Часть 2

— Зачем? А ты открой и посмотри, — спокойно ответила Света, сделав шаг назад и сложив руки на груди. — Там все твое самое ценное. Носки, трусы, бритва и, конечно же, твои великие мечты о «поиске себя».

Нина Петровна от неожиданности ойкнула, хватаясь за ушибленное бедро, и воззрилась на невестку глазами, полными праведного гнева.

— Ты как с матерью разговариваешь, дрянь неблагодарная?! — взвизгнула свекровь, восстанавливая дыхание. — Совсем от денег с ума сошла? Мы к ней с открытой душой, а она чемоданами кидается! Валера, ты почему молчишь?! Поставь ее на место!

Валера стоял ни жив ни мертв, переводя растерянный взгляд с улыбающейся жены на яркий желтый чемодан. В его голове явно происходил мучительный мыслительный процесс.

— Свет, ты чего… — забормотал он, делая шаг к спальне. — Ты в телефон мой залезла, что ли?

— Залезать не пришлось, Валерчик, — Света выделяла каждое слово с особым удовольствием. — Твоя «Катюша Шиномонтаж» очень громко и подробно пишет прямо на заблокированный экран. Передает твоей маме огромный привет и восхищается ее гениальностью. Гостевой домик на базе отдыха, значит? На мои премиальные деньги?

Воздух в прихожей будто застыл. Нина Петровна на секунду осеклась, ее щеки покрылись красными пятнами, но она быстро собралась с духом и попыталась перейти в атакующую позицию.

— Ну и что?! — рябчиковым голосом заверещала свекровь, упирая руки в бока. — Да, Катя! Прекрасная, добрая девочка! Между прочим, она моего сына уважает, а не пилит за каждую копейку! Ты думаешь, мужику легко с такой сухой сухариной жить, как ты?! Ему отдушина нужна! А ты даже на балкон родной матери денег пожалела!

— Мама, молчи… — попытался остановить ее Валера, но Нину Петровну уже было не остановить.

— Что «мама»?! Пусть знает! Ты думала, он с тобой из-за твоей красоты живет? Да ты без своей работы и ипотеки кому нужна?! Мой сын — молодой, красивый мужчина! Ему отдых нужен, а ты пашешь как проклятая и только жрешь его молодость!

Света слушала этот поток абсурда и чувствовала, как внутри нее вместо злости расцветает удивительное, почти детское облегчение. Все эти полтора года она корила себя за то, что мало уделяет времени мужу, что постоянно устает, что не умеет создавать домашний уют, пока он «ищет себя». А оказывается, все было так просто и грязно.

— Нина Петровна, — тихо, но так отчетливо произнесла Света, что свекровь поперхнулась на полуслове. — У квартиры один собственник — я. Ипотека оформлена на меня, первоначальный взнос давали мои родители. Ваш сын за три года не вложил в эту квартиру ни одного рубля.

— Мы браке! — выкрикнул Валера, обретая былую дерзость. — Все имущество пополам! Ты не имеешь права меня выгонять в праздник!

— Ошибаешься, — Света подошла к входной двери и заглавными буквами, без лишних эмоций, распахнула ее настежь. В подъезде тянуло прохладой и запахом чужих праздничных обедов. — Брачный договор, который мы подписали перед покупкой квартиры, помнишь? По которому ты не претендуешь на жилье, так как не участвуешь в выплатах. Мой юрист составил его идеально. Так что прямо сейчас вы оба берете этот замечательный желтый чемодан и отправляетесь к «Катюше на шиномонтаж». Или на дачу. Без окон.

— Ты не смеешь! — заорала Нина Петровна. — Мы полицию вызовем! Это произвол!

— Вызывайте, — улыбнулась Света. — А я пока вызову замерщика, чтобы сменить замки. И поверьте, когда полиция приедет и увидит документы на собственность, вылетать отсюда вы будете еще быстрее.

