ЧАСТЬ 1

— Максим, только не говори Ане, что мы сегодня виделись. Она всё равно ничего не поймёт, — прошептала Лена, стоя передо мной в дверях квартиры моего любимого человека.

В тот момент я ещё не знала, что моя собственная сестра-близнец уже несколько недель играет роль меня. И самое страшное заключалось в том, что она делала это настолько искусно, что даже человек, которого я собиралась назвать своим мужем, не мог отличить нас друг от друга.

Меня зовут Аня. У меня есть сестра-близнец Лена. Мы выросли в очень обеспеченной семье. Наш отец владел несколькими строительными компаниями, мама занималась благотворительностью, а в нашем доме было столько комнат, что иногда даже домработница звонила нам, чтобы узнать, где мы находимся.

Но, несмотря на одинаковое лицо и одинаковые фамилии на банковских счетах, мы с Леной были совершенно разными людьми.

Я никогда не любила демонстрировать богатство. Могла спокойно надеть джинсы, простую футболку и отправиться гулять по городу. Мне нравилось покупать кофе в маленькой кофейне, разговаривать с продавцами и помогать людям, если у меня была такая возможность.

Лена же считала, что жизнь существует исключительно для того, чтобы ею восхищались.

— Аня, ты опять в этом старом пальто? — спрашивала она, разглядывая меня с таким видом, будто я пришла на семейный ужин в мешке из-под картошки.

— Оно удобное.

— Удобное? Ты дочь миллионера, а выглядишь как студентка, которая потеряла стипендию.

— Зато я не трачу половину состояния на сумочки.

— Завидуешь?

— Конечно. Особенно твоей способности покупать сумку за три тысячи евро и всё равно не находить в ней ничего полезного.

Мама обычно смеялась, а Лена обиженно поджимала губы.

Отец говорил, что мы обе его любимые дочери, но иногда я замечала, что он слишком часто прощает Лене то, за что меня даже не похвалил бы.

Она могла разбить дорогую вазу, устроить скандал в ресторане или потратить огромную сумму за один вечер. На следующий день отец просто вздыхал:

— Ну что с ней поделаешь? Молодая ещё.

Мне было двадцать семь. Лене тоже. Видимо, молодость у нас измерялась разными календарями.

Всё изменилось, когда я познакомилась с Максимом.

Он работал инженером в небольшой строительной компании. Снимал скромную квартиру, ездил на обычной машине и не имел ни влиятельных родителей, ни дорогих часов.

Мы встретились случайно. Я зашла в небольшую пекарню возле офиса, поскользнулась на мокром полу и едва не уронила кофе на незнакомого мужчину.

Он успел поймать стакан.

— Кажется, сегодня кофе решил сбежать от вас, — улыбнулся он.

— А вы всегда спасаете незнакомых девушек?

— Только тех, которые готовы утопить меня в капучино.

Мы разговорились. Потом встретились ещё раз. Потом ещё.

Через три месяца я поняла, что влюбилась.

Максим не знал, сколько денег у моей семьи, пока однажды не приехал за мной к родительскому дому.

Он остановился перед огромными воротами и долго смотрел на особняк.

— Аня, ты уверена, что мы приехали по адресу?

— Да. А что?

— Я думал, ты живёшь в квартире.

— Я там тоже могу жить.

— Понятно. А этот небольшой дворец просто для гостей?

Я рассмеялась.

Когда он узнал правду, его поведение почти не изменилось.

— Только обещай мне одну вещь, — сказал он.

— Какую?

— Не пытайся покупать мою любовь.

— А если я подарю тебе машину?

— Тогда я подарю тебе обратно ключи.

— А если часы?

— Подарю тебе будильник. Чтобы ты вовремя просыпалась.

Я впервые почувствовала, что рядом со мной человек, которому не нужны мои деньги.

Через год Максим сделал мне предложение. Без огромного ресторана, без оркестра и без сотни приглашённых гостей. Он просто приготовил ужин у себя дома, поставил на стол маленькую коробочку и сказал:

— Я не могу предложить тебе дворец, но могу обещать, что в нашем доме тебя всегда будут ждать.

Я расплакалась и согласилась.

Первой, кому я рассказала о помолвке, была Лена.

Она сидела перед зеркалом и примеряла новые серьги с бриллиантами.

— Представляешь, Максим сделал мне предложение! — выпалила я.

Лена медленно повернулась.

— Уже?

— Что значит «уже»?

— Ничего. Поздравляю.

Я подошла и обняла её.

— Ты будешь моей свидетельницей?

Она улыбнулась, но в её глазах я заметила что-то странное.

— Конечно, сестрёнка. Я же должна убедиться, что ты выбрала достойного мужчину.

Вечером я познакомила их официально.

