Двойник невесты открыл тайну, которую скрывал отец

– Ну что, Валюша, сегодня с подружками за платьем отправишься? – спросил Лев Захарович, с лёгкой улыбкой глядя на дочь. – Если что – сразу пиши, я ещё на карту переведу, чтобы вдруг не хватило.

– Да ладно, пап, – рассмеялась Валентина. – Я же не к Диору на примерку собралась. Ну, посмотрим с девчонками что-то интересное, дизайнерское, но не переживай – астрономических сумм на это дело не планирую.

Лев Захарович с любовью окинул взглядом единственную дочь. Бизнесмен гордился тем, что сумел воспитать в ней скромность и разумное отношение к деньгам, хотя иногда Валя понимала слово «экономия» слишком буквально.

– Милая, ты ведь знаешь: ради твоего счастья я готов на всё, – сказал отец, чуть усмехнувшись. – Даже твоего Игоря принял, хоть и по-прежнему считаю, что со свадьбой вы поторопились…

– Пап, ну не начинай, прошу… – умоляюще посмотрела на него девушка. – Я же тысячу раз говорила: Игорь – мой единственный, моя вторая половинка. То, что мы встретились, – ведь это один случай на миллион!

– Помню-помню, – примирительно поднял руки Лев Захарович. – Речь не о том. Я о том, чтобы ты не стеснялась просить меня о том, что хочешь видеть на своей свадьбе. В конце концов, для чего я все эти миллионы зарабатывал?

В глазах дочери, сидевшей напротив него за обеденным столом, зажглись такая нежность и теплота, что у богача невольно сжалось сердце. В эти мгновения Валентина была невероятно похожа на свою мать.

– Спасибо, папочка, ты самый лучший! – проговорила она, поднялась и, перегнувшись через стол, обняла Льва Захаровича.

Валентина чмокнула отца в щёку и унеслась в свою комнату – собираться на предсвадебный шопинг. «Эх, милая моя, знала бы ты, как мне жаль, что с тобой не будет нашей мамы. Уверен, она была бы счастлива, видя, какой умницей и красавицей выросла её дочка», – с лёгкой грустью подумал бизнесмен.

Инесса Михайловна, супруга миллионера, умерла, когда девочке едва исполнилось четыре года. Женщина не смогла справиться с последствиями тяжёлой наследственной болезни. Заболевание крови, дремавшее в её организме долгие годы, неожиданно начало прогрессировать с пугающей скоростью – врачи просто не успели ничего сделать. Она «сгорела» буквально за несколько месяцев, и день её смерти стал одним из самых чёрных в жизни Льва Захаровича.

С тех пор он воспитывал Валентину почти в одиночку, изредка прибегая к помощи нянь. Позже, когда девочка подросла и пошла в школу, мужчина нанял для неё замечательную гувернантку – та не только присматривала за маленькой Валей, но и помогала с учёбой.

К счастью, Валя с ранних лет поняла, какой ответственной работой занят отец, и почти не доставляла ему хлопот. Она росла смышлёной, не по годам серьёзной и развитой. Школу окончила с золотой медалью, а затем легко поступила в один из самых престижных вузов столицы.

Лев Захарович заработал своё состояние исключительно честным и тяжёлым трудом. Он начинал с самых низов – клерком в банке. Постепенно, благодаря упорству и ответственности, выстроил карьеру и стал успешным управляющим сети региональных филиалов крупного банковского холдинга.

Но здоровье за эти годы сильно пошатнулось. Управлять таким финансовым гигантом было хлопотно, а где-то даже опасно. Конкуренты бизнесмена постоянно были начеку и только ждали, когда Лев Захарович допустит грубую ошибку, которая открыла бы им лазейку к его делу и капиталам. Неудивительно, что к своим «солидным» годам мужчина всё чаще жаловался на самочувствие: то сердце прихватит, то давление подскочит так, что впору «Скорую» вызывать.

А тут, на последнем курсе университета, его Валентина познакомилась с Игорем – будущим женихом. Для Льва Захаровича это стало полной неожиданностью: ещё недавно дочка была сосредоточена только на учёбе и о парнях не помышляла. И вдруг, как она позже рассказывала, на одной студенческой вечеринке, куда поначалу совсем не хотела идти, Валя встретила странного долговязого парня, чьи тёмно-синие глаза напрочь покорили её.

