ЧАСТЬ 1: УХА, ШОК И БУНТ НА КОРАБЛЕ (Время чтения: 25 секунд)

Звук упавшей в уху вставной челюсти свекрови звучал громче, чем выстрел из пушки.

— Ты… ты специально подложила мне в суп хрящ, чтобы я сломала зуб и откусила себе язык?! — заверещала Антонина Сергеевна, вылавливая изо рта серебряную ложку вместе с чешуей.

За столом сидели двадцать человек: родня, начальники, чиновники из мэрии и даже местный батюшка. Все замерли с поднятыми рюмками.

Мой муж, Артем, вместо того чтобы вступиться за меня, грациозно подхватил со стола глубокую тарелку с наваристой, жирной ухой и… с размаху вылил ее мне на голову.

— Знай свое место, нищебродка! — рявкнул он на весь VIP-зал. — Пошла вон из моей жизни!

Горячий бульон с луком и укропом стекал по моему белоснежному дизайнерскому костюму. Но я не заплакала. Я достала из сумочки смартфон, вытерла салфеткой залитый жиром экран и набрала один короткий номер.

— Алло, бухгалтерия? Отменяем льготный контракт. Завод моего мужа с этой минуты закупает рыбу по полной стоимости. Ах да, и перекройте им газ.

Через три секунды у свекра случился ик, у мужа зазвонил телефон, а его семейная фабрика осталась без единого грамма сырья…

ЧАСТЬ 2: ВЕЛИКИЙ РЫБНЫЙ КОЛЛАПС ИЛИ КАК ПОТОПИТЬ ИМПЕРИЮ УХОЙ

Глава 1. Костюм за сто тысяч и укроп в волосах

Если вы никогда не стояли посреди элитного ресторана «Златое Руно» с вареной стерлядью на плече и укропом, живописно свисающим с левого уха, вы ничего не знаете о настоящем семейном счастье.

Вокруг стояла такая тишина, что было слышно, как в аквариуме у входа нервно икает декоративный осетр. Двадцать гостей — сливки местного бизнеса, главы районных администраций и их важные, переполненные собственной значимостью жены — сидели с открытыми ртами. Пожилой батюшка, отец Евфимий, тихо перекрестился и незаметно спрятал в карман кусок запеченного поросенка.

Артем, мой пока еще муж, тяжело дышал, удерживая в руках пустую фарфоровую супницу. На его лице играла гордая, слегка дебильная улыбка победителя. Он явно воображал себя альфа-самцом, наводящим порядок в доме.

— Вот так! — размахивая супницей, как древнегреческий воин щитом, проорал он. — Чтобы все знали! В семье Громовых главный — Мужчина! А ты, Жанна, как пришла ко мне пять лет назад с одним дырявым чемоданом, так и уйдешь! Без гроша! Дворовая приблуда!

Свекровь, Антонина Сергеевна, параллельно пыталась промыть свою вставную челюсть в бокале с коллекционным «Шабли» за сорок тысяч рублей.

— Верно, Артемка! — шамкала она, брызгая виноградным соком на скатерть. — Выгони эту хамку! Она мне сегодня утром даже «доброе утро» с не уважением сказала! И уха у нее пресная! Я чуть не подавилась!

Я медленно сняла с плеча кусок разварившейся моркови. Взяла со стола тканную салфетку, неспешно вытерла лицо, шею и экран своего телефона.

Видит бог, я пыталась быть хорошей женой. Я три года терпела, когда свекровь учила меня правильно гладить шнурки её любимому сыночку. Я прощала Артему его бесконечные «важные бизнес-встречи» в банях с дамами нетяжелого поведения. Но бросаться ухой в костюм от Chanel, который я купила на собственные, честно заработанные деньги — это уже перебор даже для святой.

— Артем, — тихо сказала я, глядя ему прямо в глаза. — Ты уверен, что сделал правильный выбор?

— Я?! — муж хохотнул, оглядываясь на гостей в поисках поддержки. Гости, правда, поддержку оказывать не спешили — они судорожно пытались слиться с обоями. — Да я гений бизнеса! Я держу в кулаке весь консервный рынок области! Наш завод «Громов и Сыновья» производит пятьдесят тысяч банок рыбных консервов в день! Мы гиганты! А ты кто? Бумажная крыса в отделе закупок!

— Ясно, — кивнула я. — Ну, удачного плавания, гигант.

Я повернулась и чеканным шагом, насколько это было возможно в туфлях, полных стерляжьего бульона, пошла к выходу. Вслед мне летели победные крики свекрови и ржание Артема. Они еще не знали, что через десять минут их «гигантский» бизнес превратится в гигантский пшик.