Валера судорожно схватился за ручку чемодана. Его лицо побледнело, а вся спесь слетела в одно мгновение. Он понял, что лафа закончилась. Никаких бесплатных ужинов, чистых рубашек, оплаченных счетов и халявных денег на развлечения с любовницей больше не будет.

— Свет, ну давай поговорим… — заискивающе протянул он, делая шаг к ней. — Ну оступился, с кем не бывает. Мама просто накрутила… Катя — это так, ошибка, просто флирт…

— Пошел вон, Валера, — отрезала Света. В ее голосе было столько холодной стали, что муж невольно отшатнулся.

Нина Петровна, поняв, что позиция проиграна, подхватила свою сумку и с гордо поднятой головой направилась к выходу, подталкивая сына в спину:

— Подем, Валерочка! Не нужна нам эта мегера! Найдешь себе нормальную жену, а она пусть со своей ипотекой загинается!

Они вывалились в прохладный подъезд. Света не стала слушать их вопли на лестничной клетке и с грохотом захлопнула дверь, повернув засов.

Часть 3

Тишина, обрушившаяся на квартиру после их ухода, казалась оглушительной. Света стояла в темной прихожей, прислонившись спиной к прочной металлической двери. Сердце колотилось где-то в горле, но руки не дрожали.

Она прошла на кухню. На столе все еще лежали ее рабочие документы, отодвинутые свекровью, и стояла недопитая чашка остывшего чая. Света подошла к окну. Через пару минут из подъезда выплыла знакомая парочка. Нина Петровна что-то эмоционально размахивала руками, а Валера катил за собой яркий желтый чемодан, колесики которого громко дребезжали по подтаявшему мартовскому снегу.

Они выглядели глупо и жалко. Света не удержалась и тихо ухмыльнулась.

Первым делом она достала телефон и набрала номер мастера по замкам, контакты которого давно сохранила «на всякий случай». Мастер пообещал приехать в течение часа. Затем Света зашла в мобильный банк.

Сумма годовой премии красиво светилась на экране — семьдесят тысяч рублей. Света без тени сомнения перевела пятьдесят тысяч на счет досрочного погашения ипотеки. Экран выдал радостное уведомление об уменьшении ежемесячного платежа и сокращении срока кредита. Остаток денег она решила оставить на текущие расходы и на то, о чем мечтала уже очень давно.

Пока ехал мастер, Света взяла мусорные пакеты и прошла по квартире. Она выбрала все оставшиеся вещи Валеры: забытую в ванной зубную щетку, старый халат, пару дисков, несколько книг и кучу мелкого хлама, который он скопил. Все это отправлялось прямо в бак без нижайшего сожаления.

Через сорок минут мастер сменил личинку в замке. Когда за ним закрылась дверь, Света накинула пальто и вышла на улицу.

Весенний вечер был прохладным, но воздух казался невероятно свежим и чистым. Света дошла до ближайшего круглосуточного цветочного магазина. Купила огромный букет самых свежих, нежно-розовых тюльпанов — не те огрызки, которые обещал купить Валера, а пышные, пахнущие весной цветы. Зашла в кондитерскую, взяла свой любимый заварной торт и вернулась домой.

В квартире пахло чистящим средством и свежими цветами. Света поставила тюльпаны в большую стеклянную вазу на обеденный стол, налила себе бокал хорошего вина, отрезала кусок торта и села у окна.

Телефон звякнул. На экране высветилось сообщение от Валеры: «Света, мама в шоке, мы у ее подруги. Давай завтра встретимся и все спокойно обсудим? Я с Катей всё закончил!».

Света даже не стала читать до конца. Она заблокировала номер Валеры, а следом — номер Нины Петровны. Во вторник она отправится к юристу, чтобы подать заявление на развод.

Она сделала глоток вина, посмотрела на прекрасный букет розовых тюльпанов и поняла: Восьмое марта удалось. Это был самый лучший подарок, который она могла сделать сама себе — свобода от чужой наглости, предательства и паразитизма.

Света улыбнулась своему отражению в темном стекле окна. Впереди была новая, чистая и абсолютно независимая жизнь.