– Папа, представляешь? Игорь сам подошёл и спросил: люблю ли я Тургенева? – взахлёб делилась Валя. – Я спросила, почему его это интересует, а он говорит: «Я заметил краешек книги с его стихами у вас в сумке. Тургенев – мой любимый писатель тоже». Боже, ты не представляешь, как я переволновалась! Сегодня почти никто не читает классическую поэзию, а Игорь…

И дочь засыпала его фактами о парне: и музыка у них общая, и вкусы в литературе с кино совпадают, и факультет тот же, только годом раньше… Словом, между ними царила идиллия – Лев Захарович просто не смог сказать ни слова против, когда Игорь пришёл просить благословения на брак. При этом сам жених ему не сказать чтобы сильно понравился: было в нём что-то беспокоящее. Мужчина не мог этого объяснить, но иногда казалось, что синеглазый брюнет только и делает, что что-то «вынюхивает» в их доме.

Однако не мог же он собственными руками разрушить счастье дочери? Скрепя сердце, отец благословил молодых и взял на себя большую часть расходов по организации свадьбы.

2.

Жемчужно-розовый лимузин плавно катил по главной улице города. Перед ним двигались ещё три белоснежные иномарки бизнес-класса, вместе образующие невероятно красивый свадебный кортеж.

Валентина в великолепном белом платье с ручной вышивкой и множеством сверкающих кристаллов держала в руках традиционный букет невесты и вся трепетала от предвкушения главного события своей жизни. Всего через час они с Игорем должны были пройти церемонию в ЗАГСе и официально стать мужем и женой. Валя не могла дождаться момента, когда жених наденет ей на палец обручальное кольцо.

После этого пару вместе со всеми гостями ждал заранее арендованный на весь день ресторан, где, как уверял отец, – незабываемое празднество на сто двадцать человек и «море первоклассного веселья».

Валя улыбнулась и положила руку поверх руки Игоря. Тот отвлёкся от своих мыслей и с волнением посмотрел на возлюбленную:

– Всё нормально?

– Да, – отозвалась девушка и слегка сжала его пальцы. – Просто ты так задумался… Мне кажется, или ты переживаешь больше меня?

Валя спросила без скрытого умысла – она и сама испытывала то же самое, и ей было приятно думать, что они совпадают даже в таких мелочах.

– Конечно, а как иначе? – ответил с улыбкой Игорь. – Этот день просто обязан быть идеальным. Жаль только, что Лев Захарович не сможет присутствовать…

– Да, мне тоже, – со вздохом ответила Валя. – Но я ему обещала, что у нас с тобой будет самая красивая фотосессия. Хочу, чтобы папа потом с удовольствием посмотрел наши снимки.

Отец Валентины действительно, к огромному сожалению, вынужден был остаться дома: накануне утром у него сильно болело сердце, и личный врач рекомендовал избегать серьёзных нагрузок и алкоголя – что на свадьбе любимой дочери вряд ли было возможно.

– Ничего, Валюша, не переживай так, – говорил он невесте. – Отлежусь немного и буду как новенький… – Он слабо улыбнулся. – Жаль, конечно, но я заказал вам отличного оператора, так что потом посмотрю вас «на большом экране».

Валентина была безмерно огорчена, что папе стало плохо и он не увидит её в свадебном платье. Но здоровье отца было для неё куда важнее.

Неожиданно лимузин остановился. Валя не сразу поняла, что произошло, опустила стекло и высунула голову наружу.

Причиной внезапной остановки оказался пожилой бездомный, лет пятидесяти на вид, медленно переходивший дорогу по пешеходному переходу. За собой он тащил старую детскую коляску. Валентина сначала подумала, что там ребёнок, но когда нищий вышел на середину дороги, явственно различила торчавшие из коляски пустые бутылки и большой кусок картона.

Дочь бизнесмена слышала, что бездомные часто используют такие коляски как подсобное средство: складывают туда собранную макулатуру, стеклотару и другие материалы, которые потом сдают в пункты приёма за деньги. Мужчина не был похож на алкоголика, но двигался очень медленно, словно находился в предобморочном состоянии и с трудом различал происходящее вокруг.

