Я Заменил Брата И Влюбился В Его Жену

ЧАСТЬ 1
Я женился на жене своего брата-близнеца всего на один месяц… но в последний день она сказала мне то, после чего я понял, что потеряю не просто женщину, а единственного человека, рядом с которым чувствовал себя по-настоящему счастливым.
Меня зовут Алексей. У меня есть брат-близнец Кевин. Мы настолько похожи, что даже в детстве мама иногда называла нас не теми именами. Однажды она отправила меня в школу с портфелем Кевина, а его — с моим. Мы узнали об этом только после того, как учительница вызвала нас к доске и попросила решить задания друг друга. С тех пор мы поняли: наше сходство может доставить немало неприятностей. Но если внешне мы были практически одинаковыми, характеры у нас отличались кардинально. Я любил спокойную жизнь. Работал инженером, снимал небольшую квартиру, по выходным помогал родителям и иногда встречался с друзьями. Кевин же считал, что обычная жизнь придумана для людей без амбиций. Сегодня он мечтал открыть ресторан, завтра собирался стать миллионером, послезавтра планировал переехать в другую страну. И, конечно, женщины у него тоже долго не задерживались. Когда он познакомился с Наташей, я впервые подумал, что брат наконец повзрослел. Она была красивой, но не той красотой, которая сразу бросается в глаза. У неё были добрые глаза, спокойная улыбка и привычка смеяться даже над самыми глупыми шутками. Она работала дизайнером интерьеров и могла полчаса рассказывать о том, почему неправильно подобранные шторы способны испортить всю комнату. — Кевин, ты хоть иногда слушаешь, что я говорю? — спросила она однажды за семейным ужином. — Конечно, дорогая. Шторы должны быть счастливыми, — уверенно ответил брат. Я чуть не подавился водой. Наташа рассмеялась, а Кевин поцеловал её в щёку. Через несколько месяцев они поженились. Свадьба была красивой, родственники плакали от счастья, мама произносила тосты, а отец несколько раз повторил, что теперь у него наконец-то будут внуки. Я искренне радовался за брата. По крайней мере, тогда мне так казалось. Через две недели после свадьбы Кевин позвонил мне поздно вечером. — Алекс, ты дома? — Нет, я на Луне. Что случилось? — Не шути. Мне нужна помощь. По голосу я сразу понял, что дело серьёзное. Через двадцать минут он уже сидел у меня на кухне. Волосы растрёпаны, рубашка помятая, глаза красные. — Я уезжаю, — выпалил он. — Куда? — В Европу. У меня появилась возможность работать с одной компанией. Хорошая зарплата, перспективы. Это мой шанс. — А Наташа? Он замолчал. И именно это молчание мне не понравилось. — Кевин, ты женат две недели! — Я знаю! — Тогда почему говоришь об отъезде так, будто собираешься за хлебом? Он провёл руками по лицу. — Я не готов к семейной жизни, Алекс. Я думал, что после свадьбы всё изменится. Но мне тесно. Я хочу свободы. — А жениться кто тебя заставлял? — Никто. Я сам виноват. Впервые за долгое время брат не пытался оправдаться. Он рассказал, что уже купил билет, что работа в Европе требует скорого переезда и что он не хочет оставаться с Наташей только ради приличия. По его словам, если он останется, рано или поздно начнёт ей изменять. — Тогда поговори с ней честно, — сказал я. — Ты не понимаешь. Её отец меня уничтожит. Моя семья тоже. Все будут говорить, что я испортил девушке жизнь. — А ты думаешь, сейчас делаешь что-то хорошее? Кевин поднял на меня глаза. — Есть один выход. Мне следовало сразу выставить его за дверь. — Какой ещё выход? Он наклонился ко мне и произнёс: — Ты займёшь моё место. Я несколько секунд смотрел на него, пытаясь понять, шутит он или окончательно потерял рассудок. — Повтори. — Ты будешь жить с Наташей месяц. Всего месяц. Мы одинаковые. Никто ничего не заметит. Потом я вернусь, и всё продолжится как раньше. — Ты предлагаешь мне притворяться твоим мужем? — Да. — Ты вообще здоров? — Алекс, пожалуйста. — Нет! Он начал рассказывать, что Наташа не заподозрит подмены, что ему нужно немного времени, чтобы разобраться с работой, а потом он вернётся и сам всё объяснит. — А если она захочет поцеловать меня? — Выкрутишься. — А если спросит о чём-то личном? — Придумаешь. — А если попросит купить прокладки в аптеке? — Алекс! — Что «Алекс»? У тебя даже план мошенничества составлен хуже, чем расписание автобусов! Но Кевин не смеялся. Он заплакал. Я никогда не видел его таким. Даже когда в детстве он разбил