Максим принёс цветы, а Лена появилась в облегающем чёрном платье, с дорогими украшениями и таким макияжем, будто собиралась не знакомиться с будущим родственником, а получать кинопремию.

— Очень приятно, — сказала она, протягивая руку.

— Взаимно, — ответил Максим.

Я заметила, что сестра слишком долго смотрит на него.

— Лена, не пугай человека, — пошутила я.

— Я просто рассматриваю будущего зятя. Имею право.

Все рассмеялись.

Но позже, когда мы с Максимом уезжали, Лена вышла проводить нас.

— Максим, — позвала она. — Ты ведь завтра свободен?

— Пока не знаю. А что?

— Хотела кое-что спросить у тебя по поводу свадьбы.

— Тогда поговори с Аней.

— Конечно, — ответила она и улыбнулась.

Я не придала этому значения.

В следующие недели Лена стала необычно часто интересоваться нашей жизнью.

Она спрашивала, где мы встречаемся, во сколько Максим заканчивает работу, какие слова он использует, когда волнуется, и даже какой кофе я обычно заказываю.

Однажды я не выдержала:

— Лена, ты случайно не собираешься писать диссертацию о моей личной жизни?

— Просто хочу помочь с подготовкой свадьбы.

— Тогда лучше узнай, сколько стоит хороший фотограф.

— Уже узнала.

Она отвела взгляд.

Через несколько дней Максим начал вести себя странно.

Однажды вечером я позвонила ему, но он ответил не сразу.

— Прости, был занят.

— Чем?

— Да так. Разговаривал.

— С кем?

— С тобой же.

Я замолчала.

— Максим, я только что тебе позвонила.

На другом конце повисла пауза.

— Аня, я имел в виду… Мы сегодня разговаривали днём.

— О чём?

— О свадьбе.

Я действительно обсуждала с ним свадьбу днём, поэтому решила, что просто неправильно поняла его слова.

Но на следующий день произошло кое-что ещё.

Я приехала к нему без предупреждения. В руках у меня был пакет с его любимой выпечкой.

Дверь открылась, Максим удивлённо посмотрел на меня.

— Ты чего не предупредила?

— Хотела сделать сюрприз.

— Аня, ты ведь утром уже приезжала.

Я нахмурилась.

— Нет. Я была у мамы.

Он улыбнулся, словно я пошутила.

— Хорошо, тогда у тебя появилась очень убедительная двойница.

Я почувствовала неприятный холод внутри.

— Что ты имеешь в виду?

— Ничего. Заходи.

Я решила, что он просто устал.

Но вечером, когда я вернулась домой, Лена сидела на кухне и листала телефон.

— Где была? — спросила она.

— У Максима.

Её пальцы на секунду замерли.

— И как он?

— Нормально. Хотя сказал, что я утром уже приходила.

Лена подняла глаза.

— Может, перепутал.

— Наверное.

Она снова посмотрела в телефон.

— Аня, ты ведь доверяешь Максиму?

— Конечно.

— Даже если он иногда ведёт себя странно?

— Лена, ты к чему?

— Просто мужчины бывают непредсказуемыми.

Я усмехнулась:

— Спасибо за лекцию. Когда будешь открывать курсы по семейной психологии, пришли мне приглашение.

Она не засмеялась.

Через неделю Максим пригласил меня на ужин. Но за час до встречи написал, что у него срочная работа.

Я расстроилась, однако не стала устраивать сцену.

Позже ночью мне позвонила мама.

— Аня, ты дома?

— Да. А что?

— Ты случайно не забыла телефон в машине?

— Нет, он у меня.

Мама помолчала.

— Странно. Мне только что звонила Лена и сказала, что ты попросила её забрать документы у отца.

— Я ничего не просила.

— Вот и я удивилась. Она почему-то очень торопилась.

Я положила трубку и посмотрела на часы. Было почти одиннадцать.

Через несколько минут пришло сообщение от Максима:

«Аня, нам нужно серьёзно поговорить. Завтра. Пожалуйста, не злись».

Я долго смотрела на экран.

На следующий день я решила поехать к нему раньше, чем договаривались.

Но возле его дома увидела знакомую машину Лены.

Я остановилась.

Из машины вышла девушка в светлом пальто. Я узнала её сразу. Это было моё пальто. Точнее, такое же, как у меня. Даже шарф был похож.

Она быстро поднялась по лестнице и позвонила в дверь.

Максим открыл почти сразу.

— Наконец-то, — сказал он и обнял её.

Я почувствовала, как у меня подкосились ноги.

Девушка подняла голову и улыбнулась ему.

Это было моё лицо.

Мои волосы. Моя улыбка. Мой голос.

Но я знала, что это была Лена.

Я не стала звонить в дверь. Просто достала телефон и начала снимать происходящее.