Валя отметила, что одет нищий хоть и в потрёпанную, но чистую и опрятную одежду – значит, дело не в принятии каких-то веществ. Девушка подумала, что он, может быть, болен – потому и ступает так осторожно, чтобы не упасть посреди проезжей части.

– Ну, что ты там копаешься? Давай проходи быстрее! Не видишь, у нас свадьба едет?! – кричал водитель лимузина, подгоняя несчастного.

Игорь тоже заметно занервничал – то пытался выглянуть в окно, то садился обратно. Досадная помеха на дороге, казалось, ужасно раздражала его.

– Что, скоро он там, нет? – недовольно спросил жених.

– Да откуда я знаю? Застрял, как сонная муха… – ударил по рулю водитель.

Клаксон издал пронзительный звук, и в этот миг нищий обернулся к лимузину. Встретившись взглядом с Валентиной, он словно застыл. Несколько секунд молча смотрел на девушку, а затем на его глазах заблестели слёзы.

– Оксана! Доченька! – выкрикнул он внезапно и резво заковылял к невесте.

Валя растерялась, не понимая, как реагировать.

– Дочка! Миленькая! Что ж ты раньше мне о себе знать не давала?! Я же тебя почти похоронил… Дай хоть обниму…

– Погодите, мужчина, – ловко выскользнула из его рук невеста. – Не знаю, что у вас случилось, но я – не ваша дочь. И зовут меня не Оксана.

Нищий остановился, с невыразимой печалью глядя на неё:

– Больше знать меня не хочешь, да? Ну ничего, ничего… Я понимаю – кому нужен старый бомж?..

– Игорь?! – испуганно позвала Валя, и молодой человек выскочил из лимузина.

– Мужик, ты чего творишь? – грубо спросил он. – Сказали же – обознался! Хватит нести чушь, невесту напугал до смерти… Вали отсюда, пока я тебе подзатыльников не навешал!

Пожилой бродяга взглянул на него так, словно перед ним было пустое место:

– Не надо так со мной разговаривать, молодой человек, – медленно проговорил он. – Я всё-таки гораздо старше вас и имею право на уважение…

– Чего-о-о?! – протянул Игорь и внезапно замахнулся на старика.

Валя, выбежав из авто, едва успела остановить жениха. Она-то видела, что нищий мучился от высокой температуры и кашля – красные пятна на щеках и мелкий озноб говорили сами за себя.

– Игорь, зачем ты так? Я ведь не это имела в виду… – впервые с укором посмотрела на парня Валя. – Этому человеку нужна помощь. Ты не видишь, что он болен?

Валентине было искренне жаль бездомного. Девушка хоть и была богатой, но имела доброе сердце и всегда проявляла сострадание к тем, кто попал в тяжёлую ситуацию.

– Надо полицию вызвать, – упрямо мотнул головой Игорь. – Мало ли что у этого старого прощелыги на уме…

– Господи, что за ерунду ты говоришь? – покачала головой Валя. – Он просто принял меня за свою дочь – и всё! Кто знает – может, она пропала, или того хуже… Нет, я так не оставлю.

С этими словами невеста подошла к одной из белых машин, вытащила из сумочки крупные купюры и протянула водителю:

– Возьмите, пожалуйста, деньги и отвезите этого мужчину в больницу.

Валентина кивнула на нищего, который стоял рядом, низко опустив голову и пошатываясь от сжигающей его лихорадки. Одной рукой он по привычке держал коляску, другой пытался стереть слёзы, катившиеся по щетинистым щекам.

– Не вопрос. Всё сделаем, Валентина Львовна, – ответил шофёр и помог обессиленному сесть в салон.

Когда они отъехали, Валя прикоснулась ко лбу – у неё тоже разболелась голова. Сделав несколько глубоких вдохов, чтобы успокоиться, она услышала за спиной недовольный голос будущего мужа:

– Валя, мы сегодня жениться поедем или нет? Уже на двадцать минут опоздали с этим бомжом!