папину машину, он пытался обвинить в этом соседского кота. — Брат, я прошу тебя. Один месяц. Я вернусь. Обещаю. Я долго смотрел на него. И совершил самую большую ошибку своей жизни. Я согласился. На следующий день Кевин уехал, оставив мне телефон, банковскую карту и список привычек, которые, по его мнению, я должен был изображать. В списке было написано: «Наташа любит кофе без сахара». «Не ест грибы». «По воскресеньям звонит маме». «Не любит, когда трогают его волосы». Последний пункт я перечитал три раза. Как будто волосы были главным секретом семейной жизни. Перед отъездом Кевин ещё раз позвонил: — И запомни, брат, никаких откровенных разговоров. Не влюбляйся. Просто проживи месяц. — Да, конечно. А ещё я собираюсь купить себе остров и назвать его твоим именем. Он засмеялся. Я не знал, что через несколько недель мне будет совсем не до шуток. Первая неделя Когда я вошёл в квартиру брата, Наташа встретила меня в домашнем платье. — Милый! Наконец-то! Я уже думала, ты опять задержишься. Она обняла меня. Я застыл. Это был первый раз, когда женщина обняла меня так, словно я был её самым близким человеком. — Устал? — спросила она. — Немного. — Тогда иди мой руки. Я приготовила твою любимую курицу с картошкой. Я едва не поперхнулся. Любимую? В списке Кевина об этом не было ни слова. За ужином я старался вести себя естественно. — Вкусно? — спросила Наташа. — Очень. — Странно. Обычно ты говоришь, что я пересушила мясо. Я поднял глаза. — Сегодня оно получилось особенно хорошо. Она улыбнулась. — Надо же. Кажется, мой муж наконец-то научился делать комплименты. Я опустил взгляд в тарелку. Так началась моя первая неделя. Я узнавал Наташу постепенно. Она рассказывала о работе, о подруге Оле, о своей мечте открыть небольшую студию дизайна. А я слушал. Не потому, что должен был изображать заботливого мужа. Мне действительно было интересно. Однажды она спросила: — Ты помнишь, как мы познакомились? Я почувствовал, как внутри всё похолодело. — Конечно. — И где? Я кашлянул. — На вечеринке. Она прищурилась. — На какой? — На той самой. Наташа несколько секунд смотрела на меня, потом рассмеялась. — Господи, Кевин, ты ужасный романтик. Мы познакомились в книжном магазине! Я тоже рассмеялся, хотя мысленно уже готовился к собственным похоронам. Вторая неделя Наташа начала замечать перемены. — Ты стал другим, — сказала она однажды вечером. — В каком смысле? — Раньше ты постоянно сидел в телефоне. А теперь спрашиваешь, как прошёл мой день. Я пожал плечами. — Может, решил исправиться. Она подошла ближе и поправила воротник моей рубашки. — Мне нравится этот новый Кевин. Эти слова почему-то причинили мне боль. Потому что она хвалила не меня. Она хвалила человека, которого я изображал. Однажды вечером в квартире отключили электричество. Мы зажгли свечи и вышли на балкон. Наташа рассказывала о своём детстве, о том, как родители постоянно ссорились, и о том, что она всегда мечтала о семье, в которой люди разговаривают друг с другом. — Иногда мне кажется, что мы с Кевином слишком разные, — тихо сказала она. Я повернулся к ней. — Почему? — Он постоянно куда-то спешит. Даже когда находится рядом, его мысли уже где-то далеко. Я хотел сказать, что она права. Но вместо этого взял её за руку. — Ты заслуживаешь человека, который будет тебя слушать. Она посмотрела на меня. — Я знаю. Поэтому надеюсь, что мой муж наконец им станет. Я не убрал руку. И она тоже. В ту ночь я почти не спал. Третья неделя Я начал бояться каждого звонка телефона. Кевин иногда звонил, интересовался, всё ли идёт по плану. — Ну что, брат? Как моя жена? — Она замечательная. — Я же говорил. С ней легко. Я сжал телефон. — Тогда почему ты от неё убежал? — Алекс, не начинай. — Ты хоть раз спросил, как она себя чувствует? — Я занят. Он отключился. Я смотрел на экран и впервые почувствовал настоящую злость на собственного брата. В тот же вечер Наташа принесла мне чай. — Ты сегодня какой-то грустный. — Просто устал. — Можно я тебя обниму? Я кивнул. Она обняла меня и тихо произнесла: — Спасибо, что ты рядом. Я закрыл глаза. В этот момент я понял, что влюбился. Не в красивую женщину, не в чужую жену, а в человека, который каждый день делал мой мир немного теплее. Я влюбился в её смех, в её привычку оставлять записки на холодильнике, в её странное пение в душе и в то, как она всегда спрашивала, не забыл ли