Часть 2

Эхо первого удара перфоратора еще не затихло в бетонных перекрытиях сталинки, как из квартиры напротив испуганно выглянула баба Зина, соседка-пенсионерка. Увидев четырех шкафов в касках и с инструментами, она тут же захлопнула дверь, предусмотрительно закрывшись на три замка.

А за нашей дверью начался настоящий переполох.

Сначала раздался испуганный визг золовки Алины, а затем дверь затряслась от яростных ударов изнутри.

— Вы что творите?! Очумели?! — пронзительный голос Тамары Васильевны прорезал деревянное полотно. — Пожар! Милиция! Нас убивают!

Игнат даже бровью не повел. Он аккуратно приложил к петлям гидравлический разжим.

— Макар, держи угол! Степан, готовь брус, сейчас будем расширять проем под новую бронированную дверь премиум-класса! Старая свое отслужила, сгнила от старости!

— Какая старая?! Вы кто такие?! — изнутри забарабанил уже Денис, прибежавший, видимо, по утренней тревоге. Голос мужа дрожал от страха и утреннего похмелья. — Марина! Это ты?! Ты совсем рехнулась?! Я полицию вызвал!

Я шагнула вперед и громко, чеканя каждое слово, ответила в замочную скважину:

— Вызывай, Денис! Полиция уже в курсе, что в моей квартире идет плановый капитальный ремонт. Согласно Гражданскому кодексу, собственник имеет право производить любые технические работы, не затрагивающие несущие стены. А поскольку вы — незаконно проникшие посторонние лица, мешающие строительным работам, настоятельно рекомендую вам покинуть рабочую зону через окно или парадную дверь, пока Макар не начал демонтаж межкомнатных перегородок!

За дверью повисла зловещая тишина. Младенец в глубине квартиры залился надрывным, истеричным плачем.

— Мама, что делать?! Они реально стену долбят! — панический крик Алины разлетелся по всему подъезду.

А сибиряки тем временем работали с пугающей, профессиональной грацией. Макар с помощью гидравлики мастерски выдавил заклинивший замок. Металлическая собачка с треском вылетела из паза, и тяжелая дверь подалась внутрь.

Ухмылка сползла с лиц захватчиков окончательно, когда на пороге появились четыре сибирских бетонщика, запыленных, огромных, пахнущих табаком, раствором и неизбежностью.

Дверь распахнулась настежь.

В прихожей столпились бледные, растерянные захватчики. Тамара Васильевна в потрепанном халате держала на руках орущего внука, Алина визгливо хваталась за голову, а Денис стоял в трусах и майке, судорожно пытаясь натянуть джинсы. На его лице застыл абсолютный, первобытный ужас.

— Здравствуйте, хозяева! — басом поприветствовал их Игнат, шагая внутрь прямо в строительных ботинках и оставляя на чистом линолеуме следы свежей глины. — Бригада прибыла. Где тут у вас демонтаж старой сантехники начинаем? Марина Сергеевна, показывайте фронт работ.

Я вошла следом за строителями, гордо расправив плечи. Мой дом встретил меня запахом чужого присутствия, но я знала: этот воздух мы сейчас очистим до самого основания.

Тамара Васильевна попыталась сделать шаг вперед, пытаясь включить свой фирменный командный тон:

— Да вы… да мы вас… Мы сейчас участкового поведем! Вы не имеете права врываться! Здесь ребенок!

— Гражданка, отойдите от зоны проведения строительных работ, — вежливо, но непреклонно оттеснил ее Макар, подхватывая стоявший в коридоре чумазый баул с детскими вещичками. — Согласно технике безопасности, находиться здесь посторонним строго запрещено. Работает тяжелая техника. Степан, выноси баулы в коридор, освобождаем пространство под стяжку пола!

Денис попытался схватить Макара за руку:

— Слышь, ты, аккуратнее! Я здесь прописан… то есть, моя жена… то есть…

— Ты здесь никто, парень, — Игнат подошел к Денису вплотную, возвышаясь над ним на добрых полголовы. — Ты гость, который забыл спросить хозяина. А гости должны уходить вовремя. Одевайся давай, шнурки не забудь. У нас по графику полный снос внутренней отделки.

Паника в стане врага достигла пика. Алина завыла белугой, прижимая к себе ребенка, Тамара Васильевна задохнулась от праведного гнева, а Денис, окончательно сломленный брутальной энергетикой сибирских мужиков, сжался в комок у вешалки.

— Марина, прекрати этот цирк! — взвизгнул он, когда Степан аккуратно, но настойчиво взял его за плечи и развернул лицом к выходу. — Мы же семья! Мы же договориться могли!

— Договариваться нужно было на берегу, Денис, — холодно ответила я, обводя взглядом гостиную, где на папином чертежном столе уже успели расставить баночки с детским пюре и грязные чашки. — А теперь собирайте свои манатки. У вас есть ровно пятнадцать минут, пока сибиряки не начали менять стояки отопления.

Часть 3

Пятнадцать минут пролетели как одно мгновение. Сибирские бетонщики работали с такой ювелирной точностью и внушительной скоростью, что у захватчиков просто не осталось времени на препирательства. Степан со знанием дела вынес в подъезд первый баул с детскими вещичками, за ним полетели коробки с пожитками Алины и дорожная сумка Дениса.

Тамара Васильевна металась по квартире, пытаясь собрать разбросанные по углам баночки, причитая про бессовестную молодежь, черствость душевную и Божий суд, но Макар ласково, словно пушинку, взял ее за локоток и вывел на лестничную площадку, аккуратно пристроив рядом с ней внука в коляске.

— Всего доброго, бабуля, берегите нервы, на старости лет они еще понадобятся, — философски заметил он, возвращаясь в квартиру.

Денис уходил последним. Он был бледен как полотно, глаза бегали, в руках он судорожно сжимал свой рюкзак, но сказать было уже нечего. Авторитет сибирской бригады весом под центнер каждый убеждал лучше любых адвокатов и статей гражданского кодекса. У порога он попытался бросить на меня прощальный полный ненависти взгляд:

— Ты об этом пожалеешь, Марина. Я тебе развод дам с дележом имущества!

— Жду не дождусь, дорогой, — улыбнулась я, захлопывая за ним дверь. — Только имущество до брака моему отцу принадлежало, так что дели свою зубную щетку в общежитии у мамы.

Когда за захватчиками с грохотом захлопнулась подъездная дверь, в квартире повисла звенящая, благоговейная тишина. Я прошла в отцовский кабинет. Солнечные лучи падали на массивный деревянный стол, освещая пылинки в воздухе. Я подошла, провела пальцами по гладкой поверхности полированного дерева — следов от детских пюре не осталось, Макар уже протер стол специальным раствором.

— Ну что, хозяйка, — Игнат снял каску, вытирая пот со лба клетчатым плаком. — С чего начинаем настоящий ремонт? Дверь входную новую ставим? Или сначала стены выравнивать будем?

Я обвела взглядом просторные комнаты сталинки. Воздух здесь снова пах папиными чертежами, ароматом свежего кофе и полной, абсолютной свободой. Моя крепость была возвращена.

— Сначала меняем замки, Игнат, — твердо сказала я, доставая из сумочки телефон. — А потом ставим самую прочную, бронированную дверь в этом районе. Чтобы никому больше в голову не пришло провернуть здесь свои квартирные махинации. А за работу я заплачу по высшему разряду.

Игнат довольно ухмыльнулся, закинул на плечо перфоратор и подмигнул бригаде:

— Принято, Марина Сергеевна. Сибиряки плохого не посоветуют. Макар, тащи инструмент, будем наводить железобетонный порядок!