Валентина посмотрела на Игоря и впервые за всё время знакомства задумалась – а так ли хорошо она знает человека, с которым собирается связать жизнь? В конце концов, она решила, что Игорь повёл себя агрессивно из-за переживаний о свадьбе и страха, что нищий мог ей как-то навредить.

3.

Несмотря на приличное опоздание, свадьба Игоря и Валентины состоялась. Причём Игорь до последнего вёл себя так, словно замечание жены о бездомном оскорбило его до глубины души. Он успокоился лишь когда сотрудница ЗАГСа объявила их мужем и женой. Надев кольцо на палец теперь уже законной супруги, Игорь заметно расслабился и радостно произнёс:

– А теперь, друзья, нас ждёт ресторан!

Гости дружно заулюлюкали и всей толпой двинулись к выходу, пропуская счастливых молодожёнов. Остаток дня прошёл в шикарном ресторане под живую музыку (Лев Захарович заказал для дочери целый оркестр), с великолепной кухней и смешными конкурсами ведущего-шоумена.

Единственное, что не давало покоя молодой жене, – мысли о бедном бездомном, которого она отправила в больницу. Девушку тронула искренность его слов о пропавшей дочери. Она подумала, что чувствовал бы её собственный отец, случись с ней нечто подобное.

Спустя пару дней Валентина решила навестить нищего и узнать, не нужна ли ему ещё помощь. Выяснив у водителя адрес больницы, она собралась и поехала туда.

В больнице она первым делом прошла к главврачу, чтобы узнать, что случилось с бездомным. Объяснив ситуацию, она спросила, можно ли его навестить.

– За состояние больного не волнуйтесь. Данилов оказался крепким орешком, хоть и поступил в тяжёлом состоянии, – ответил врач.

– У него что-то серьёзное? – забеспокоилась Валя.

– Запущенная стадия воспаления лёгких. Если бы вы не отправили его к нам, всё могло кончиться плохо. Мы ввели все препараты, поставили капельницы и уколы, но риск, что воспаление пойдёт дальше, остаётся.

Доктор проводил Валентину в палату, и она тихо постучала, прежде чем войти.

– Глеб Иванович? – осторожно позвала она. – Можно войти?

В глазах бездомного мгновенно вспыхнула радость при виде неё:

– Оксана, доченька! Конечно, проходи! Как я рад тебя видеть, Господи! Признала-таки отца?

Валентина сдержанно улыбнулась, села на стул рядом с кроватью.

– Глеб Иванович, я не Оксана. Меня зовут Валентина, и я – родная дочь бизнесмена Белодворцева Льва Захаровича. Расскажите, почему вы считаете меня своей родственницей?

Данилов хотел улыбнуться, но осекся, видя, как внимательно она смотрит на него. Радость в его глазах начала медленно гаснуть, как пламя догорающей свечи.

– Как же это?.. – не мог он взять в толк. – Я же тебя с детства воспитывал, ты ещё крошкой была… Ты хоть маму помнишь?..

Глеб Иванович взглянул с надеждой, но она отрицательно покачала головой:

– Я даже не понимаю, о чём вы. Моя мама умерла, когда мне было три года. Меня воспитывал только отец. Я просто не могу быть вашей дочкой, понимаете?

Кажется, до него начало доходить. Потерев лицо рукой, он устало спросил:

– Зачем же вы пришли? Не подумайте, я благодарен, что довезли до больницы и оплатили лечение, но если вы не Оксана, что вам от меня нужно?

Валентина посмотрела на него с искренней теплотой:

– Я хочу помочь. Но сначала нужно узнать, как вы оказались на улице. Быть может, у меня получится облегчить ваше положение?

Данилов тяжело вздохнул и развёл руками:

– А чем тут поможешь? Я сам виноват в том, что случилось…

Он смущённо смял покрывало, нервничая, а потом начал свой печальный рассказ.

– Это началось три года назад. Тогда я ещё был нормальным человеком: хорошая работа на сталелитейном заводе, жена-красавица, дочь Оксаночка – моя главная радость…

Он снова взглянул на Валю, но уже с сожалением.