я пообедать. И чем сильнее я привязывался к ней, тем ужаснее чувствовал себя. Потому что всё это происходило на чужой лжи. Четвёртая неделя Однажды Наташа вернулась домой раньше обычного. Я находился на кухне и разговаривал с мамой по телефону. — Алексей, ты вообще собираешься к нам приехать? — спросила мама. — Мам, сейчас неудобно. — И не называй меня «мамой» таким голосом, будто я твой начальник! Я резко замолчал. За спиной послышались шаги. Наташа стояла в дверях. — С кем ты разговаривал? Я повернулся. — С мамой. — С какой мамой? — С нашей. Она нахмурилась. — Почему ты назвал меня «мамой»? Я понял, что допустил ошибку. — Я не тебя назвал. — Я слышала «мам». — Наташа, ты просто не так поняла. Она улыбнулась, но улыбка получилась странной. — Ладно. Наверное, я устала. В тот вечер я заметил, что она несколько раз внимательно смотрела на меня. А потом произошло кое-что ещё. Я искал зарядку в ящике письменного стола Кевина и случайно обнаружил фотографию. На ней мы с братом стояли рядом в детстве. С обратной стороны было написано маминым почерком: «Наши мальчики. Алексей и Кевин». Наташа увидела снимок и подошла ко мне. — Ты никогда не рассказывал, что у тебя есть брат-близнец. Я почувствовал, как кровь отхлынула от лица. — Мы редко общаемся. — Правда? — Да. Она взяла фотографию. Долго смотрела на неё. — Странно. Вы совершенно одинаковые. — Бывает. — А кто из вас Кевин? Я указал на брата. Она перевернула фотографию, снова посмотрела на лица и тихо рассмеялась. — Теперь я понимаю, почему твоя мама иногда путает вас. Мне хотелось немедленно признаться. Но я промолчал. На следующий день Кевин позвонил. — Брат, я возвращаюсь завтра. Всё, хватит. Спасибо, ты меня спас. — Кевин, нам нужно поговорить. — Потом поговорим. У меня самолёт утром. — Ты не понимаешь… — Алекс, я тебе обязан. Не переживай, всё будет хорошо. Он отключился. В ту ночь я лежал рядом с Наташей и смотрел в потолок. Она спала, положив руку мне на плечо. Я знал, что утром должен был исчезнуть из её жизни. Но самое страшное произошло за завтраком. Наташа поставила передо мной чашку кофе и улыбнулась: — Сегодня ровно месяц нашей свадьбы. Я приготовила тебе сюрприз. — Какой? — Увидишь вечером. Она поцеловала меня в щёку и вышла из кухни. Я остался один. На столе лежала маленькая коробочка с лентой. Рядом — конверт с моим именем. Я открыл его. Внутри находилась фотография, сделанная несколько дней назад. На ней мы с Наташей сидели на балконе, держась за руки. На обороте было написано: «Я знаю, что ты не тот человек, за которого себя выдаёшь. И всё равно хочу сегодня услышать от тебя правду». У меня задрожали пальцы. Но это было ещё не всё. Под фотографией лежал второй лист. Я развернул его и увидел распечатку переписки Кевина с незнакомым номером. В одном из сообщений брат написал: «Главное, чтобы Алекс продержался месяц. Наташа ничего не должна узнать до моего возвращения. Потом я решу вопрос с разводом и деньгами». Я перечитал эти слова несколько раз. Деньгами? Какими деньгами? И почему Кевин собирался решать вопрос с разводом только после возвращения? В этот момент за моей спиной раздался голос Наташи: — Алексей, теперь расскажи мне, пожалуйста, сколько ещё ты собирался меня обманывать?

ЧАСТЬ 2
— Алексей, теперь расскажи мне, пожалуйста, сколько ещё ты собирался меня обманывать?
Я медленно повернулся.
Наташа стояла возле двери кухни. В руках у неё была ещё одна фотография — наша с Кевином детская фотография, которую она накануне нашла в ящике письменного стола.
Она не плакала. Не кричала. Даже не выглядела удивлённой.
И почему-то именно это пугало меня больше всего.
— Наташа, я могу всё объяснить.
— Правда? Тогда начни с самого простого. Кто ты?
Я опустил глаза.
— Алексей. Младший брат Кевина.
— Вы близнецы.
— Да.
— И ты целый месяц жил со мной вместо моего мужа?
Я не ответил.
Наташа коротко рассмеялась. Но в её смехе не было ничего весёлого.
— Невероятно. Я думала, что вышла замуж за мужчину, который наконец-то начал меня слышать. А оказывается, я просто разговаривала с его братом.
— Я не хотел, чтобы так получилось.
— А как ты хотел? Чтобы я ещё месяц готовила тебе ужины, покупала подарки и рассказывала о своём детстве? А потом ты бы спокойно собрал чемодан и передал меня обратно?
— Наташа…
— Не надо произносить моё имя таким голосом. Ты прекрасно знаешь, как мне больно.
