ЧАСТЬ 1

— У вас осталось пять минут, чтобы объяснить, почему моя компания теряет по двадцать миллионов рублей каждые десять минут! — кричал я, глядя на команду программистов, которые уже третий час безуспешно пытались остановить хакерскую атаку. В тот момент я ещё не знал, что через несколько месяцев женюсь на девушке, которая сидела дома в растянутой футболке, ела лапшу быстрого приготовления и считала дорогие рестораны пустой тратой времени. Меня зовут Максим Соколов, мне тридцать пять лет. Я генеральный директор крупной IT-компании Сокол Тех. У меня был офис на тридцатом этаже бизнес-центра, квартира с панорамными окнами, автомобиль стоимостью с небольшую квартиру и костюмы, которые стоили больше, чем некоторые люди зарабатывали за полгода. Со стороны моя жизнь выглядела идеально. По крайней мере, так считали окружающие. Женщины обращали на меня внимание ещё до того, как узнавали мою фамилию. В ресторанах официанты улыбались шире обычного, когда я называл имя. На деловых мероприятиях возле меня постоянно появлялись красивые девушки с одинаковыми вопросами: — Максим, а вы часто путешествуете? — Максим, а вы любите отдыхать на Мальдивах? — Максим, а вы когда-нибудь думали о семье? Последний вопрос обычно задавали с таким выражением лица, будто уже мысленно выбирали обои для моей будущей детской комнаты. Я не был против женитьбы. Просто за последние пять лет убедился, что большинство женщин влюблялись не в меня, а в мой банковский счёт. Однажды я решил проверить это. На свидании с девушкой по имени Виктория я специально сказал, что собираюсь продать машину и временно пересесть на обычный автомобиль. Она посмотрела на меня так, словно я сообщил, что собираюсь переехать жить в канализацию. — Но зачем? — спросила она. — Хочу понять, насколько мне действительно нужна дорогая машина. — Максим, ты же взрослый мужчина. Нельзя так экономить на себе! Через неделю она перестала отвечать на звонки. Я даже не расстроился. Просто добавил ещё один пункт в список своих жизненных наблюдений. А потом случилась история, которая перевернула мою жизнь. Всё началось в обычный вторник. Я приехал в офис в девять утра. Секретарь Ольга встретила меня с кофе и непривычно бледным лицом. — Максим Андреевич, у нас проблема. — Если опять сломался кофейный аппарат, я уволю его вместе с обслуживающей компанией. — Нет. Хуже. Она протянула мне планшет. На экране появилось сообщение от службы безопасности: неизвестные получили доступ к внутренним серверам компании. Базы клиентов, финансовые документы, договоры, разработки и корпоративные счета оказались под угрозой. Я сразу вызвал технического директора. Через двадцать минут в переговорной собрались двенадцать человек. Лучшие специалисты, которых я сам когда-то нанимал. — Сколько времени потребуется? — Пока неизвестно, — ответил Андрей, руководитель отдела кибербезопасности. — Как это неизвестно? — Они используют очень сложную систему обхода защиты. Мы пытаемся закрыть доступ, но они постоянно меняют маршруты. — Вы хотите сказать, что какие-то неизвестные люди сидят где-то за компьютерами и спокойно гуляют по моим серверам? Андрей поправил очки. — Если говорить техническим языком, то да. — А если говорить человеческим? Он тяжело вздохнул. — Нас обыгрывают. Я посмотрел на часы. — У вас два часа. Но через два часа ситуация стала ещё хуже. На экранах начали исчезать файлы. Несколько банковских операций были заблокированы. Система управления платежами перестала отвечать. Наши специалисты работали почти без перерыва. Кто-то пил шестую чашку кофе, кто-то ругался на клавиатуру, а один молодой программист настолько нервничал, что случайно отправил в общий чат сообщение: «Кажется, сегодня мы все станем безработными». Я прочитал его и спросил: — Это оптимистичный прогноз? Никто не засмеялся. К обеду убытки уже исчислялись сотнями миллионов рублей. Тогда я позвонил знакомому предпринимателю, который владел одной из крупнейших компаний по информационной безопасности. — Сергей, мне нужен человек, который действительно разбирается в таких атаках. — У меня есть несколько специалистов. — Мне нужны не несколько. Мне нужен тот, кто сможет остановить это. Он помолчал. — Есть одна девушка. — Девушка? — Да. Алину зовут. Ей двадцать семь лет. Очень сильный специалист. — Работает у тебя? — Нет. Она вообще практически ни с кем не работает. Берёт отдельные проекты, создаёт собственные системы. Иногда помогает университетским лабораториям. — Почему я о ней раньше не слышал? — Потому что она не ходит по конференциям и не фотографируется с ноутбуком на фоне дорогих машин. Она просто работает. — Где её найти? Сергей продиктовал адрес. Потом