– Когда это случилось, мы с Верой не знали, что делать. Оксана работала менеджером в турфирме – продавала путёвки по заповедным местам, организовывала экскурсии. Любила свою работу. А потом начальство отправило её в командировку в Питер – на поезде, так дешевле. Она везла крупную сумму денег, и я отговаривал её как мог! Сердце не на месте было – как же так, молоденькая девчонка, и одна с такими деньжищами!

Глеб Иванович вытер кулаком слёзы и продолжил:

– Не доехала моя Оксаночка до Питера… Что с ней стало, мы так и не узнали. Вера полгода ходила сама не своя – полиция Оксану не нашла, но и похоронить мы её не могли, тела-то не было…

Он сжал кулаки и пробормотал сквозь слёзы:

– Как же несправедливо всё устроено! Она же никогда никого не обманывала, только добро делала…

Глеб Иванович всхлипнул и тихо добавил:

– Вера через год умерла от сердечного приступа, оставила меня одного…

– Боже, мне так жаль… – искренне посочувствовала Валентина.

Мужчина кивнул и закончил:

– Она не выдержала, да и я «недалеко ушёл» – запил так, что по несколько дней не мог проснуться. Всё надеялся, что умру во сне и отправлюсь к моим девочкам… А тут «чёрные риэлторы» подоспели. Опоили меня чем-то, я даже не помню, как подписывал бумаги. Оказалось, квартиру им отписал. Вышвырнули на улицу – и вот два года по ночлежкам да заброшкам мотаюсь. Живу чем бог пошлёт…

– И вы совсем не хотите выбраться? – осторожно спросила Валя.

– А зачем? – печально взглянул он. – Какой смысл, когда двое самых дорогих людей погибли? Я даже не знаю, жива ли Оксана – скорее всего, и она уже на том свете, с Верой, – раз за столько лет не объявилась…

Он будто вспомнил что-то, потянулся к рубашке на комоде и вытащил из нагрудного кармана маленькую фотографию.

– Вот, погляди, милая, – протянул он. – Это моя Оксаночка. Всегда ношу с собой – у сердца.

Валентина взяла снимок и внимательно вгляделась в лицо девушки. Через секунду её словно ледяной водой окатили – руки и ноги задрожали, сердце забилось быстрее.

Хотя фото было потрёпанным, местами края осыпались, лицо девушки, как две капли воды похожей на саму Валю, было чётким. Конечно, причёска и одежда отличались, но черты лица и даже цвет глаз – всё говорило о том, что Оксана была похожа на неё как сестра-близнец.

– Боже! Да мы с вашей дочкой – одно лицо! – ахнула девушка. Значит, Глеб Иванович ей не врал.

Бездомный кивнул и слабо улыбнулся:

– Что тут скажешь? Мистика – откуда у дочки такой точный двойник?

Валентина посмотрела на него серьёзно и решительно произнесла:

– Не знаю, Глеб Иванович, насчёт двойников, но я обязательно постараюсь выяснить, что стало с вашей Оксаной. Обещаю.

Она попрощалась и отправилась прямо к отцу. Хотя состояние Вали нельзя было назвать иначе как шоковым, она понимала: единственный, у кого могут быть ответы, – это папа в своём рабочем кабинете.

4.

Когда Лев Захарович узнал о ситуации и о том, что у Вали может быть сестра-близнец, он сначала, к изумлению дочери, пытался свести всё к шутке, а потом и вовсе отнекивался, говоря, что не понимает, что она хочет услышать. Но когда Валентина рассказала, как мучился Глеб Иванович и какой трагичной стала для него потеря семьи, сердце бизнесмена смягчилось, и он попросил дочь присесть, прежде чем рассказать всю правду о её рождении.

– Валя, дочка, только не принимай близко к сердцу, – предупредил он. – Что бы ты ни узнала, знай: мы с мамой всегда любили тебя как родную. Остальное не имеет значения.

– Что значит «как родную»? – нахмурилась Валентина. – Вы что, удочерили меня?

– Не совсем, – вздохнул отец. – Понимаешь, мы с Инессой долго не могли завести детей. Лечились, но бесплодие оказалось приговором. Инесса переживала, и я предложил суррогатное материнство.

– Что? – не поверила Валя.

– В то время это было не совсем законно, – смущённо продолжал Лев Захарович, – но мы нашли женщину, которая согласилась отдать нам ребёнка. Её звали Вера.