Через несколько секунд Максим поцеловал её.

А она прошептала:

— Видишь? Я же говорила, что ты постепенно привыкнешь.

Я едва не выронила телефон.

Но самое страшное ждало меня вечером, когда я решила узнать, насколько далеко зашла моя сестра.

Я вернулась домой и услышала разговор за закрытой дверью кабинета отца.

— Главное, чтобы Аня не узнала до свадьбы, — говорила Лена.

— Ты понимаешь, что делаешь? — спросил отец.

— Понимаю. Максим всё равно скоро будет моим.

— А документы?

— Они уже готовы. Осталось только, чтобы Аня подписала их, думая, что это бумаги для свадьбы.

Я замерла.

Какие документы? И почему отец знает о происходящем?

Затем Лена произнесла фразу, от которой у меня похолодели руки:

— Если всё получится, папа, после свадьбы Максим будет не единственным, что я заберу у сестры…

Я тихо достала телефон и включила запись.

 ЧАСТЬ 2

— Если всё получится, папа, после свадьбы Максим будет не единственным, что я заберу у сестры… Я стояла за дверью кабинета, прижимая телефон к груди. Мне казалось, что даже собственное дыхание сейчас выдаст меня. Отец долго молчал. — Лена, ты окончательно потеряла голову? — наконец спросил он. — Ты понимаешь, что Аня твоя сестра? — Не начинай опять эту песню! Ты всегда любил её больше! — Это неправда. — Конечно, неправда! Ей досталась любовь, хороший мужчина, доверие мамы, а мне что? Дорогие украшения? Машины? Деньги? Думаешь, мне этого достаточно? — У тебя есть всё. — Нет, папа. У неё есть то, чего у меня никогда не было. Её любят просто так. Я почувствовала, как у меня задрожали руки. Значит, дело было не только в Максиме. Лена завидовала мне давно. Возможно, гораздо дольше, чем я могла представить. — А документы зачем? — снова спросил отец. — Чтобы всё было по закону. — Ты хочешь, чтобы она подписала доверенность? — Не просто доверенность. Она должна передать мне право распоряжаться своей долей в компании. Я едва не вскрикнула. Наш отец владел строительным холдингом «Вектор». Несколько лет назад он решил разделить часть семейного бизнеса между нами. У меня была доля в компании, которую я не собиралась продавать. Лена тоже получила свою часть, но ей постоянно не хватало денег. — Аня не дура, — сказал отец. — Зато она доверчивая. Особенно когда дело касается семьи. Я скажу, что документы нужны для оформления свадебного подарка. Она даже читать не станет. — Я не позволю тебе этого сделать. — Ты уже позволил мне многое. Послышался звук передвигаемого стула. — Лена, прекрати. Я не хочу разрушать семью. — Тогда не мешай мне. Я услышала шаги и поспешила отойти от двери. Через секунду Лена вышла из кабинета. Она чуть не столкнулась со мной в коридоре. — Аня? Я изобразила удивление. — Привет. Ты что здесь делаешь? Она на мгновение побледнела. — Я… обсуждала с папой свадебные дела. — Как мило. И что решили? — Ничего особенного. Ты же знаешь папу, он любит всё усложнять. — Да, особенно когда речь идёт о документах. Лена пристально посмотрела на меня. — Ты что-то слышала? Я улыбнулась. — Только то, что ты собираешься сделать мне подарок. Надеюсь, не очередную сумочку. Она рассмеялась, но смех получился нервным. — Конечно, сестрёнка. Я прошла мимо неё и направилась к лестнице. В комнате я закрыла дверь и переслушала запись. Теперь всё было понятно. Лена пыталась украсть не только моего жениха, но и мою долю в семейном бизнесе. Однако оставался один вопрос: почему отец вообще разговаривал с ней так спокойно? Почему он не выгнал её из кабинета? И почему сказал, что уже позволил ей многое? Я решила не устраивать скандал, пока не узнаю всей правды. Первым делом позвонила Максиму. — Нам нужно встретиться. — Аня, я как раз хотел… — Не по телефону. Сегодня вечером. И, пожалуйста, приходи один. Он согласился. Мы встретились в небольшом ресторане, где когда-то отмечали годовщину знакомства. Максим выглядел уставшим. — Аня, я не знаю, как объяснить то, что происходит. — Тогда начни с самого начала. Он опустил глаза. — Лена стала приходить ко мне примерно месяц назад. — Я знаю. — Сначала я думал, что это ты. Она приходила в твоём пальто, с твоей сумкой, говорила точно так же. Я даже не подозревал. — А потом? — Потом она начала вести себя странно. Сначала говорила, что скучает. Потом стала просить меня не рассказывать тебе о наших встречах. — И ты согласился? — Я пытался разобраться. Она говорила, что ты хочешь сделать мне сюрприз, что у вас какой-то