добавил: — Только не обижайся, Максим, если она тебя пошлёт. Я усмехнулся. — Меня? — Именно тебя. Она не очень любит начальников, которые думают, что деньги решают любую проблему. Я посмотрел на часы. — Посмотрим. Через сорок минут мой водитель остановился возле обычного девятиэтажного дома на окраине города. Я поднялся на четвёртый этаж и позвонил в дверь. Никто не открыл. Позвонил ещё раз. Из-за двери послышался раздражённый голос: — Если вы из доставки, оставьте пакет у двери! — Я не из доставки. — Тогда тем более оставьте пакет у двери! Я невольно улыбнулся. — Меня зовут Максим Соколов. Мне нужно поговорить с Алиной. За дверью наступила тишина. Через несколько секунд замок щёлкнул. На пороге стояла девушка в домашней пижаме с рисунками маленьких котов. Волосы собраны в небрежный хвост, на плече висела проводная гарнитура, а в руке была пластиковая вилка. Она посмотрела на меня, затем на мои дорогие часы. — Пять минут. Говорите. Я ожидал увидеть мужчину средних лет, возможно, бородатого программиста в очках. Но передо мной стояла миниатюрная девушка, которая явно не собиралась производить на меня впечатление. — Вы Алина? — Нет, я соседка. Алина живёт в Париже, а я её холодильник. Я замолчал. Она посмотрела на меня. — Шутка. Заходите, если не собираетесь стоять в дверях до вечера. Квартира была небольшой. На кухонном столе стояли три кружки, упаковка лапши, несколько блокнотов и два ноутбука. В комнате работали ещё три монитора. Никаких дорогих вещей. Никаких фотографий с путешествий. Только техника, книги и провода. — Что случилось? — спросила она, усаживаясь перед компьютером. Я начал объяснять ситуацию. Она слушала молча, иногда задавала короткие вопросы. — Когда началась атака? — Сегодня утром. — Какие серверы затронуты? — Почти все основные. — Резервные копии? — Частично недоступны. Она повернулась ко мне. — Вы серьёзно? — В каком смысле? — У вас огромная компания, миллионы пользователей, а резервная система организована так, что её тоже можно заблокировать? Я почувствовал, как внутри поднимается раздражение. — Я приехал не для того, чтобы слушать лекцию. — А я не собираюсь спасать людей, которые не умеют делать резервные копии. Она снова повернулась к экрану. Я впервые за долгое время не нашёлся с ответом. — Алина, пожалуйста. У нас действительно серьёзная ситуация. Она вздохнула. — Хорошо. Показывайте доступные журналы событий. Я открыл ноутбук. Она несколько секунд изучала информацию, потом перестала жевать лапшу. — Интересно. — Что? — Они оставили след. — Вы можете остановить атаку? — Возможно. — Сколько времени? — Если вы перестанете задавать вопросы, будет быстрее. Следующие сорок минут я провёл на маленьком диване, наблюдая, как она работает. Алина быстро переключалась между окнами, анализировала журналы доступа, проверяла подозрительные процессы и сравнивала данные с резервными журналами. В какой-то момент она позвала меня. — Максим, посмотрите сюда. На экране отображалась последовательность подозрительных операций. — Это наши сотрудники? — Не совсем. Кто-то использовал внутренние учётные данные. — Значит, у нас предатель? — Не торопитесь. Возможно, эти данные украли раньше. Она нахмурилась. — Странно. — Что опять? — Они не просто атакуют вашу систему. Они будто ищут что-то конкретное. Я почувствовал неприятный холод в груди. — Что именно? — Пока не знаю. Она снова начала работать. Через некоторое время на экране появились новые строки. — Нашла входной узел, — тихо сказала она. — И? — И теперь понятно, почему ваши специалисты не справились. Она попросила меня позвонить Андрею и соединить её с техническим отделом. Когда тот услышал женский голос, он сначала даже не понял, кто говорит. — Подождите, это кто? — Алина. — Какая Алина? — Та, которая сейчас пытается спасти ваши серверы. Пришлите мне данные по резервным узлам. Андрей начал что-то объяснять, но она перебила: — Если вы ещё раз скажете, что это невозможно, я отправлю вам инструкцию по включению компьютера. Я едва сдержал улыбку. Через час атака была остановлена. Алина восстановила доступ к критическим системам, помогла вернуть заблокированные операции и изолировала заражённые узлы. Но она не стала праздновать. — Это ещё не конец, — сказала она. — Почему? — Потому что тот, кто организовал атаку, знал вашу внутреннюю архитектуру слишком хорошо. Она повернулась ко мне. — У вас есть подозреваемые среди руководства? Я не ответил. В голове сразу возникло имя одного человека. Игорь Мельников, мой заместитель и друг последних десяти лет. Но доказательств у меня не было. Я достал телефон. — Сколько я вам должен? — Ничего. — Алина, вы только что спасли компанию. — Мне