Валентине показалось, что пол уходит из-под ног. В глазах потемнело, но она приложила усилия, чтобы не упасть в обморок, и дослушать.

– Вера жила с родителями в аварийном доме и нуждалась в деньгах, чтобы перебраться в новое жильё, – рассказывал отец. – Так вышло, что она забеременела двойней от человека, который отказался признавать детей. Срок был уже большим, и прервать беременность было нельзя.

– Значит, я даже не ваша родная дочь? – побледневшими губами произнесла Валентина.

– Но это не важно! – заверил её отец. – Тогда у нас не было документов, только устная договорённость. Но Вера оказалась честной: родив двойняшек, одну отдала нам, другую оставила себе. Мы её не обманули – она получила достаточно денег на новую квартиру.

Валентина не знала, что думать. С одной стороны, то, что рассказал отец, было преступлением. С другой – они с мамой, по сути, помогли семье. Что было бы с Верой, забравшей двоих детей в разваливающийся дом? Да и с пожилыми родителями не всё просто…

– Инесса узнала через подруг в больнице, что Вера через полгода вышла замуж, – закончил Лев Захарович. – Муж оказался хорошим, сразу удочерил девочку. Видимо, это тот самый Данилов. Сомневаюсь, что он знал о нашей с Верой сделке. Мы попросили никому не рассказывать – и, судя по его реакции, он так и не догадался.

Валя сидела, вцепившись в подлокотники кресла – ей казалось, она сейчас потеряет сознание.

– Значит, у меня есть сестра-близнец – та самая Оксана… – проговорила она больше себе, чем отцу. Бизнесмен встревоженно посмотрел на неё – он понимал, что она чувствует.

– Дорогая, но Оксана погибла. Ты ничего не изменишь, да и вряд ли поможешь Глебу Ивановичу. Я могу устроить его на работу, но не уверен, что возьмут выше дворника…

Валентина встрепенулась:

– Нет, папа. Полиция не нашла её останков. Возможно, Оксана жива, но не выходит на связь. Я хочу попытаться найти её – и мне нужна твоя помощь.

Бизнесмен развёл руками:

– Всё что угодно, – согласился он. – Если считаешь, что это поможет твоему новому знакомому, я только за.

– Спасибо, папа, – поблагодарила Валя. – Мне очень нужно её найти, и я сделаю всё возможное.

Игорь, в отличие от тестя, планы жены не оценил: у него на капиталы Льва Захаровича были свои далеко идущие планы. Он надеялся, что бизнесмен скоро отправится на небеса, а Игорь, как супруг дочери, приберёт состояние к рукам.

– Валя, зачем тебе это? – возмущался он. – Что за дурацкая идея? Если человек не нашёлся за три года – значит, он не хочет этого или его уже нет! Пожалей отцовские деньги!

Валентина прищурилась:

– С чего бы тебя вдруг стали волновать папины деньги? Игорь, ты так странно ведёшь себя в последнее время – я тебя не узнаю!

– Что же тут такого, если я хочу образумить свою излишне романтичную жену? – тут же сменил тон на ласковый Игорь и обнял её за талию. – Я не запрещаю тебе искать, просто… давай не будем торопиться. Может, эта твоя Оксана сама найдётся, когда решит, что пришло её время вернуться.

Валя не стала переубеждать мужа, а вместо этого наняла троих детективов. Каждому поручила разыскать всю возможную информацию об исчезнувшей девушке. Она рассудила, что кто-то из них обязательно найдёт конец ниточки, потянув за который она выйдет на след потерянной сестры.

5.

Прошло почти два месяца, а сдвигов не было. Валя была на грани отчаяния, когда неожиданно позвонил Семён Алексеевич – самый старший и опытный из троицы.

– Валентина Львовна, танцуйте. Есть верный след. Женщина, о которой вы говорили, живёт в отдалённом таёжном посёлке. Формально – она жена местного егеря, но появилась там ровно три года назад – до этого её никто не видел.

– Как её зовут? – спросила с волнением Валя.

– Есть нестыковка, – неуверенно произнёс детектив. – Егерь зовёт жену Анфисой, но, сдаётся мне, он темнит.

