Здравствуй, Райан. Проходи. Он протянул ей торт. — Я подумал, что вам может понравиться. — Спасибо. Но я предупреждала Алину, что цветы приносить не нужно. — Я запомнил. Сегодня только торт. Мама впервые улыбнулась ему. Ужин начался немного неловко. Мама спрашивала о работе, семье, планах на будущее. — Где работаешь? — В автосервисе. — Давно? — Четыре года. — И собираешься всю жизнь ремонтировать чужие машины? Райан не растерялся. — Нет. Хочу открыть собственную мастерскую. Сейчас откладываю деньги и изучаю, как правильно организовать дело. Мама внимательно посмотрела на него. — А Алина в твоих планах есть? Я чуть не подавилась картошкой. — Мам! Райан спокойно ответил: — Есть. Но я не собираюсь торопить её с решениями. У неё учёба, работа, свои цели. Я хочу, чтобы она развивалась и была самостоятельной. Мама опустила вилку. Кажется, именно этот ответ она не ожидала услышать. — А если она захочет уехать учиться в другой город? — Я поддержу её. — Даже если вам придётся расстаться? — Я не хочу расставаться. Но любовь не должна превращаться в клетку. Я посмотрела на него с такой гордостью, что, наверное, это было заметно даже соседям. Мама молчала несколько секунд. — А если у вас будут дети? Райан улыбнулся. — Тогда я надеюсь, что мы сначала научимся хорошо готовить. Пока у нас с Алиной получается только испортить омлет. — Это правда, — вмешалась я. — Однажды он перепутал соль с сахаром. — Это был эксперимент. — Это была катастрофа. Мама рассмеялась. И напряжение наконец немного спало. После ужина Райан помог убрать посуду. Мама сначала протестовала, но он спокойно забрал у неё тарелки. — Вы отдыхайте, я помогу. — У нас в семье мужчины обычно не моют посуду, — сказала она. — Значит, я буду первым. Я услышала, как мама тихо произнесла: — Посмотрим, надолго ли тебя хватит. Но в её голосе уже не было прежней враждебности. Когда Райан ушёл, мама долго стояла у окна. — Ну что? — спросила я. — Он воспитанный. — Только воспитанный? — Работящий. — Ещё? — Не перебивай. Я улыбнулась. Наконец она повернулась ко мне. — Он мне понравился. Я обняла её так крепко, что она даже засмеялась. Но радость длилась недолго. На следующий день мама позвонила мне на работу. — Алина, ты можешь приехать домой пораньше? — Что случилось? — Мне нужно тебе кое-что показать. Когда я вернулась, на кухне лежала та самая коробка. Мама держала в руках ещё один конверт. — Я вчера вспомнила одну вещь, — сказала она. — Какую? — Когда мы с бабушкой переезжали из старой квартиры, она однажды сказала мне, что Михаил приходил к ней. Я замерла. — Когда? — Через несколько лет после твоего рождения. — И что она ему сказала? Мама опустила глаза. — Что я вышла замуж и уехала. Хотя это была неправда. Я почувствовала, как сжались кулаки. — Но ты никогда не была замужем! — Я знаю. Она достала конверт. — Это письмо было спрятано отдельно. Я нашла его за задней стенкой старого шкафа. На конверте стояла дата — двенадцать лет назад. Я осторожно открыла его. «Елена, я понимаю, что ты, возможно, никогда не простишь меня за то, что я не смог быть рядом. Но я не переставал искать тебя и нашу дочь. Я живу в том же городе. Если Алина когда-нибудь захочет узнать меня, я буду ждать. Я не прошу тебя возвращаться ко мне. Я только хочу иметь возможность сказать дочери, что она никогда не была нежеланной». Внизу был указан номер телефона. Мама села рядом. — Я не знаю, работает ли он до сих пор. Я достала телефон. — Давай узнаем. — Алина, подожди. — Мам, сколько ещё мы будем ждать? Она долго смотрела на номер, затем кивнула. Я набрала. Гудок. Второй. Третий. Никто не