понравилась задача. — Миллион рублей? Она подняла глаза. — Вы плохо слышите? — Что? — Я сказала, что мне понравилась задача. Не надо превращать каждую человеческую встречу в финансовую операцию. Я впервые в жизни почувствовал себя человеком, которому отказали не потому, что он мало предложил, а потому, что ему вообще ничего не собирались продавать. — Тогда хотя бы разрешите поблагодарить вас ужином. — Нет. — Почему? — Я уже поела. Я посмотрел на пустую упаковку лапши. — Это был ужин? — Это была очень важная встреча с углеводами. Я рассмеялся. Она открыла дверь. — До свидания, Максим. Я вышел, но возле машины вдруг понял, что впервые за много лет мне совершенно не хотелось возвращаться в свой дорогой пустой дом. На следующий день я снова приехал к ней. На этот раз с цветами. Алина открыла дверь, посмотрела на букет и спросила: — Вы что, похороны перепутали? — Это вам. — Зачем? — Просто хотел порадовать. Она взяла букет, поблагодарила и закрыла дверь. Я уже собирался уходить, когда услышал, как она открывает окно. Букет полетел прямо в мусорный контейнер возле подъезда. Я посмотрел на цветы. Потом на окно. — Понятно, — пробормотал я. — Романтика сегодня не прошла проверку безопасности. Но почему-то на следующий день я приехал снова. На этот раз с коробкой хорошего шоколада. Она взяла шоколад, прочитала состав и спросила: — У вас есть чек? — Зачем? — Хочу проверить, сколько денег вы потратили на попытку отвлечь меня от работы. Я рассмеялся. — А если я просто хочу с вами познакомиться? — Тогда начните с простого. Вы умеете молчать? — Могу попробовать. — Отлично. Это уже прогресс. Постепенно наши встречи стали привычными. Я приезжал после работы, приносил еду, иногда помогал ей покупать детали для компьютеров. Она по-прежнему относилась ко мне без особого почтения, зато рядом с ней я мог быть обычным человеком. Однажды она спросила: — А почему вы вообще стали директором? — Я основал компанию. — Понятно. А программировать умеете? — Немного. Она посмотрела на меня с искренним удивлением. — То есть вы построили IT-компанию, не умея нормально программировать? — Я умею управлять людьми. — Тогда понятно, почему у вас такие проблемы с людьми, которые умеют программировать. Я чуть не подавился чаем. И всё же мне нравилось её чувство юмора. Через три месяца я впервые пригласил её на ужин. Она согласилась, но поставила условие: никаких дорогих ресторанов. Мы пошли в небольшое кафе возле её дома. Она заказала суп и чай, а я впервые за долгое время не думал о том, сколько стоит блюдо. Мы разговаривали почти три часа. Я узнал, что Алина выросла в обычной семье, рано увлеклась компьютерами и несколько раз выигрывала международные конкурсы по программированию. Но в университете её талант постоянно недооценивали. — Один преподаватель однажды сказал, что я никогда не стану серьёзным специалистом, потому что слишком много времени провожу за компьютером. — И что вы сделали? — Через неделю исправила его программу, которую он не мог починить два месяца. — И? — Он сказал, что я случайно угадала. — Надеюсь, вы ему потом объяснили? — Конечно. Отправила ему счёт за консультацию. Я смеялся так громко, что официантка несколько раз посмотрела в нашу сторону. Но чем больше я узнавал Алину, тем яснее понимал: у неё есть не только талант, но и какая-то внутренняя осторожность. Она никогда не спрашивала о моём состоянии, не интересовалась квартирой или машиной. Даже когда я предлагал помочь ей купить новую технику, она отказывалась. Однажды я спросил: — Алина, почему ты так не любишь богатых людей? Она долго молчала. — Я не ненавижу богатых. Я не люблю, когда люди считают, что деньги дают им право распоряжаться чужой жизнью. Я хотел ответить, но она добавила: — У меня уже был такой человек. — Кто? Она отвела взгляд. — Неважно. Я не стал настаивать. Однако вскоре я понял, что прошлое Алины ещё может неожиданно появиться в нашей жизни. Всё началось с телефонного звонка поздно вечером. Я сидел у неё дома, когда на экране её телефона высветилось имя: «Отец». Алина посмотрела на него и побледнела. — Не бери, — тихо сказал я. Она удивлённо посмотрела на меня. — Почему? — Потому что ты явно не хочешь с ним разговаривать. Она сбросила звонок. Через минуту пришло сообщение. Она прочитала его и резко закрыла ноутбук. — Что случилось? — Ничего. Но по её лицу я понял: это неправда. На следующий день мне позвонил Сергей. — Максим, ты помнишь, я говорил, что Алина очень необычная? — Да. — Я кое-что узнал. Только тебе лучше самому разобраться, прежде чем делать выводы. — Что именно? Он помолчал. — Её отец когда-то был крупным инвестором. И, кажется, ваша компания связана с одной