Я сел на стул.
Впервые за месяц мне не нужно было изображать Кевина. Но я совершенно не понимал, как быть самим собой.
— Всё началось с того, что Кевин попросил меня помочь ему, — произнёс я. — Он сказал, что уезжает в Европу и ему нужно время, чтобы разобраться в своей жизни.
— Я знаю.
— Знаешь?
— Продолжай.
Я рассказал ей всё. О звонке брата, его слезах, предложении подменить его на месяц. Рассказал, как боялся, что она заметит разницу, как пытался запомнить её привычки и как постепенно перестал воспринимать происходящее как временную игру.
Когда я закончил, Наташа долго молчала.
Потом спросила:
— Ты меня любишь?
Я поднял голову.
Вот он. Вопрос, от которого я убегал последние две недели.
— Да.
Она закрыла глаза.
— Господи…
— Я не прошу тебя отвечать мне взаимностью. Я просто не хочу больше лгать.
— Тогда ответь ещё на один вопрос. Кевин знает?
— Что именно?
— Что ты в меня влюбился.
— Нет.
Наташа посмотрела на фотографию в своих руках.
— А вот я думаю, что знает гораздо больше, чем ты предполагаешь.
Она положила передо мной распечатку переписки.
— Ты прочитал только одно сообщение?
— Да.
— Тогда посмотри остальные страницы.
Я взял листы.
Первое сообщение было отправлено Кевином за несколько дней до моего приезда.
«Алекс справится. Он всегда был послушным. Если я попрошу, он сделает».
Следующее:
«Наташа слишком доверчивая. Она не станет подозревать ничего, пока не появятся документы».
Я нахмурился.
— Какие документы?
Наташа села напротив.
— Вот это я и пытаюсь понять.
Она достала из папки несколько распечатанных страниц.
Я начал читать.
Кевин переписывался с человеком по имени Виктор. Из разговоров следовало, что они обсуждали не только мой месяц в квартире, но и продажу квартиры Наташи.
Точнее, квартиры, которая принадлежала ей ещё до свадьбы.
— Подожди, — произнёс я. — Почему твоя квартира здесь?
— Потому что Кевин очень интересовался, можно ли оформить её продажу без моего участия.
Я почувствовал, как внутри всё сжалось.
— Но ведь это невозможно.
— Конечно, невозможно. Поэтому он и придумал кое-что другое.
Она достала ещё один документ.
Это была копия доверенности.
Я внимательно посмотрел на подпись.
— Это твоя подпись?
— Нет.
— Тогда почему она здесь?
— Потому что кто-то очень старательно пытался её подделать.
Я снова посмотрел на бумагу.
Внизу стояла дата, когда Кевин ещё жил с Наташей.
— Ты обращалась в полицию?
— Пока нет. Сначала хотела понять, кто именно за этим стоит.
— А фотография на балконе?
Она вздохнула.
— Я начала подозревать тебя раньше, чем ты думаешь.
— Когда?
— В тот вечер, когда ты разговаривал с мамой по телефону и назвал её мамой.
Я невольно улыбнулся.
— Я тогда чуть не умер от страха.
— А я чуть не умерла от смеха, когда поняла, что мой муж вдруг стал называть меня мамой. Но потом я вспомнила кое-что другое.
— Что?
— На нашей свадьбе Кевин рассказывал, что вы с братом не разговариваете уже несколько месяцев. А ты однажды спросил меня, как поживает ваша мама после операции.
Я замер.
— И что?
— Я спросила Кевина, почему он не рассказывал мне об операции. Он ответил, что я всё перепутала.
Она посмотрела мне прямо в глаза.
— Тогда я впервые поняла, что передо мной, возможно, другой человек.
— Почему ты ничего не сказала?
— Хотела убедиться.
Наташа рассказала, что несколько раз специально задавала мне вопросы о событиях, которые происходили до свадьбы. Я путался, иногда отвечал слишком осторожно, а иногда вообще не помнил деталей.
Но окончательно её убедила одна мелочь.
— Помнишь, ты однажды купил мне цветы?
— Конечно.
— Кевин никогда не покупал мне белые хризантемы. Он знал, что я их не люблю.
Я вспомнил тот день.
Я просто зашёл в цветочный магазин и выбрал букет, который показался мне красивым.
— Я думал, что тебе понравится.
— Мне понравилось. Но я поняла, что мой муж никогда не замечал, какие цветы я люблю.
Наташа отвела взгляд.
— Знаешь, что самое ужасное? За этот месяц я впервые почувствовала себя замужней женщиной.
Я хотел что-то сказать, но она подняла руку.
— Не перебивай. Я ещё не закончила.
Она рассказала, что после свадьбы Кевин почти сразу начал вести себя странно. Он часто исчезал, скрывал телефон, раздражался из-за обычных вопросов и постоянно говорил о деньгах.