отвечал. Я уже собиралась отключить звонок, когда услышала мужской голос: — Алло? Я перестала дышать. — Здравствуйте… Михаил? — Да. Кто это? Я посмотрела на маму. Она закрыла рот рукой. — Меня зовут Алина. Я… я ваша дочь. На другом конце провода стало тихо. Очень тихо. Потом мужчина прошептал: — Алина? — Да. — Господи… Ты действительно нашла меня? Я заплакала. — Я нашла ваше письмо. Михаил долго не мог говорить. Потом произнёс: — Я столько лет ждал этого звонка. Мы договорились встретиться через два дня в небольшом кафе. Все эти два дня мама почти не спала. Она то говорила, что не пойдёт, то спрашивала, во что мне лучше одеться, то снова начинала убирать квартиру. — Мам, мы идём просто разговаривать, а не выступать на конкурсе красоты. — Я хочу выглядеть нормально. — Ты всегда нормально выглядишь. Она посмотрела на меня. — А если он меня не узнает? Я обняла её. — Он узнает. В день встречи я пришла первой. Мама села рядом со мной и крепко держала сумочку. Через несколько минут в кафе вошёл мужчина лет пятидесяти. Он был немного седым, в очках, с аккуратно застёгнутой рубашкой. Он остановился у входа, оглядел зал и увидел нас. Мама побледнела. Михаил подошёл к столику. — Елена… Она не ответила. Он посмотрел на меня. — Алина? Я кивнула. Он улыбнулся, но глаза его наполнились слезами. — Ты очень похожа на маму. Я не знала, что сказать. Он сел напротив. Несколько минут мы просто молчали. Наконец мама спросила: — Почему ты не пришёл раньше? Михаил опустил глаза. — Я приходил. Много раз. Твоя мать говорила, что ты не хочешь меня видеть. Потом сказала, что ты вышла замуж и уехала. — А письма? — Я отправлял их. Иногда лично приносил. Но ответа не было. Мама смотрела на него с болью. — Я ничего не получала. — Я понимаю. Он достал из сумки небольшую папку. Внутри были старые фотографии, квитанции о переводах и копии писем. — Я не прошу вас поверить мне сразу. Но я хочу, чтобы вы знали: я пытался. Я посмотрела на документы. Там действительно были переводы на имя Елены, сделанные в первые годы моей жизни. — Почему деньги не дошли? — спросила я. Михаил тяжело вздохнул. — Мне возвращали переводы. Иногда писали, что адресат отказался их получать. Иногда говорили, что вы переехали. Мама закрыла глаза. Теперь всё становилось понятнее. Но оставался самый болезненный вопрос. — Почему ты не искал нас через суд? — спросила она. Михаил долго молчал. — Я был молодым и глупым. После нескольких лет попыток я поверил, что ты действительно не хочешь меня видеть. Потом я познакомился с женщиной, которая помогла мне снова встать на ноги. Я женился. У меня появилась другая семья. Но я никогда не переставал думать о дочери. Мама отвернулась. — Значит, у тебя была другая жизнь. — Да. И я не буду делать вид, что этого не было. Он посмотрел на меня. — У меня есть сын, Андрей. Ему двадцать шесть. Он знает, что у меня есть дочь от первой любви. Я рассказывал ему о тебе. Я почувствовала странное волнение. У меня был брат? Михаил достал телефон. — Если ты захочешь, я могу вас познакомить. Я посмотрела на маму. Она сидела неподвижно. — Мне нужно время, — наконец сказала она. — Конечно, Елена. Я не собираюсь требовать от тебя ничего. Потом он повернулся ко мне. — Алина, я понимаю, что не могу просто появиться и стать твоим отцом. Но если ты позволишь, я хотел бы узнать тебя. Я кивнула. — Я тоже хочу попробовать. После встречи мы с мамой долго гуляли. — Ты его простишь? — спросила я. — Не знаю. — А ты сама хочешь? Она остановилась. — Знаешь, что самое страшное? Я столько лет ненавидела его за то, что он якобы бросил нас. А теперь не знаю, на кого