старой историей его семьи. Я сразу вспомнил первые документы «Сокол Тех», которые подписывал десять лет назад. Но тогда я ещё не знал, насколько близко прошлое Алины связано с моим бизнесом. Вечером я приехал к ней без предупреждения. Дверь была приоткрыта. Из комнаты доносился голос мужчины: — Ты опять собираешься всё испортить? Я столько лет ждал, чтобы ты наконец вернулась к нормальной жизни! — Я никуда не собираюсь возвращаться, папа. — Тогда хотя бы посмотри, кто этот Максим Соколов на самом деле! Я остановился. Мужчина бросил на стол толстую папку. Алина открыла её, достала первый документ и несколько секунд смотрела на него. Потом подняла глаза и произнесла: — Нет… Этого не может быть. На первой странице стояла моя фамилия. А рядом — название компании, которую я основал десять лет назад.

ЧАСТЬ 2

— Максим Соколов… — медленно произнесла Алина, глядя на документ. — Скажи мне одну вещь. Ты действительно не знал, кому принадлежала первоначальная технология твоей компании? Я стоял посреди её небольшой комнаты и впервые за всё время нашего знакомства не мог подобрать ни одной подходящей фразы. На столе лежала толстая папка. Рядом стоял мужчина лет пятидесяти пяти с седыми висками и таким выражением лица, словно он заранее знал, что сегодняшний вечер закончится скандалом. Это был отец Алины, Виктор Павлович. — Я не понимаю, о чём вы говорите, — ответил я. Алина достала ещё один лист. — Тогда объясни, почему в учредительных документах твоей компании указано, что первоначальный программный комплекс был приобретён у фирмы Вектор-Системс? — Потому что мы действительно покупали у них несколько разработок. — А кто был владельцем Вектор-Системс? Я задумался. — Кажется, Виктор Павлович. — Не кажется, Максим. Именно мой отец. Я посмотрел на него. — Подождите. Вы тот самый Виктор Орлов, который десять лет назад продал нам технологическую платформу? Он усмехнулся. — Наконец-то вспомнили. Я почувствовал себя крайне неуютно. — Но я был уверен, что сделка прошла совершенно законно. — Она и прошла законно, — ответил Виктор Павлович. — Только не всё, что законно, бывает справедливо. Алина положила передо мной ещё один документ. — Здесь указано, что ключевой модуль системы был разработан мной. Я посмотрел на подпись. — Тебе тогда было семнадцать? — Да. — Но в документах написано, что автором разработки является компания твоего отца. Она горько улыбнулась. — Вот именно. Виктор Павлович сел в кресло. — Когда Алине было пятнадцать, она начала создавать программу для защиты корпоративных сетей. Я тогда руководил небольшой технологической компанией. У нас не было денег на разработку, поэтому я помогал ей с оборудованием и помещением. — И что произошло потом? — спросил я. — Потом я понял, что её программа может стоить очень дорого. Я зарегистрировал компанию, включил разработку в корпоративные активы и начал искать инвесторов. Алина резко повернулась к нему. — Ты забыл упомянуть, что обещал оформить авторские права на меня. — Я хотел защитить тебя! — От кого? От собственных денег? Он тяжело вздохнул. — Ты была ребёнком. Я принимал решения за тебя. — И поэтому ты подписал документы, согласно которым я якобы отказалась от всех прав? Я снова посмотрел на бумаги. Теперь я понимал, почему Алина так болезненно реагировала на разговоры о деньгах. В её жизни уже был человек, который использовал её талант, а затем объяснил это заботой. — Максим, — сказала она, — твоя компания получила эту технологию почти бесплатно. Я не стал спорить. — Я не знал. — Но пользовался ею десять лет. — Да. — И заработал на ней миллиарды. Я опустил глаза. — Да. В комнате повисла тяжёлая тишина. Виктор Павлович вдруг вмешался: — Именно поэтому я и пришёл. Теперь, когда моя дочь связалась с таким человеком, я хочу, чтобы вопрос наконец был решён. — Какой вопрос? — спросил я. — Финансовый. Моя дочь должна получить то, что ей принадлежит. Алина посмотрела на отца. — Не смей говорить обо мне так, будто меня здесь нет. — Я пытаюсь помочь тебе! — Ты уже помог. Достаточно. Я решил, что сейчас лучше не вмешиваться в их семейный конфликт. Но перед уходом Виктор Павлович остановил меня. — Максим, вам нужно кое-что знать. Когда я продавал компанию, я сохранил копии всех договоров. Там есть приложение, которого нет в вашем архиве. — Какое приложение? Он посмотрел на дочь. — То самое, которое объясняет, почему сегодняшняя атака на вашу компанию была направлена не просто на деньги. Алина побледнела. — Папа, о чём ты? — Кто-то искал оригинальный алгоритм. Я почувствовал, как внутри всё сжалось. — Вы хотите сказать, что сегодняшняя атака связана с вашей старой разработкой? Виктор Павлович кивнул. — И