Глава 2. Тайное оружие «бумажной крысы»

Выйдя на улицу, я села в свой скромный «Фольксваген». Завела двигатель, включила печку на максимум, чтобы хоть как-то подсохнуть, и достала второй телефон — секретный, с красным чехлом.

Видите ли, мой дорогой муж и его горячо любимая мамочка свято верили, что я работаю обычным рядовым клерком с окладом в тридцать тысяч рублей. Когда мы познакомились, я действительно была скромным специалистом. Но за пять лет брака я слегка… продвинулась по службе.

В настоящий момент я являлась генеральным директором и главным акционером логистического холдинга «Северный Альянс». Именно наша компания владела всеми хладокомбинатами в регионе, контролировала 90% поставок свежемороженой рыбы и имела эксклюзивный контракт с областными энергосетями.

Все эти три года завод Артема получал рыбу высшего сорта со скидкой в 60% от рыночной стоимости. Почему? Потому что каждый месяц я тихонько подписывала специальное соглашение, перекрывая убытки своей компании из собственного кармана. Я делала это, чтобы сохранить мир в семье и чтобы мой «великий бизнесмен» не плакал по ночам в подушку из-за угрозы банкротства.

Но уха на костюме меняет всё.

Я набрала номер своего заместителя, Игоря Борисовича.

— Игорь? Привет. Не сплю. Скажи, а контракты с ООО «Громов и Сыновья» на четвертый квартал уже ушли в архив?

— Жанна Владимировна? — удивился зам. — Нет, ждут вашей цифровой подписи. Мы как раз подготовили для них льготную цену, как вы просили. Четыре рубля за килограмм трески.

— Отлично. Аннулируй.

— Что аннулировать? Документ?

— Всё аннулируй, Игорь. Переведи их на базовый тариф. Поставь цену… ну, скажем, двести пятьдесят рублей за килограмм. И только по стопроцентной предоплате. За наличные. Доставку пусть осуществляют самовывозом на веслах.

На том конце провода повисла пауза, а затем раздался уважительный шепот:

— Понял. А что с холодильными складами в порту, которые они арендуют?

— Расторгнуть договор аренды с полуночи. Выкатить штраф за неисправную вентиляцию. И да… позвони в «Горгаз». У них же там котельная на нашем балансе? Пусть проведут плановую профилактику. Месяца на три.

— Жанна Владимировна… Вы жестокий человек. Я вас обожаю.

— Я просто люблю уху, Игорь. Особенно когда она холодная.

Глава 3. Утро великого похмелья

Утро понедельника на консервном заводе «Громов и Сыновья» началось не с кофе. Оно началось с того, что свекор, Илья Сергеевич-старший, попытался поджарить себе яичницу на заводской кухне, но плита лишь печально стравливала воздух. Газа не было.

В восемь утра к воротам завода подъехали четыре трехтонных фургона с логотипом «Северного Альянса». Но вместо того чтобы заехать на разгрузку, водители глушили моторы, доставали кроссворды и начинали увлеченно разгадывать слова из шести букв по вертикали («Полный крах бизнеса»).

Артем приехал на завод к девяти утра. Он был в прекрасном расположении духа, слегка мучился перегаром после вчерашней триумфальной ухи и воображал, как Жанна прямо сейчас сидит в какой-нибудь съемной однокомнатной квартире на окраине и рыдает в подушку, осознавая масштабы своей потери.

Он зашел в свой кабинет, вальяжно закинул ноги на стол и вызвал главного бухгалтера, пожилую и вечно испуганную Клавдию Степановну.

— Клавочка! — вольготно протянул Артем. — Напечатай-ка мне отчет по прибыли. Вчера мы так гульнули в «Златом Руне»! Я, кстати, эту свою… Жанку… выгнал! Представляешь? Налил ей ухи прямо на голову! Будет знать, как на Громовых рот открывать!

Клавдия Степановна зашла в кабинет, но отчет не принесла. Зато она принесла валидол, стакан воды и пачку писем с красными печатями.

— Артем Ильич… — прошептала она, и ее нижняя губа предательски затряслась. — У нас… у нас тут это…

— Что «это»? Выплату от сетевиков задерживают? Да я их судом засужу!

— Нет, Артем Ильич. Нам закрыли поставки сырья. Совсем.