А потом однажды Наташа случайно услышала его разговор.
Кевин обсуждал с Виктором какую-то сделку. В разговоре прозвучало её имя и сумма в несколько миллионов рублей.
Она не поняла, о чём идёт речь, но начала подозревать неладное.
— И ты решила проверить его?
— Да. Я нашла переписку на старом планшете. Потом увидела документы. А когда ты появился вместо него, решила, что должна сначала выяснить, что происходит.
— Но почему ты позволила мне остаться?
Наташа посмотрела на меня.
— Потому что я хотела понять, почему два одинаковых мужчины могут так по-разному относиться к женщине, которая находится рядом.
Я опустил голову.
— Прости.
— Алексей, я не знаю, смогу ли когда-нибудь простить тебя. Но сейчас мне нужно понять, насколько глубоко мой муж втянул тебя в эту историю.
Я посмотрел на часы.
До возвращения Кевина оставалось несколько часов.
И тут мой телефон зазвонил.
На экране высветилось имя брата.
— Не отвечай, — тихо сказала Наташа.
Но я всё-таки поднял трубку.
— Ну что, брат? — весело спросил Кевин. — Как прошла последняя ночь в моём доме?
— Кевин, нам нужно поговорить.
— Потом. Я уже в аэропорту. Через пару часов буду дома.
— Ты знаешь, что я нашёл переписку?
На другом конце повисла тишина.
— Какую переписку?
— Не притворяйся.
— Алекс, ты сейчас с кем?
Я посмотрел на Наташу.
Она молча покачала головой.
— С твоей женой.
Кевин тяжело выдохнул.
— Послушай, не делай глупостей. Я всё объясню.
— Объясни мне сначала, что за документы на квартиру Наташи.
— Это не твоё дело.
— Ты просил меня заменить тебя на месяц. Ты говорил, что просто хочешь разобраться в своей жизни.
— Я действительно хочу разобраться!
— А доверенность? А продажа квартиры?
Кевин начал говорить быстрее:
— Алекс, ты ничего не понимаешь. У меня долги. Я пытался решить проблему. Мне нужны были деньги.
— Поэтому ты решил продать квартиру жены?
— Я собирался всё вернуть!
Наташа выхватила у меня телефон.
— Кевин, это ты?
Брат замолчал.
— Наташа?
— Да, дорогой. Твоя жена. Та самая женщина, которой ты обещал счастливую жизнь.
— Наташа, подожди…
— Не надо. Я просто хочу знать, почему ты подделывал мою подпись.
— Это недоразумение.
— А переписка с Виктором тоже недоразумение?
Кевин раздражённо выдохнул.
— Ты не понимаешь, в какой ситуации я оказался.
— Тогда объясни.
— У меня были финансовые проблемы. Я хотел решить их до того, как они станут серьёзными.
— И решил использовать меня?
— Я собирался всё исправить.
— Конечно. Сначала продать мою квартиру, потом улететь в Европу, а потом, наверное, прислать мне открытку с Эйфелевой башней?
Я едва сдержал улыбку.
Даже в такой ситуации Наташа умела находить слова.
Но Кевин уже не шутил.
— Слушай внимательно. Я прилетаю сегодня. Никто никуда не уходит. Мы сядем и поговорим.
— Хорошо, — ответила Наташа. — Только на этот раз ты будешь разговаривать со мной как мужчина, а не прятаться за спиной своего брата.
Она отключила звонок.
Я посмотрел на неё.
— Ты уверена, что хочешь с ним встретиться?
— Нет. Но я устала бояться.
К вечеру Кевин действительно вернулся.
Я услышал, как открылась входная дверь.
— Наташа! Алекс! Я дома!
Он вошёл в гостиную с дорожной сумкой, бросил куртку на кресло и остановился.
Перед ним сидели мы оба.
Я — справа.
Наташа — посередине.
А слева на диване лежала папка с документами.
Кевин посмотрел на меня, потом на жену.
— Ну вот. Семейное собрание.
— Садись, — сказала Наташа.
Он попытался улыбнуться.
— Дорогая, я всё объясню.
— Сначала ответь на один вопрос. Ты действительно собирался продать мою квартиру?
— Нет.
— Тогда что это?
Она открыла папку и достала копию доверенности.
Кевин посмотрел на документ и побледнел.
— Откуда это у тебя?
— Неважно.
— Кто тебе дал?
— Твой брат.
Кевин резко повернулся ко мне.
— Ты совсем идиот? Я же просил тебя не вмешиваться!
Я встал.
— Ты попросил меня притворяться тобой. Я согласился. Но ты не просил меня участвовать в краже.
— Никто ничего не украл!
— Пока.
Кевин провёл рукой по волосам.
— Вы оба ведёте себя так, будто я какой-то преступник. Я просто хотел выбраться из долгов.