я подозреваю, что организатор находится гораздо ближе к вам, чем вы думаете. В ту ночь я почти не спал. На следующий день я вызвал Андрея и попросил поднять все документы, связанные с приобретением Вектор-Системс. Через час он пришёл ко мне в кабинет. — Максим Андреевич, у нас проблема. — У меня уже сложилось впечатление, что вы приходите только с такими новостями. Он положил на стол папку. — В первоначальном архиве действительно отсутствует одно приложение. Но я нашёл копию в старом корпоративном хранилище. — Что там? Андрей открыл документ. В нём говорилось, что при передаче компании покупатель обязан сохранять указание на первоначального разработчика ключевого программного модуля, а также выплачивать ему согласованное вознаграждение при коммерческом использовании технологии. — И кто должен был получать деньги? — спросил я. Андрей прочитал фамилию. — Алина Орлова. Я откинулся на спинку кресла. — Сколько ей должны? Он начал считать. Сначала молча. Потом ещё раз проверил цифры. — Максим Андреевич… Если учитывать весь период использования, проценты и условия соглашения, сумма очень большая. — Насколько? — Около трёх миллиардов рублей. Я долго смотрел на документ. Три миллиарда. Деньги, которые я зарабатывал годами, строя компанию, нанимая сотрудников, заключая сделки. Но теперь выяснялось, что значительная часть успеха была связана с разработкой девушки, которую я встретил в пижаме с котами. И она ни разу не попросила у меня ни рубля. — Почему выплаты не производились? — спросил я. Андрей нервно поправил галстук. — В последующих отчётах указано, что автор отказалась от вознаграждения. — Есть её подпись? — Есть. — Она настоящая? Андрей замолчал. — Мы должны проверить. Я посмотрел на него. — Проверяйте всё. И ещё. Кто имел доступ к этому архиву? — Я, вы, Игорь Мельников и несколько сотрудников юридического отдела. Имя Игоря снова появилось в моей голове. Мой заместитель. Человек, который знал все внутренние процессы компании. Я вызвал его на встречу. Игорь пришёл через десять минут. Ему было сорок лет. Он всегда выглядел безупречно: дорогой костюм, идеальная причёска, спокойная улыбка. — Что случилось, Макс? Я положил перед ним документ. Его улыбка исчезла. — Откуда это? — Хороший вопрос. Я тоже хотел бы его тебе задать. Он пробежал глазами по странице. — Старые бумаги. Зачем ты вообще их поднимаешь? — Потому что я узнал, что мы десять лет используем чужую разработку, не выплачивая автору положенное вознаграждение. Игорь сел. — Послушай, мы купили компанию законно. Всё было проверено юристами. — Тогда почему отсутствует приложение? — Не знаю. — А почему в архиве появилась поддельная подпись? Он резко поднял глаза. — Ты уже всё решил? — Нет. Я пока только задаю вопросы. Игорь встал. — Максим, я десять лет строил этот бизнес вместе с тобой. И сейчас ты собираешься поверить какой-то девушке, которая даже не умеет нормально вести переговоры? Я посмотрел на него. — Ты сейчас говоришь о человеке, который за сорок минут сделал то, чего твоя команда не могла добиться целый день. — Она просто удачно воспользовалась ситуацией. — Тогда почему ты так нервничаешь? Он ничего не ответил. В тот же вечер я приехал к Алине. Она сидела перед компьютером, а на кухне остывала очередная порция лапши. — У тебя есть минутка? — спросил я. — Если это не предложение купить мне остров, то есть. Я улыбнулся. — Кажется, я начинаю понимать, почему ты не любишь богатых людей. — Не обобщай. Я не люблю глупых людей с деньгами. Умные с деньгами меня вполне устраивают. — Значит, у меня ещё есть шанс? Она бросила на меня короткий взгляд. — Не отвлекайся. Что случилось? Я рассказал ей о найденном приложении и возможной подделке подписи. Она долго молчала. — Я никогда не отказывалась от авторского вознаграждения. — Я так и думал. — Но отец подписывал какие-то документы без моего ведома. Тогда я была несовершеннолетней. — Ты можешь доказать, что разработка принадлежит тебе? Она повернулась к компьютеру. — Максим, я могу доказать даже то, что этот алгоритм появился раньше, чем твоя компания получила название. — Как? — У меня сохранились исходные файлы. И резервные копии. И старые переписки с отцом. А ещё у меня есть привычка сохранять всё, что пишу. Я рассмеялся. — Значит, ты сохраняешь даже старые сообщения? — Конечно. В отличие от некоторых людей, я умею пользоваться резервными копиями. Я поднял руки. — Хорошо. Заслужил. Она открыла папку. В ней находились десятки файлов с датами создания, техническими комментариями и ранними версиями программы. — Вот первый прототип. Мне было пятнадцать. Я посмотрел на экран. — Невероятно. — Нет. Невероятно то, что взрослые мужчины