Артем нахмурился и опустил ноги со стола:

— В смысле закрыли?! А машина с треской где?! У нас через три часа сдача партии для федеральной сети «Магнит»! Если мы не поставим десять тысяч банок, штраф — двадцать миллионов!

— Машины стоят у ворот, — вздохнула Клавдия Степановна. — Но водители говорят, что у них приказ: отгрузка только после полной оплаты по новому ценнику.

— Ну так оплати по нашей скидке! В чем проблема?!

— Новая цена… двести пятьдесят рублей за килограмм вместо четырех рублей. Нам нужно прямо сейчас перевести на счет «Северного Альянса» сорок восемь миллионов рублей. А у нас на расчете… шестьдесят тысяч. Вы же вчера триста тысяч в ресторане спустили!

Артем вспыхнул, как сухой бамбук:

— Да они там совсем сумасшедшие в своем «Северном Альянсе»?! Кто у них там страх потерял?! Дай мне телефон их генерального директора! Я этому щенку сейчас устрою! Я его в порошок срублю! На коленях у меня ползать будет!

Клавдия Степановна молча подвинула к нему листок бумаги, на котором крупными буквами было написано имя руководителя и номер телефона.

Артем схватил листок, намереваясь прочитать победную тираду, но его глаза наткнулись на строчку: «Генеральный директор ООО “Северный Альянс” — Громова Жанна Владимировна».

Трубка выпала из его рук и с грохотом ударилась о паркет.

— Это… это ошибка… — заикаясь, выговорил Артем. — Это какая-то другая Жанна… Однофамилица…

— Нет, Артем Ильич, — печально ответила бухгалтерша. — Это ваша Жанна. Та самая, которая «дворовая приблуда». Она, оказывается, уже три года холдингом рулит. А скидку нам давала из личного фонда. Но сегодня утром пришел отказ. С пометкой: «В связи с высокой стоимости чистки дизайнерских костюмов».

Глава 4. Падение на ковровую дорожку

Спустя два часа у дверей моего кабинета в главном офисе «Северного Альянса» происходило нечто невероятное.

Артем, его папаша Илья Сергеевич и свекровь Антонина Сергеевна пытались прорваться через двухметрового охранника Гришу, в прошлом чемпиона области по греко-римской борьбе.

— Пропусти меня! Я ее муж! — орал Артем, пытаясь перелезть через турникет.

— Бывший муж, — басом поправлял Гриша, аккуратно щелкая Артема по носу пальцем размером с хорошую сосиску.

— Жанночка! Доченька! — верещала из коридора Антонина Сергеевна. На ней уже не было вчерашнего пафосного наряда. Она судорожно сжимала в руках пластиковый контейнер. — Я тебе блинчиков испекла! С мясом! Твоих любимых! Ты же наша спасительница! Прости ты этого идиота, он же дурачок у нас, у него от алкоголя мозги заклинило!

Я нажала кнопку на селекторе:

— Гриша, запусти их. Только контейнер с блинчиками проверь на предмет взрывчатки.

Дверь кабинета распахнулась, и семейство Громовых буквально вывалилось на дорогой персидский ковер.

Артем выглядел так, будто через него проехала косилка. Галстук сбит набок, рубашка мятая, под глазами темные круги. Свекор держался за печень, а свекровь сияла фальшивой, еле удерживаемой улыбкой, от которой у нормальных людей обычно начинается нервный тик.

— Жанночка! — Артем подскочил к моему столу и хотел упасть на колени, но вовремя заметил, что ковер слишком чистый, и просто сильно согнулся в пояснице. — Жаннуля! Солнышко мое! Какая ты у меня молодец! Какая карьера! А я-то думал, ты в офисе бумажки перекладываешь, а ты у нас… целая королева бизнеса!

— Здравствуй, Артем, — я не спеша отпила кофе из фарфоровой чашечки. — Как там пятьдесят тысяч банок консервов? Уже закатали?

— Жанна, ну хватит шутить! — включился свекор, делая шаг вперед. — Мы же семья! Ну, выпили вчера мужчины, ну, пошутил Артемка! Боже мой, да какая женщина не получала ухой по голове?! Это же древняя русская традиция! Символ плодородия!

Я чуть не подавилась кофе.

— Символ плодородия? Серьезно, Илья Сергеевич? То есть, если я сейчас попрошу Гришу вылить на вас кастрюлю горячего борща, это будет символом процветания вашего здоровья?

— Жанночка, милая! — заголосила свекровь, пробираясь к столу и ставя перед носом контейнер. — Забудь всё! Мы Артемку уже наказали! Я ему лично ухо накрутила! Он больше никогда, слышишь, никогда не будет так делать! Подпиши скидочку, а? А то нам сетевики штраф выкатят, завод заберут за долги! Мы же на улице останемся!