– Почему вы так решили? – не поняла она. – Может, мы ошиблись?

– Как сказать, – загадочно ответил Семён Алексеевич. – Анфисой звали покойную жену лесника – она погибла пять лет назад при нападении медведя на сторожку.

– Вот как? – оживилась Валя. – Тогда действительно стоит проверить.

– Деревенские говорят, что новая жена сильно напоминает ту первую Анфису, но клянутся, что это другая женщина…

– Хорошо, я вылечу первым же рейсом, – заверила его Валентина и положила трубку.

Когда дочь бизнесмена прибыла по указанному адресу в сопровождении папиной охраны, она очень удивилась: перед ней стоял добротный дом из крепких брёвен. Во дворе бегали куры и неспешно жевала траву коза.

Дверь открыла женщина, увидев которую, Валя подумала, что смотрится в зеркало – до такой степени они были похожи. Это без сомнения была Оксана. На руках у неё сидел годовалый мальчик, с интересом глядевший на гостью.

– Здравствуйте, а вам кого? – спросила жена лесника совершенно спокойно, словно не замечая сходства.

– Я к вам, в общем-то. Вас же Анфисой зовут, верно?

– Да-а-а, – медленно протянула та и вгляделась в лицо Вали. Кажется, до неё начало доходить.

– Матерь божья! – ахнула Анфиса и инстинктивно попятилась. – Кто вы? Что вам от нас с Петечкой нужно? Почему вы на меня так похожи?!

Голос почти сорвался на крик, когда из соседней комнаты вышел супруг. Егерю хватило одного взгляда на Валентину, чтобы понять всё.

– Успокойся, любимая, она тебе ничего не сделает, – начал он. – Думаю, эта женщина просто поговорить приехала…

– Верно, мне нужно сообщить вам нечто очень важное, Анфиса.

Через полчаса, когда все успокоились, хозяйка поставила чайник и села за большой стол. Напротив неё сидели супруг Фёдор и странная городская гостья, похожая на неё как две капли воды.

Валентина объяснила, кто она, и рассказала, кем на самом деле является Анфиса. Узнав своё настоящее имя, Оксана нахмурилась так сильно, что на лбу прорезалась глубокая горизонтальная морщинка:

– Глеб Иванович… Папа… – пыталась она вспомнить, но ничего не выходило. – Простите, – сказала она наконец, – я ничего не помню. Меня Феденька нашёл в лесу, у железной дороги. Я не помню, как там оказалась – очнулась только здесь.

– Это правда, – подтвердил егерь. – Я тогда как раз обход делал. Вижу, что-то красное в траве виднеется. Подошёл ближе – а там она…

Он опустил взгляд, не справляясь с воспоминаниями:

– У меня жена когда-то так погибла, – продолжил он. – Только её медведь задрал, а у Анфисы голова была пробита. Я не мог её бросить – забрал, выходил. Документов при ней не было – думаю, ограбили и с поезда сбросили. Ноги в мазуте, будто она после падения ползла вдоль путей, пока не потеряла сознание.

– Должно быть, так, – кивнула Валя. – Твой папа, Глеб Иванович, предполагал нечто подобное. Говорил, что у тебя с собой была крупная сумма денег – везла в другой город по работе.

Оксана долго сидела, погружённая в себя, но постепенно на лице проступили проблески памяти:

– Кажется… я начинаю вспоминать! Пока смутно, но…

Она перевела взгляд на Валентину:

– Погодите, значит, мы с вами – сёстры? Я только сейчас начала это осознавать…

– Понимаю, я сама была в шоке, когда узнала, – улыбнулась Валя.

Маленький Петя тихонько подполз к дочери бизнесмена и дёрнул за штанину.

– Ой, какой хорошенький! Это ваш с Фёдором сыночек?

Оксана покраснела, а Фёдор с гордостью объяснил:

– Когда Анфисе, то есть Оксане, стало лучше, мы поняли, что чувствуем друг к другу то же самое. Решили: зачем куда-то идти? Мы есть друг у друга – и это главное. Стали жить как муж и жена, а потом и Петенька появился.

