Беременность, судьба и очень упрямое счастье
Часть 1
— Срок примерно пять–шесть недель, — сухо сказала врач таким тоном, будто объявляла скидку на картошку. — Что будем делать: рожать или снова закрывать глаза на очевидное?
Марина сидела и пыталась понять, это сейчас про её жизнь или про чужую передачу по телевизору.
Сорок два года. Четвёртая беременность. И, как назло, именно тогда, когда кошелёк уже давно жил отдельной, очень скромной жизнью.
— Доктор… а можно мне подумать? — осторожно спросила она.
— Думать можно, — пожала плечами врач. — Но время — не резиновое. В вашем возрасте такие «сюрпризы» обычно внуками называют, а не детьми.
Марина вышла из кабинета в состоянии «система перегружена, попробуйте позже».
Вечером за ужином она решила зайти аккуратно. Как сапёр.
— Я сегодня у врача была… — начала она.
Муж сразу насторожился.
— И?
— Я беременна.
Он замер с вилкой. Прямо в воздухе. Как статуя «Мужчина в шоке, версия 1.0».
Потом медленно положил вилку.
— Ну… — протянул он. — Это… неожиданно.
— Очень, — кивнула Марина. — Особенно для нашего бюджета.
Он подумал. Посмотрел на неё. И вдруг сказал:
— А давай оставим.
Марина сначала решила, что ослышалась.
— ЧТО?
— Ну смотри, — вдохновился он. — Два сына, две дочери… симметрия! Красиво!
— Мы не геометрия, — отрезала Марина. — Мы семья без денег!
Она начала перечислять расходы так, будто читала обвинительное заключение: школа, одежда, еда, кружки, жизнь…
Муж слушал, кивал… но с выражением лица человека, который всё равно хочет сказать «а давай рискнём».
— Дети — это радость, — мягко сказал он.
— Радость — это когда в холодильнике есть еда, — парировала Марина.
На следующий день она решила: всё, без эмоций. Только логика.
Сдала анализы. Собралась. Поехала.
И вот тут начался… цирк.
В переполненном автобусе её сжали так, что она начала подозревать, что стала частью мебели.
На выходе она буквально вывалилась наружу.
И вдруг…
— Моя сумка?!
Ремешок был аккуратно перерезан.
Деньги — минус. Анализы — минус. Настроение — минус десять.
— Господи… ты сейчас серьёзно? — спросила она вслух, глядя в небо.
Небо промолчало. Видимо, наблюдало.
Пришлось всё делать заново.
Во второй раз Марина была уже как спецназ: сумка впереди, взгляд подозрительный, шаг уверенный.
Но судьба решила, что первый раунд был слишком лёгким.
Выходя из троллейбуса, она зацепилась ногой… и красиво, с размахом, упала.
— Отлично, — сказала она, лежа на асфальте. — Теперь у нас ещё и спецэффекты.
В травмпункте она посмотрела на мужа и тихо сказала:
— Слушай… а может, это знак?
Он задумался.
— Ну… если третий раз будет ещё интереснее, я начинаю бояться.
Марина вдруг замолчала.
И внутри… стало спокойно.
— Всё, — сказала она. — Я рожаю.
Пауза.
— Серьёзно? — переспросил муж.
— Да. Потому что если я ещё раз попробую… я, кажется, не доеду.
И впервые за всё время ей стало легко.
Беременность шла нормально. Марина даже начала улыбаться.
— Это девочка, — уверенно говорила она.
— Откуда ты знаешь? — спрашивал муж.
— Я чувствую.
— Ты так же чувствовала, что у нас будет отпуск в прошлом году.
— Не напоминай.
Но на втором УЗИ врач нахмурилась.
И это было плохим знаком.
— Есть подозрение… — начала она.
Марина внутренне напряглась.