Я положила чашку на блюдечко. Звук получился сухим и окончательным.

— Антонина Сергеевна, а помните, что вы мне вчера сказали, когда уха стекала по моим ушам?

Свекровь замерла, судорожно вспоминая.

— Вы сказали: «Пошла вон, дворовая приблуда! Ты сидишь здесь только потому, что мой сын тебя из грязи вытащил!» Помните?

— Да я же… да я от любви! — залепетала старушка. — Я же любя!

— Так вот, — я достала из стола ровную папку. — Вот новые условия сотрудничества между «Северным Альянсом» и ООО «Громов и Сыновья».

Артем схватил папку так, будто это был святой грааль. Начал быстро листать, и с каждой страницей его лицо становилось все более синим.

— Сто процентов предоплаты… Покупка сырья по максимальной розничной цене… Аренда складов — двойной тариф… Это же… Это же банкротство! — прошептал он.

— Это не банкротство, Артем. Это рынок. Ты же у нас «великий бизнесмен» с жесткой мужской хваткой? Вот и покажи класс. Выплывай. Ты же уху любишь.

— Жанна, ты не можешь так с нами поступить! — взревел Артем, теряя остатки контроля. — Я твой муж!

— Бывший, — я подвинула к нему второй документ. — Это исковое заявление о разводе и разделе имущества. Поскольку наша квартира была куплена на деньги моего до брачного депозита, тебе остается твой любимый ржавый «Мерседес» и половина набора кухонных ножей.

— Да я на тебя в суд подам! Я всем расскажу, что ты нас разорила! — закричал свекор.

— Подавайте, — улыбнулась я. — Но сначала выплатите двадцать миллионов штрафа сетевикам, которые вы должны отдать сегодня до пяти вечера. Кстати, если хотите, моя компания может выкупить ваш завод.

— За сколько?! — с надеждой выкрикнул Артем.

— За один рубль. И кастрюлю свежей ухи. Без чешуи.

Глава 5. Эпилог с вкусом победы

Через два месяца завод «Громов и Сыновья» благополучно сменил владельца. Теперь на его фасаде висит красивая гордая вывеска: «Северный Рыбный Комбинат».

Я лично перерезала красную ленточку. На мне снова был светлый брючный костюм — правда, на этот раз от Armani.

Рабочим комбината подняли зарплату на тридцать процентов, а Клавдию Степановну я назначила финансовым директором филиала. Старушка расцвела, выбросила валидол и даже завела себе молодого ухажера — тренера по фитнесу.

А что же семейство Громовых?

Они были вынуждены продать свой огромный загородный дом, чтобы расплатиться с долгами и штрафами. Сейчас Артем работает простым торговым представителем в компании по продаже замороженных полуфабрикатов. Каждое утро он садится в свой старенький «Мерседес», который постоянно глохнет, и развозит по областным магазинам пельмени и рыбные палочки третьей категории.

Антонина Сергеевна переехала в однокомнатную квартиру на окраине и теперь проводит целые дни на скамейке у подъезда, рассказывая соседкам страшные истории о «невестке-сатанистке», которая колдовством отобрала у них заводом и споила сына. Впрочем, соседки ей давно не верят — слишком уж часто Антонина Сергеевна ходит в магазин за дешевой килькой в томате.

Однажды вечером я возвращалась с работы. На парковке возле супермаркета я случайно увидела Артема. Он стоял у открытого багажника своей развалины, загружая коробки с дешевыми рыбными котлетами. Он был мятый, уставший, а из дырявого пакета на его туфли капал растаявший рассол.

Он поднял голову и увидел меня — красивую, успешную, за рулем новенького белоснежного внедорожника.

Артем замер, опустив руки. На его лице смешались стыд, боль и запоздалое осознание того, какую жизнь он потерял из-за своего глупого, раздутого эго.

Я мягко улыбнулась ему через опущенное стекло, достала из бардачка пачку влажных салфеток и вежливо протянула ему в окно:

— Держи, Артемка. Вытри туфли. А то рассол — штука въедливая. Прямо как уха.

Я подняла стекло, нажала на газ и уехала в вечерний город, оставив его стоять посреди лужи — замерзшего, одинокого и окончательно усвоившего главный урок в своей жизни: никогда, слышите, никогда не выливайте горячую уху на женщину, которая подписывает ваши счета!

 

Новая семья взамен сломанного прошлого