решили, будто девочка не поймёт, что у неё украли. Она произнесла это спокойно, но я услышал в её голосе боль. — Алина, я хочу всё исправить. — Как именно? — Компания выплатит тебе всё, что должна. — А если это поставит компанию под угрозу? — Тогда будем решать проблему честно. Она внимательно посмотрела на меня. — Ты понимаешь, что твой заместитель может быть причастен? — Да. — И что тебе, возможно, придётся выбирать между старым другом и правдой? Я кивнул. — Понимаю. Она закрыла папку. — Тогда не обещай мне ничего. Просто докажи. В следующие две недели мы работали почти каждый день. Я организовал независимую юридическую проверку. Алина предоставила оригинальные исходные файлы, переписки и техническую документацию. Эксперты подтвердили, что её разработка действительно была создана задолго до регистрации компании отца. Кроме того, выяснилось, что некоторые документы о передаче авторских прав были подписаны с нарушениями. Но самым неприятным открытием стала информация о недавней кибератаке. Алина обнаружила, что злоумышленники использовали старый технический протокол, который присутствовал только в ранней версии её программы. — Значит, они знали о старом коде? — спросил я. — Не просто знали. Они имели доступ к оригинальным материалам. — Кто мог получить их? Она перечислила несколько человек. Виктор Павлович. Игорь. И несколько бывших сотрудников «Вектор-Системс». Мы решили проверить старые журналы доступа. Именно тогда Алина обнаружила странную закономерность. За несколько недель до атаки кто-то неоднократно подключался к архиву через учётную запись Игоря. Но Игорь утверждал, что ничего не знал. Я вызвал его повторно. На этот раз в кабинете присутствовали юрист компании и специалист службы безопасности. — Игорь, мы обнаружили подключения к архиву с твоей учётной записи. Он усмехнулся. — И что? У меня есть доступ к корпоративным системам. — Ты скачивал старые файлы? — Нет. Алина, сидевшая рядом, впервые заговорила: — А вот это интересно. Она повернула ноутбук к нему. — Посмотрите на временные метки. Игорь наклонился. На экране были показаны соединения, которые происходили ночью, когда он официально находился в командировке. — Это ничего не доказывает, — быстро сказал он. — Возможно, — ответила Алина. — Но здесь есть ещё кое-что. Она открыла следующий файл. Это была переписка, восстановленная из удалённого корпоративного архива. В ней Игорь обсуждал с неизвестным человеком передачу старых алгоритмов третьей стороне. Я посмотрел на него. — Ты продал наши данные? — Максим, ты не понимаешь… — Тогда объясни. Игорь резко поднялся. — Я десять лет был твоей правой рукой! Я помогал тебе строить компанию, пока ты играл в гениального предпринимателя! — Я платил тебе зарплату. — Мне нужна была не зарплата! Он впервые потерял самообладание. — Ты всегда был главным! Все сделки проходили через тебя! Тебя приглашали на обложки журналов, тебя называли молодым гением бизнеса! А я оставался человеком, который сидит рядом! Я медленно встал. — Поэтому ты решил продать нашу компанию? — Я хотел получить то, что заслужил. — За счёт чужой разработки? Он посмотрел на Алину. — А она вообще кто такая? Девочка, которой просто повезло? Алина спокойно закрыла ноутбук. — Знаете, Игорь, если бы удача умела писать код, у вас давно была бы работа. Юрист едва заметно улыбнулся. Игорь попытался выйти, но сотрудник службы безопасности попросил его остаться. В ходе дальнейшей проверки выяснилось, что он сотрудничал с конкурирующей фирмой и передавал ей внутренние данные. Он также рассчитывал получить деньги за оригинальные материалы разработки Алины. Кибератака была частью его плана: он хотел обрушить стоимость компании, выкупить часть активов через подставные структуры и получить контроль над несколькими ключевыми направлениями. Однако он не учёл одного. Алина сохранила оригинальные версии программы, а независимая экспертиза позволила восстановить всю цепочку событий. Игоря отстранили от должности. Компания передала материалы правоохранительным органам. Началось расследование. Но впереди оставался ещё один разговор. С Виктором Павловичем. Я встретился с ним в небольшом ресторане. Он пришёл раньше меня и сразу перешёл к делу. — Ну что, Максим? Теперь вы понимаете, почему я хотел, чтобы моя дочь получила деньги? — Понимаю. — Тогда вы должны выплатить ей три миллиарда. — Мы выплатим всё, что подтвердят эксперты и предусмотрено законом. Он недовольно посмотрел на меня. — Вы собираетесь торговаться? — Нет. Я собираюсь поступить честно. — Алина могла бы получить эти деньги гораздо раньше, если бы не была такой упрямой. Я посмотрел на него. — Вы действительно считаете, что