​Часть 1: Ловушка для святого сына

​

​— Кто это к ней ломится? — сиплым голосом спросил Игорь. Его идеальный мир, где он был благородным сыном, а Марина — эгоистичной транжирой, рушился.

​— А давай послушаем, — Марина сделала звук на телефоне громче.

​Из динамика раздался грубый, басовитый мужской голос, от которого Игорь вздрогнул:

— Анна Петровна, открывай! Мы знаем, что ты дома! Твой сынок коллекторам не платит, так ты за него отдашь! Если через минуту не откроешь — спалим к чертям твою хату!

​Мама на видео сжалась в комок, судорожно запихивая творог под диван к колбасе. Игорь побледнел так, что кожа стала серой.

​— Игорь, это что? — тихо, но леденящим тоном спросила Марина. — Какие коллекторы? Ты же сказал, что взял миллион рублей в кредит на операцию маме! Ты орал на меня, что я трачу деньги на швейную машинку, пока твоя мать «умирает от голода и болезней»!

​— Марина, я всё объясню… Это ошибка… — забормотал Игорь, пятясь к двери.

​Экран телефона внезапно мигнул. Звук удара кувалды по деревянной двери маминой квартиры заставил Марину вскрикнуть. На видеозаписи входная дверь с грохотом распахнулась, и в коридор вошли двое мужчин в черных масках.

​Один из них держал в руках пластиковую канистру, от которой даже через экран, казалось, пахло бензином. Анна Петровна завизжала, а камера на секунду дернулась и погасла. Трансляция прервалась.

​В эту же секунду телефон Игоря зазвонил. На экране высветилось: «МАМА». Но из динамика, когда Игорь дрожащими пальцами нажал на ответ, раздался тот самый басовитый голос коллектора:

​— Ну привет, сынок. Слушай внимательно. Твоя мать у нас. Если через час не принесешь два миллиона — живой ты её больше не увидишь. И твою женушку мы тоже найдем.

 

​Часть 2: Расплата за ложь

​

​Гудки в трубке прозвучали как погребальный звон. В комнате повисла тяжелая, удушающая тишина, нарушаемая только тихим тиканьем настенных часов.

​Марина смотрела на мужа, и в её глазах не было жалости. Только холодное, кристально чистое отвращение. Человек, с которым она прожила пять лет, оказался чужаком.

​— Два миллиона… — прошептал Игорь, хватаясь за голову. — Где я возьму два миллиона за час? Марина, помоги! У тебя же есть отложенные деньги на открытие ателье! Отдай их мне, умоляю! Это же жизнь моей мамы!

​Марина отступила на шаг, словно боялась испачкаться о его трусость.

— Деньги на ателье? Те самые, которые я копила три года, работая по ночам? Чтобы ты отдал их за свои тайные долги?

​— Это не просто долги! — выкрикнул Игорь, и в его голосе прорезалась истерика. — Я хотел как лучше! Я хотел заработать!

​— Заработать на чем? На ставках? На крипте? — Марина говорила тихо, но каждое слово било как хлыст. — Ты ведь врал мне месяцами. Рассказывал сказки, что твоя мама истощена, что ей нужны дорогие лекарства. Я покупала ей фермерские продукты, отказывала себе во всем. А она прятала икру под диван и потакала твоему вранью!

​— Марина, прекрати! Ей угрожает опасность! Они сожгут её! — Игорь подскочил к ней, пытаясь схватить за плечи, но она резко выставила руку вперед.

​— Не трогай меня. Звони в полицию.

​— Нельзя в полицию! — Игорь затрясся. — Они сказали — убьют её, если дернусь! Ты не понимаешь, с какими людьми я связался. Они не шутят.

​Марина горько усмехнулась. На секунду ей показалось, что все эти пять лет брака были дурным сном. Игорь всегда умел казаться жертвой, благородным и несчастным. А она верила. Верила, когда он упрекал её за покупку нового платья. Верила, когда он забирал большую часть её заработка «на лечение Анны Петровны».

​Вдруг на телефон Марины пришло уведомление. Это было сообщение от охранной фирмы, которая устанавливала камеру в квартире свекрови. «Внимание! На объекте зафиксировано отключение основного питания. Переход на резервный аккумулятор».