Наташа спокойно спросила:
— Сколько ты должен?
— Это неважно.
— Сколько?
Он отвернулся.
— Почти четыре миллиона.
Я присвистнул.
— Ничего себе. Ты что, покупал остров?
— Закрой рот, Алекс!
— Я просто пытаюсь понять, куда делись деньги. На европейскую мечту, наверное, много не потратишь, если ещё и жене квартиру решил продать.
Кевин резко вскочил.
— Ты всегда был таким! Тихим, правильным, скучным! Ты никогда не понимал, чего я хочу!
— Возможно. Но я хотя бы не пытаюсь получить чужую квартиру поддельной подписью.
Наташа положила на стол ещё одну бумагу.
— Есть кое-что интереснее.
Это была распечатка банковских переводов.
Она объяснила, что за несколько недель до свадьбы Кевин взял деньги у Виктора, пообещав вернуть их после оформления определённых документов. Когда стало понятно, что он не сможет расплатиться, Виктор начал требовать гарантию.
Кевин предложил квартиру Наташи.
Но для этого ему требовалось получить её согласие или подделать подпись.
— Я не собирался доводить дело до конца, — пробормотал он.
— А что ты собирался сделать? — спросила Наташа. — Попросить меня добровольно отдать тебе квартиру?
Кевин молчал.
— И почему ты вообще решил жениться на мне? — продолжила она.
Он посмотрел на неё.
— Потому что любил тебя.
Наташа усмехнулась.
— Ты любил меня или мою квартиру?
— Не говори так.
— Тогда скажи, когда ты собирался рассказать мне о долгах.
Кевин опустил голову.
Ответ был очевиден.
В этот момент зазвонил его телефон.
На экране высветилось имя Виктора.
Наташа посмотрела на него.
— Ответь.
— Не надо.
— Ответь, Кевин.
Он нажал кнопку громкой связи.
— Ну что? — раздался грубый мужской голос. — Ты вернулся? Документы готовы?
Кевин нервно посмотрел на нас.
— Пока нет.
— Что значит «пока нет»? Ты обещал, что сегодня всё будет подписано.
— Возникли проблемы.
— Мне плевать на твои проблемы. Ты сам предложил эту квартиру. Если не вернёшь деньги, будешь отвечать.
— Я верну!
— У тебя три дня.
Связь оборвалась.
Наташа закрыла глаза.
— Значит, вот почему ты так торопился.
Кевин сел на диван.
Впервые за весь вечер он выглядел не злым и не самоуверенным, а просто испуганным.
— Я не хотел, чтобы всё так закончилось.
— Но ты сам к этому шёл, — ответила Наташа.
Она встала и подошла к окну.
— Кевин, я больше не хочу быть твоей женой.
Он поднял голову.
— Что?
— Я подаю на развод.
— Наташа, подожди. Мы можем всё исправить.
— Нет. Я больше не хочу жить с человеком, который видит во мне способ закрыть свои долги.
— Но я тебя люблю!
Она повернулась.
— Тогда почему ты оставил меня ради Европы, а потом вернулся только потому, что тебе понадобились документы?
Кевин не ответил.
Наташа взяла папку и направилась в спальню.
Я хотел пойти за ней, но она остановилась.
— Алексей, останься. Нам ещё нужно поговорить.
Кевин тут же поднял голову.
— О чём вам ещё говорить?
Наташа спокойно ответила:
— О том, что происходит между нами.
Брат посмотрел на меня.
В его глазах появилась злость.
— Только не говори мне, что ты влюбился в мою жену.
Я молчал.
И этого оказалось достаточно.
Кевин рассмеялся.
— Невероятно! Я попросил тебя о помощи, а ты решил занять моё место не только в квартире, но и в постели?
— Не смей так говорить, — резко ответила Наташа.
— А как мне говорить? Это мой брат!
— А я твоя жена. По крайней мере, была ею до сегодняшнего вечера.
Кевин посмотрел на меня.
— Ты знал, что я вернусь.
— Знал.
— И всё равно влюбился?
— Я не планировал этого.
— Конечно. Ты ведь всегда был правильным. Даже теперь нашёл способ выглядеть хорошим за мой счёт.
Я почувствовал, как внутри поднимается злость.
— Знаешь, Кевин, я целый месяц пытался быть тобой. И понял одну вещь.
— Какую?
— Ты даже не представляешь, какой замечательной женщиной была твоя жена.
Он резко встал.
— Хватит!
Но Наташа подошла ко мне и тихо сказала:
— Не отвечай ему.
Она посмотрела на Кевина.
— Уходи.
— Ты выгоняешь меня из собственного дома?
— Это моя квартира, Кевин. Ты, кажется, забыл.
Он посмотрел на неё, потом на документы.
И впервые за всё время у него не нашлось ни одной остроумной фразы.