злиться. На свою мать? На него? На себя? Я обняла её. — Не нужно решать всё сегодня. Она кивнула. Вечером Райан приехал ко мне. Он принёс две коробки пиццы. — Я решил, что после такого дня нам необходима еда. — Ты опять думаешь о еде? — Алина, я мужчина. У меня ограниченный набор решений в сложных ситуациях. Я рассмеялась. Мы рассказали ему о встрече. Он внимательно слушал, а потом сказал: — Значит, теперь у тебя есть шанс узнать своего отца. — И, возможно, брата. — Вот видишь. А я думал, что у нас обычные семейные проблемы. Теперь чувствую себя человеком, который случайно попал в сериал на сто серий. Мама, которая сидела рядом, неожиданно улыбнулась. — Главное, чтобы в этом сериале никто больше не исчезал. Райан серьёзно кивнул. — Я постараюсь не исчезать даже после того, как узнаю, сколько стоит ваша коммуналка. Мама засмеялась. И я впервые увидела их рядом без напряжения. Прошёл месяц. За это время мы несколько раз встречались с Михаилом. Он показал мне фотографии моего детства, которые ему удалось сохранить. Рассказал, как выбирал для меня серебряную ложечку, как представлял, что будет учить меня кататься на велосипеде, и как каждый год в мой день рождения надеялся, что однажды я позвоню. Он познакомил меня со своим сыном Андреем. Сначала мы немного стеснялись друг друга, но быстро нашли общий язык. Оказалось, Андрей тоже любит автомобили, и они с Райаном уже успели поспорить о том, какая марка надёжнее. Я впервые почувствовала, что моя семья стала немного больше. Мама не вернулась к Михаилу. И никто не пытался заставить её это сделать. Они решили общаться спокойно, без обещаний и давления. Однажды мама сказала мне: — Я не могу забыть всё, что было. Но я больше не хочу жить так, будто прошлое имеет право решать за меня. А потом добавила: — И знаешь, Райан действительно хороший парень. — Я же говорила! — Не радуйся раньше времени. Я ещё не видела, как он моет окна. Райан, услышав это, ответил: — Елена Викторовна, я готов пройти любые испытания. Только давайте без экзамена по математике. Мы все рассмеялись. Сейчас, когда я вспоминаю всё произошедшее, мне кажется, что самое трудное было не найти отца и не прочитать старые письма. Самым трудным было понять, что мама тоже обычный человек. Она может ошибаться, бояться, ревновать и принимать решения, о которых потом жалеет. Она не была плохой матерью. Она просто слишком долго жила с болью, которую никто не помог ей отпустить. И я больше не хочу заставлять её выбирать между своим прошлым и моим будущим. А ещё я больше не прячу телефон в ванной, когда звонит Райан. Теперь он спокойно звонит мне даже за семейным ужином. Правда, мама иногда забирает у него телефон и спрашивает: — Молодой человек, вы опять отвлекаете мою дочь от еды? А он отвечает: — Нет, Елена Викторовна. Я просто проверяю, не голодна ли она. И знаете, что самое удивительное? Мама теперь сама приглашает его в гости. А вчера, когда Райан собирался уходить, она сказала: — В следующий раз приходи пораньше. Поможешь мне передвинуть шкаф. Он улыбнулся: — Конечно. Я посмотрела на маму: — Ты ведь понимаешь, что теперь он будет приходить постоянно? Она пожала плечами. — Ну и пусть. Зато шкаф наконец-то перестанет стоять криво. А потом тихо добавила: — И, Алина… Я рада, что ты его встретила. Я обняла её. Теперь мне больше не нужно выбирать между двумя самыми дорогими людьми. И, кажется, мама наконец поняла одну простую вещь: не каждый мужчина обязательно становится чьей-то болью. Хотя, судя по тому, как Райан вчера умудрился сломать дверную ручку, некоторым мужчинам всё-таки нельзя доверять ремонт.