​Марина быстро открыла приложение. Экран снова ожил, но картинка была тусклой, ночной. Камера работала в режиме инфракрасной съемки.

​Квартира Анны Петровны была перевернута вверх дном. Старый диван был отодвинут. Палки дорогой сырокопченой колбасы, банки с икрой и пакеты с творогом были безжалостно раздавлены тяжелыми армейскими ботинками.

​Сама Анна Петровна сидела на стуле посреди комнаты. Ее руки были связаны за спиной скотчем. Но что поразило Марину больше всего — на лице свекрови не было смертельного ужаса. Она злобно сплевывала на пол и что-то кричала мужчинам в масках.

​— Включи звук! — потребовал Игорь, заглядывая через плечо жены.

​Марина нажала на значок динамика. Комнату наполнил хриплый голос свекрови:

— Да нихера вы от него не получите! Мой Игорек — нищеброд! Все деньги, что он у вас брал, он уже спустил! Вы его трясите, а меня отпустите, ироды! Я вам покажу, где у него заначка спрятана!

​Игорь замер. Его собственная мать, ради которой он якобы пошел на преступление, сдавала его с потрохами.

​— Слышал? — спросила Марина, выключая экран. — Она заботится только о своей шкуре. Как и ты.

​— Марина, пожалуйста… — Игорь опустился на колени. Это выглядело жалко. Мужчина под тридцать лет, крупный, сильный, ползал у ног женщины, которую еще утром считал своей собственностью. — У меня есть план. Нам просто нужно поехать к ним. У тебя есть машина. Мы отдадим им твою машину в залог! Они согласятся, я знаю их главного!

​— Ты знаешь их главного? — Марина прищурилась. — Откуда?

​Игорь запнулся, осознав, что сболтнул лишнее. Его взгляд заметался по комнате.

— Ну… мы пересекались. Когда я брал деньги. Марина, время идет! Осталось сорок минут!

​В этот момент Марина поняла: никакого спасения мамы не будет. Это была ловушка, в которую Игорь пытался затащить и её. Если она отдаст машину или деньги, коллекторы не отстанут. Они поймут, что из этой семьи можно выжать всё до последней капли.

​— Я никуда не поеду, — твердо сказала Марина. — И машину я тебе не дам. Я подаю на развод. Прямо сейчас. Выметайся из моей квартиры.

​— Твоей квартиры?! — Игорь резко вскочил с колен. Жалость в его лице мгновенно сменилась бешеной яростью. Глаза налились кровью. — Это наша квартира! Я вложил сюда свои силы! Ты не выгонишь меня на растерзание бандитам!

​Он сделал шаг к ней, его кулаки сжались. Марина испугалась. Она знала, что Игорь бывает вспыльчивым, но таким безумным она его еще не видела.

​— Если я пойду на дно, Марина, ты пойдешь со мной! — прорычал Игорь и бросился на неё.

​Марина увернулась в самый последний момент. Игорь пролетел мимо и врезался в швейную машинку. Тяжелый металлический прибор с грохотом упал на пол, деталь отлетела со звоном. Это была последняя капля. Это ателье, эта машинка были её единственной надеждой на независимость.

​Марина схватила со стола тяжелые портновские ножницы.

— Назад! — крикнула она, выставив лезвие вперед. — Не подходи, Игорь! Я клянусь, я всажу их в тебя!

​Игорь остановился, тяжело дыша. На его лбу вздулась вена. Он посмотрел на ножницы, затем на Марину. В его глазах промелькнула трусость — он всегда боялся прямой силы.

​— Сука, — выплюнул он. — Ты еще пожалеешь. Ты думаешь, ты останешься в стороне? Они знают, где мы живем. Если они не найдут меня, они придут за тобой.

​Он схватил свою куртку со стула, выскочил из комнаты и с грохотом захлопнул входную дверь.

​Марина осталась одна. Ножницы выпали из её дрожащих рук, ударившись о паркет. Ноги подогнулись, и она опустилась на пол прямо рядом со сломанной швейной машинкой. Слезы хлынули из глаз — слезы обиды, злости и дикого, парализующего страха.