На следующий день Наташа поехала к юристу.
Я сопровождал её, потому что она попросила помочь разобраться с документами. Юрист внимательно изучил доверенность, переписку и банковские переводы.
Он подтвердил, что квартира принадлежит Наташе и что никакие обязательства Кевина не дают ему права распоряжаться её имуществом.
Кроме того, он посоветовал сохранить все доказательства и обратиться в правоохранительные органы по поводу возможной подделки подписи.
Наташа согласилась.
Она больше не хотела решать проблемы Кевина за его спиной.
Через несколько дней начались неприятные звонки. Виктор пытался связаться с ней, требовал вернуть деньги и угрожал судебными разбирательствами.
Но юрист попросил его общаться только официально.
Постепенно выяснилось, что Кевин действительно использовал деньги Виктора для рискованных вложений. Часть средств он потерял, а другую потратил на дорогие покупки и подготовку к переезду.
Его европейская мечта оказалась не такой красивой, как он рассказывал.
Работа, о которой он говорил, не предполагала той зарплаты, которую он обещал семье. Более того, предложение ещё не было окончательно подтверждено.
Он просто хотел сбежать от долгов и ответственности.
А я всё это время думал, что спасаю брата от несчастливого брака.
Однажды вечером Кевин пришёл ко мне.
Он выглядел уставшим.
— Можно поговорить?
Я впустил его.
Он сел на кухне, огляделся и сказал:
— У тебя всегда было слишком чисто.
— Спасибо. Я тоже рад тебя видеть.
Он не улыбнулся.
— Я потерял всё, Алекс.
— Не всё. У тебя остались руки, голова и возможность работать.
— Ты всегда умел произносить такие вещи.
— Какие?
— Так, будто всё просто.
Я поставил перед ним чашку чая.
— Ничего простого нет. Но ты сам загнал себя в эту ситуацию.
Он долго молчал.
Потом спросил:
— Ты действительно любишь Наташу?
Я посмотрел на него.
— Да.
Он опустил глаза.
— А она тебя?
Я не ответил.
— Понятно, — пробормотал он.
— Кевин, я не собираюсь отнимать у тебя жену.
— Она уже не моя жена.
— Но это не значит, что я должен немедленно занять твоё место.
Он поднял голову.
— Ты даже сейчас пытаешься выглядеть благородным.
— Нет. Я просто не хочу начинать отношения с человеком, которому только что разбили сердце.
Кевин усмехнулся.
— Знаешь, в детстве я всегда считал, что мне досталась лучшая версия нашей семьи. Я был красивее, смелее, увереннее. Все обращали внимание на меня.
— Мы выглядели одинаково.
— Но выбирали всегда меня.
Я впервые услышал в его голосе не хвастовство, а настоящую обиду.
Он признался, что всю жизнь сравнивал себя со мной. Ему казалось, что я получаю уважение родителей просто за то, что ничего не требую, а ему приходится постоянно доказывать, что он чего-то стоит.
Он хотел денег, признания, красивой жизни. А когда получил возможность построить семью, испугался, что она станет для него ограничением.
— Я думал, что ты сможешь всё исправить, — сказал он. — Ты всегда был лучше в таких вещах.
— Кевин, я не исправлял твою жизнь. Я просто скрывал твою ложь.
Он кивнул.
Перед уходом брат остановился у двери.
— Я не знаю, смогу ли тебя простить.
— А я не знаю, смогу ли простить тебя.
Он посмотрел на меня.
Потом впервые за долгое время сказал:
— Прости.
И ушёл.
Прошёл месяц.
Наташа подала на развод. Кевин не стал сопротивляться, хотя несколько раз пытался вернуть её звонками и сообщениями.
Она больше не отвечала на обещания.
Юрист помог ей защитить квартиру, а материалы о подделке документов передали на официальное рассмотрение. Виктору пришлось разбираться с Кевином по поводу долга самостоятельно.
Я старался не вмешиваться.
Иногда Наташа звонила мне, чтобы спросить совета по работе. Иногда мы переписывались. Но я не пытался использовать её одиночество, чтобы приблизить её к себе.
Однажды она пригласила меня в небольшое кафе.
Я пришёл раньше и заказал два кофе.
Когда Наташа вошла, я сразу заметил, что она выглядит спокойнее.
— Привет, — сказала она.
— Привет.
Она села напротив.
— Ты похудел.
— Это потому, что больше не ем твою курицу с картошкой.
Она рассмеялась.
— А я думала, ты просто скучаешь по моей стряпне.
— Это тоже.
Мы некоторое время разговаривали о работе, о родителях, о её новой студии. Она рассказала, что наконец решилась арендовать небольшое помещение и собирается начать собственный проект.
Я искренне обрадовался.
— Ты давно об этом мечтала.