– Да, только у сына большие проблемы со здоровьем, – с грустью добавила Оксана, беря мальчика на руки. – Петенька страдает от порока сердца.

– Какой кошмар! – расстроилась Валя. – А врачи что говорят?

Фёдор нахмурился:

– Говорят, нужна операция, и чем раньше – тем лучше. Но она стоит таких денег, что нам вовек не собрать… Зарплата у нас, егерей, какая? Ходили и к знахарке, и в церковь свечи ставили – всё без толку.

Он быстро смахнул скупую слезу со щеки: он был сильным, но судьба сына заставляла плакать.

– Деньги – не проблема! – с нежностью посмотрела на мальчика Валентина. – Надо только отвезти малыша в город, показать хорошим специалистам. Операцию я оплачу, главное – спасти жизнь моему племяннику.

Оксана расцеловала сестру в обе щёки, сжав в объятиях:

– Знаешь, в первую минуту, когда я тебя увидела, я подумала – ведьма на порог явилась, двойником моим обернулась. А сейчас понимаю: ты ангел, прилетевший спасти нашего сыночка!

Фёдор тоже горячо поблагодарил, и Валя поехала домой – организовывать переезд вновь обретённых родственников в город.

Лев Захарович очень обрадовался, что дочь нашла родную сестру. Валентина не теряла времени – договорилась с ведущими специалистами столичной клиники, и через месяц Петеньке успешно сделали операцию. Малышу предстояло долгое восстановление, но он шёл на поправку – значит, впереди здоровое будущее.

Оксана, приехав с мужем в город, первым делом отправилась к Глебу Ивановичу. Увидев отца, она мгновенно всё вспомнила и бросилась в объятия самого родного человека:

– Папа! Родненький! – плакала она у него на груди. – Прости, что не давала о себе знать – я ведь даже имени не помнила! Бедный, как же ты чуть не погиб на улице! А мама? Боже, она ведь из-за меня умерла?

– Не вини себя, доченька, – гладил её по голове Глеб Иванович. – Что было – то прошло. Главное, что ты жива и здорова. Спасибо твоему Фёдору, что вытащил из лесу и заботился о тебе. Ещё и дедушкой меня сделали – это ли не счастье? На старости лет обрёл дочь и внука! И зять замечательный!

– За это нужно Валюшу благодарить, – ответила, улыбаясь сквозь слёзы, мать Пети. – Если бы она не потеряла надежду, мы бы никогда не встретились…

Валентина стояла рядом, обнимая маленького Петю, и сама тихонько плакала от счастья. Теперь у неё появилась ещё одна семья и сестра, с которой можно разделить важнейшие события жизни.

Тем временем Лев Захарович обнаружил на внутренних камерах любопытные записи: Игорь в отсутствие жены и тестя обыскивал сейф с ценностями и документами. Код, мерзавец, вероятно, получил от кого-то из прислуги, с кем был в сговоре. Бизнесмен недолго думая вызвал полицию и сдал зятя. Как выяснилось, Игорь работал на конкурентов Льва Захаровича и должен был внедриться в семью для её разорения. Активы компании и ценности он получил бы как награду после выполнения задания – и заодно спровадил бы тестя к праотцам.

Валя, узнав обо всём, мгновенно разорвала отношения с горе-супругом, развелась и выгнала его из дома. Но негодяй от наказания не уйдёт – ему грозит срок за промышленный шпионаж и попытку кражи со взломом.

Валентина, впрочем, не расстроилась: через некоторое время она познакомилась с молодым адвокатом Ярославом, а через полтора года нежных и честных отношений вышла за него замуж. Теперь молодая семья счастлива, и Валя ждёт первенца – сыночка, которого хотят назвать Костей.

Валентина дружит с сестрой-близняшкой и поддерживает добрые отношения с Глебом Ивановичем. Он сейчас учится на управляющего складом – будет руководить продуктовой базой Льва Захаровича. Мужчина несказанно рад, что во второй половине жизни получил возможность начать всё с нуля.

Поддержка и любовь семьи позволили ему подняться с самого дна. Теперь он на своём примере доказывает всем нуждающимся: даже при самом плохом жизненном раскладе ещё не всё потеряно, и помощь может прийти с той стороны, куда обычно и не смотришь.