​Что делать? Бежать? Куда? К родителям нельзя, Игорь знает их адрес. В полицию? Но что она им скажет? Что муж задолжал бандитам, а свекровь сидит связанная на видео? Поверят ли ей? Не сделают ли только хуже?

​Прошло около двадцати минут. Марина сидела в темноте, не включая свет. Ей казалось, что каждый шорох в подъезде — это шаги тех самых людей в масках.

​Вдруг её телефон снова завибрировал. Это было не текстовое сообщение. Это был видеозвонок с незнакомого номера.

​Марина сглотнула слюну. Сердце заколотилось в горле. Она не хотела отвечать, но палец словно сам потянулся к зеленой кнопке.

​Экран включился. Картинка была четкой, с хорошим освещением. Это была не квартира свекрови. Это был салон какого-то дорогого автомобиля. Кожаные сиденья, приглушенный свет панели управления.

​На заднем сиденье сидел Игорь. На его лице не было следов побоев. Более того, он держал в руках стакан с виски и… улыбался. Рядом с ним сидел тот самый крупный мужчина, чей басовитый голос она слышала из динамика. Мужчина снял маску. Это было холеное, уверенное лицо человека, привыкшего брать от жизни всё.

​— Ну здравствуй, Марина, — произнес мужчина в экран, улыбаясь ленивой, хищной улыбкой. — Игорь рассказал мне о тебе. Говорит, ты у нас талантливая швея, дизайнер. И что у тебя очень красивое новое платье.

​Марина онемела. Она переводила взгляд с незнакомца на Игоря.

— Игорь… что это значит? — едва слышно выдавила она.

​Игорь отпил из стакана и усмехнулся, глядя на неё с экрана с явным превосходством.

— А то и значит, Мариночка. Ты думала, я дурак? Думала, меня можно просто так вышвырнуть? Познакомься, это Артур. И мы с ним пришли к соглашению.

​Артур взял телефон из рук Игоря и приблизил камеру к своему лицу. Его глаза сузились.

— Твой муж оказался должен мне очень много денег, Марина. Очень много. Но он предложил отличный вариант списания долга. Он переписал на меня вашу квартиру. Точнее, свою долю. А вторую половину, дорогая, ты подпишешь мне сама. Добровольно.

​— Я ничего не подпишу! — выкрикнула Марина, чувствуя, как холодная волна ужаса накрывает её с головой. — Квартира куплена на деньги моей семьи! Вы не имеете права!

​— Права? — Артур тихо рассмеялся. Звук его смеха был страшнее любых угроз. — В этом городе, девочка, право имею я. Игорь сказал, ты гордая. Но ничего, гордость быстро проходит, когда кушать хочется. В общем так. Мы уже подъезжаем к твоему дому. Игорь откроет дверь своим ключом. Надеюсь, ты будешь послушной девочкой.

​— Нет! — закричала Марина. — Я заперлась на засов! Вы не войдете!

​Игорь на заднем сиденье снова влез в кадр. В его руке блеснула связка ключей, но среди них Марина заметила маленькую серебристую отмычку — ту самую, которую он когда-то забрал у её отца «на всякий случай».

— Твой засов, Мариша, открывается снаружи за две секунды, я сам его ставил, забыла? Жди гостей. Мы через пять минут будем.

​Экран погас.

​Марина вскочила с пола. Паника захлестнула её. Пять минут! У неё есть всего пять минут!

​Она бросилась к входной двери, проверила засов. Действительно, Игорь прав — этот замок был старым, он сам его чинил год назад. Если у него есть инструмент, он откроет дверь бесшумно.

​Она подбежала к окну. Третий этаж. Внизу — асфальт и железные перила палисадника. Прыгать — верная смерть или инвалидность.

​Вдруг в тишине подъезда раздался отчетливый, тяжелый стук каблуков. Затем — скрежет металла о металл прямо за её дверью. Кто-то уже вставлял ключ в замочную скважину. Но ведь пять минут еще не прошло! Они приехали раньше? Или они звонили уже из машины под окнами?

​Замок тихо щелкнул. Один оборот. Второй.

​Марина замерла посреди коридора, сжимая в руке единственное оружие, которое у неё осталось — портновские ножницы. Дверь медленно начала открываться, являя в темноту подъезда силуэт человека. Но это был силуэт женщины…