проблема в её упрямстве? Он промолчал. — Виктор Павлович, ваша дочь создала технологию, которая принесла огромные деньги. Но вы оформили её как корпоративный актив и лишили Алину возможности самостоятельно распоряжаться результатом своего труда. — Я хотел обеспечить ей будущее! — Тогда почему она до сих пор боится разговаривать с вами о деньгах? Он отвернулся. — Я её отец. — Именно поэтому вам стоило быть осторожнее. В тот вечер Виктор Павлович впервые не нашёл ответа. Через несколько дней Алина сама согласилась встретиться с ним. Я не присутствовал при их разговоре, но позже она рассказала мне, как всё прошло. Отец пришёл с цветами. Она посмотрела на букет и сказала: — Только не говори, что теперь ты тоже решил выбрасывать деньги на цветы. Он грустно улыбнулся. — Я не знаю, как с тобой разговаривать. — Для начала можно попробовать без документов и требований. Он сел напротив неё. — Алина, я действительно думал, что делаю всё правильно. Я боялся, что ты останешься без денег, без работы, без будущего. Мне казалось, что если я всё оформлю на компанию, то смогу защитить твою разработку. — Ты защитил компанию. Не меня. Он опустил голову. — Прости. Она долго молчала. — Я не обещаю, что смогу забыть всё сразу. — Я понимаю. — И больше никогда не подписывай ничего от моего имени. — Хорошо. — Даже открытки на Новый год. Он впервые за вечер рассмеялся. Они не стали мгновенно идеальной семьёй. Но начали разговаривать. А для них это уже было большим шагом. Тем временем независимая экспертиза завершилась. Юристы подтвердили права Алины на разработку, а финансовая комиссия определила сумму компенсации с учётом договоров и периода использования технологии. Алина получила значительную часть причитающихся ей денег, а оставшиеся выплаты оформили по отдельному соглашению. Я предложил ей войти в совет директоров компании и возглавить новое направление кибербезопасности. Она отказалась от должности, которая предполагала в основном совещания и отчёты. — Я не собираюсь сидеть шесть часов в день и обсуждать, почему кто-то не прислал таблицу вовремя. — А что ты хочешь? — Создать лабораторию. Нанять сильных специалистов. Разрабатывать новые технологии. И чтобы мне не мешали. — Договорились. — И ещё. — Что? — Никаких обязательных корпоративов. — А если я попрошу? — Тогда напишу программу, которая будет автоматически отправлять тебя домой. Так появилась наша лаборатория информационной безопасности. Алина стала её руководителем и получила полную свободу в технических решениях. За первые шесть месяцев команда разработала несколько новых продуктов. Компания восстановила позиции, а её система защиты стала одной из самых востребованных на рынке. Но самое интересное произошло не в офисе. А дома. Однажды вечером мы сидели на кухне Алины. Она работала за ноутбуком, а я пытался приготовить ужин. — Максим, ты что делаешь? — Готовлю пасту. Она посмотрела на кастрюлю. — Почему вода коричневая? — Это эксперимент. — С чем? — С томатным соусом. — Ты положил соус в воду? — Да. Она закрыла лицо ладонями. — Господи, я спасла компанию от хакеров, но не могу спасти одну кастрюлю. Я засмеялся. — Зато у меня есть другие достоинства. — Например? — Я умею покупать продукты. — Это уже полезный навык. Развивай его. Мы жили вместе уже несколько месяцев, и я всё чаще ловил себя на мысли, что больше не хочу возвращаться в пустую квартиру. Мне нравилось, что Алина могла спорить со мной, смеяться надо мной и совершенно не обращать внимания на мой дорогой костюм. Однажды я пришёл домой после тяжёлого дня. Она сидела за компьютером в своей любимой пижаме с котами. — Привет, — сказала она, не отрываясь от экрана. — Привет. — Ты какой-то грустный. — Просто устал. Она закрыла ноутбук. — Садись. Я заказала пиццу. Я сел рядом. — Знаешь, Алина, раньше я думал, что для счастья нужно иметь всё. — И что теперь? — Теперь я думаю, что достаточно иметь человека, которому не нужно притворяться, что у тебя всё хорошо. Она посмотрела на меня и улыбнулась. — Неплохо сказано. Ты сам придумал или попросил искусственный интеллект? — Сам! — Тогда я горжусь тобой. В тот вечер я окончательно понял, что люблю её. Не за талант. Не за то, что она спасла мою компанию. И даже не за то, что могла одним взглядом заставить меня почувствовать себя школьником у доски. Я любил её за то, что рядом с ней мне не нужно было ничего доказывать. Через несколько месяцев я решил сделать ей предложение. Но я знал, что обычное кольцо за несколько миллионов рублей она просто вернёт в магазин. Поэтому я придумал кое-что другое. Я несколько недель учился программировать. Алина иногда помогала мне, не подозревая, над чем именно я