— Да. И знаешь, что самое странное? Раньше я боялась делать что-то одна. А теперь понимаю, что могу.
Я улыбнулся.
— Ты всегда могла.
Наташа посмотрела на меня.
— Алексей, я хочу кое-что спросить.
— Спрашивай.
— Если бы Кевин никогда не попросил тебя заменить его, мы бы вообще познакомились?
Я задумался.
— Наверное, познакомились бы на семейном празднике. Но вряд ли так близко.
— А если бы мы познакомились сейчас?
Я почувствовал, как сердце забилось быстрее.
— Я бы пригласил тебя на свидание.
Она улыбнулась.
— Даже зная, что я недавно развелась?
— Особенно зная, что тебе сейчас нужно время. Я бы просто предложил кофе. А потом спросил бы, хочешь ли ты встретиться ещё раз.
Наташа опустила глаза.
— Я боялась, что ты исчезнешь после того месяца.
— Я тоже этого боялся.
Она протянула руку через стол.
— Знаешь, я долго пыталась понять, кого именно я полюбила тогда. Кевина, которого считала изменившимся, или тебя, которого даже не знала.
Я молчал.
— Но потом поняла, что всё это время разговаривала с человеком, который действительно был рядом. И мне хочется узнать его настоящего.
Я осторожно взял её руку.
— Тогда давай начнём с самого начала.
Она кивнула.
— Только с одним условием.
— Каким?
— Больше никаких подмен.
Я рассмеялся.
— Договорились.
Наши отношения развивались медленно.
Наташа не хотела торопиться, и я уважал её решение. Мы встречались, гуляли, разговаривали, иногда спорили из-за совершенно нелепых вещей.
Однажды она попросила меня помочь выбрать обои для своей студии.
Я показал на первые попавшиеся.
— Вот эти.
Она посмотрела на меня так, будто я только что предложил покрасить стены в цвет варёной свёклы.
— Алексей, ты вообще понимаешь, что такое дизайн?
— Конечно. Это когда человек смотрит на десять одинаковых серых оттенков и говорит, что один из них создаёт атмосферу свободы.
Она рассмеялась так громко, что продавец обернулся.
И я подумал, что именно ради таких моментов готов слушать про обои хоть до конца жизни.
Кевин тем временем начал постепенно выплачивать долги. Он устроился на работу, отказался от идеи немедленного переезда и несколько раз приходил к родителям.
Мы не стали прежними близкими братьями за один день. Слишком многое произошло.
Но однажды он позвонил мне и спросил:
— Вы с Наташей теперь вместе?
— Да.
— Она счастлива?
Я улыбнулся.
— Надеюсь.
Он немного помолчал.
— Тогда не делай тех ошибок, которые сделал я.
— Постараюсь.
— И ещё, Алекс…
— Что?
— Если она попросит тебя купить шторы, не выбирай самые дешёвые.
Я рассмеялся.
— Это ты сейчас серьёзно?
— Абсолютно. Я до сих пор помню, как она ругалась из-за тех ужасных занавесок.
Это был первый разговор, во время которого мы оба смеялись после всего случившегося.
Через несколько месяцев мы с Наташей решили пожениться.
Но на этот раз всё было иначе.
Никаких секретов, никаких чужих ролей, никаких договорённостей за спиной.
Перед свадьбой я встретился с Кевином.
Он долго смотрел на меня, потом протянул руку.
— Поздравляю, брат.
— Спасибо.
— Только одну вещь обещай.
— Какую?
— Если она когда-нибудь спросит, кто из нас лучше готовит, не говори, что я.
— Не переживай. У тебя нет ни одного шанса.
Он рассмеялся.
Я не знаю, стал ли Кевин счастливее. Он всё ещё иногда мечтает о больших деньгах и красивой жизни, но теперь хотя бы понимает, что чужими руками собственное счастье не построишь.
А Наташа стала моей женой уже по-настоящему.
Иногда мы вспоминаем тот странный месяц. Она до сих пор шутит, что получила возможность проверить двух одинаковых мужчин и выбрала того, который хотя бы умеет слушать.
А я каждый раз отвечаю:
— Главное, что теперь у тебя только один муж.
Она улыбается:
— Да. Но иногда мне кажется, что мне и одного вполне достаточно.
И знаете, что я понял за всё это время?
Я женился на жене своего брата всего на один месяц. Но именно за этот месяц понял, что настоящая любовь начинается не тогда, когда человек говорит красивые слова, а тогда, когда он перестаёт притворяться.
И самое смешное во всей этой истории: мы с Кевином до сих пор выглядим совершенно одинаково.
Но теперь, когда мама путает наши имена, Наташа безошибочно определяет, кто из нас кто.
Говорит, что у одного взгляд человека, который любит её, а у второго — человека, который всё ещё должен ей деньги.
И, честно говоря, спорить с ней я не собираюсь.