работаю. — Максим, у тебя опять ошибка в коде. — Я знаю. — Тогда почему ты её не исправляешь? — Потому что это сложная ошибка. Она посмотрела на экран. — Там пропущена скобка. — Вот видишь. Очень сложная. Она засмеялась. Я продолжал работать тайком. Наконец настал вечер, когда всё было готово. Мы сидели дома. Алина закончила очередную задачу, потянулась и собралась закрыть ноутбук. — Подожди, — сказал я. — Что? — Я кое-что сделал. Она посмотрела на меня с подозрением. — Если ты опять купил мне цветы, можешь сразу оставить их у двери. — Нет. Просто посмотри на экран. Я открыл программу. На мониторе появилась небольшая анимация. Сначала несколько строк кода, затем они постепенно сложились в простую надпись: «Алина, я не всегда понимаю твой код. Но я точно знаю, что хочу провести с тобой всю жизнь. Ты выйдешь за меня?» Она несколько секунд молчала. Потом медленно повернулась ко мне. — Ты сам это написал? — Почти. — Что значит почти? — Я попросил твоего коллегу помочь с одной технической ошибкой. Она рассмеялась сквозь слёзы. — Максим, ты невозможный. Я достал небольшую коробочку. Внутри лежало простое серебряное кольцо без огромного камня. — Я подумал, что такое тебе понравится. Алина посмотрела на кольцо, потом на меня. — А если я скажу, что не люблю кольца? — Тогда я буду носить его сам. Она засмеялась и обняла меня. — Да, Максим. Я согласна. Через три месяца мы поженились. Никакого дворца, огромного банкета и сотен незнакомых гостей. Мы устроили небольшую церемонию в загородном доме. Пришли близкие друзья, несколько родственников, сотрудники лаборатории и, конечно, отец Алины. Виктор Павлович подошёл ко мне перед началом церемонии. — Максим, берегите её. Я кивнул. — Обязательно. Он помолчал, затем добавил: — И не обижайте её. Она гораздо умнее нас обоих. Я улыбнулся. — Я это понял в тот день, когда она выбросила мой букет. Алина услышала последние слова и подошла к нам. — Вообще-то букет был ужасный. — Но ты могла хотя бы оставить его на пару минут. — Максим, я тогда работала. У меня не было времени заниматься растениями. Гости рассмеялись. После свадьбы наша жизнь не превратилась в сказку без проблем. Я по-прежнему руководил компанией, Алина проводила много времени в лаборатории, иногда мы спорили из-за работы и домашних обязанностей. Но теперь я знал, что вечером меня ждёт человек, которому не нужны мои деньги, чтобы быть рядом. Однажды на деловом мероприятии ко мне подошла молодая женщина. Она улыбнулась и спросила: — Максим Андреевич, а правда, что ваша жена совершенно не интересуется роскошью? — Правда. — И вам это нравится? Я посмотрел на неё. — Знаете, раньше я думал, что идеальная женщина должна восхищаться моими достижениями. — А теперь? — Теперь я рад, что моя жена иногда вообще не замечает, что я директор. В этот момент у меня зазвонил телефон. На экране появилось сообщение от Алины: «Купи молоко, хлеб и кошачий корм. И не забудь, что сегодня твоя очередь мыть посуду». Я показал сообщение собеседнице. Она удивлённо посмотрела на меня. — И вы действительно пойдёте покупать молоко? — Конечно. Я генеральный директор, а не человек, который умеет отличать грязную тарелку от чистой только по запаху. Вечером я вернулся домой с продуктами. Алина сидела за компьютером. — Молоко купил? — Да. — Хлеб? — Да. — Корм? — Да. Она подняла большой палец. — Отлично. Повышаю тебя до старшего менеджера по закупкам. Я поставил пакеты на стол и поцеловал её в макушку. — А премия будет? — Конечно. Тебе достанется честь помыть посуду. И знаете, что самое удивительное? Я действительно был счастлив. Не потому, что у меня было много денег. Не потому, что моя компания снова стала успешной. И даже не потому, что рядом со мной была невероятно талантливая женщина. Я был счастлив, потому что впервые в жизни меня любили не за то, что у меня есть, а за то, кто я есть. Алина научила меня одной простой вещи: настоящие отношения нельзя купить, даже если у тебя на счету миллиард. Можно купить дорогой автомобиль, огромную квартиру, билет на другой конец света и даже внимание незнакомых людей. Но нельзя купить искренний смех за кухонным столом, заботу после тяжёлого дня и человека, который скажет тебе правду, даже если она тебе совсем не понравится. Сейчас Алина по-прежнему ходит по дому в пижаме с котами, работает за компьютером и иногда забывает, что на плите стоит чайник. А я по-прежнему руковожу компанией. Только теперь, когда кто-нибудь спрашивает меня, в чём секрет моего успеха, я отвечаю: — Найдите человека, который сможет не только спасти ваш бизнес, но и заставить вас добровольно мыть посуду. Поверьте, это гораздо сложнее, чем заработать первый миллиард.