семейный план. Я не понимал, что происходит. — Максим, ты действительно целовал её? Он закрыл глаза. — Да. Мне стало больно, хотя я уже видела это собственными глазами. — Почему? — Я был уверен, что это ты. Она позвонила и сказала, что ждёт меня. Когда я пришёл, она была в полумраке. Я заметил, что она ведёт себя непривычно, но она сказала, что просто хочет романтического вечера. — А потом? — Потом я понял, что что-то не так. Она начала говорить о вещах, которых ты никогда бы не сказала. Я спросил, почему она так себя ведёт. Она рассмеялась и сказала, что хочет показать мне другую сторону моей невесты. — И ты сразу понял, что это Лена? — Да. Я оттолкнул её и ушёл. — Почему ты не рассказал мне? Максим взял меня за руку. — Я хотел. Но она пригрозила, что если я расскажу, то ты узнаешь, будто я сам добивался её внимания. Она сказала, что у неё есть сообщения и фотографии, которые можно подделать. — И ты испугался? — Я боялся потерять тебя. Глупо, понимаю. Я убрала руку. — Максим, ты должен был рассказать мне правду. — Я знаю. Он достал телефон. — Я сохранил наши переписки. Там видно, что она писала мне с разных номеров. Есть и голосовые сообщения. Он включил запись. Голос Лены звучал совершенно отчётливо: «Максим, перестань строить из себя святого. Ты же понимаешь, что Аня никогда не даст тебе той жизни, которую я могу предложить. Подумай хорошенько. Со мной у тебя будет всё». Я невольно усмехнулась. — Даже любовь у неё продаётся по тарифам. Максим впервые за вечер улыбнулся. — Я никогда не хотел быть с ней. Я люблю тебя. — Тогда почему ты продолжал скрывать это? Он не ответил. Я посмотрела на него. — Мне нужно время, Максим. — Сколько угодно. — И больше никаких секретов. — Обещаю. Мы расстались спокойно. Я ещё не была готова полностью простить его, но впервые за долгое время почувствовала, что могу разобраться в происходящем. На следующий день я отправилась к маме. Она сидела в гостиной и перебирала старые фотографии. — Мам, мне нужно кое-что узнать. — Что случилось? Я положила телефон перед ней и включила запись разговора Лены с отцом. Мама слушала молча. Когда запись закончилась, она закрыла глаза. — Я так и знала. — Что ты знала? Мама тяжело вздохнула. — Лена уже несколько месяцев просит у отца деньги. Очень большие суммы. Сначала говорила, что хочет открыть собственный проект. Потом оказалось, что у неё долги. — Какие долги? — Она вложилась в какой-то ресторанный бизнес вместе с мужчиной. Проект прогорел. А потом выяснилось, что этот мужчина использовал её имя для кредитов. Я удивилась. — Почему мне никто не сказал? — Отец не хотел тебя беспокоить. Он пытался решить проблему. — И поэтому Лена решила забрать мою долю? Мама посмотрела на меня. — Похоже, да. — А ты почему молчала? — Потому что надеялась, что она остановится. Я думала, что это временное помутнение. Я горько усмехнулась. — Мам, временное помутнение обычно проходит после сна. А у Лены оно длится уже двадцать семь лет. Мама не засмеялась. — Аня, ты должна знать ещё кое-что. Она открыла нижний ящик комода и достала папку. Внутри лежали копии документов. — Твой отец недавно подготовил соглашение о передаче долей в компании. Он хотел, чтобы вы обе получили одинаковые права на управление. — И? — Лена попросила внести изменения. Она хотела получить возможность распоряжаться не только своей частью, но и твоей. — Отец согласился? — Сначала он отказался. Но потом Лена сказала, что если он не поможет, она расскажет тебе кое-что из прошлого. Я почувствовала неприятный холод. — Что именно? Мама отвернулась. — Аня, когда вы были подростками, Лена однажды попала в серьёзную неприятность. Она взяла машину отца без разрешения и попала в аварию. Тогда пострадал другой водитель. — Я помню эту историю. Мне сказали, что за рулём была Лена. — Да. Но отец оформил всё так, будто машину в тот вечер вела я. Он боялся, что скандал разрушит репутацию семьи. — Что?! Мама заплакала. — Я согласилась, потому что Лена была несовершеннолетней. Мы хотели защитить её. — А потом? — Потом она стала использовать эту историю против отца. Говорила, что если он не будет давать ей деньги, она расскажет всем, что семья скрыла обстоятельства аварии. Я не могла поверить услышанному. — Значит, отец годами покрывал её? — Он думал, что так спасает семью. Я встала. — Нет, мам. Так он научил её, что за каждую ложь можно получить награду. В этот момент в дом вошёл отец. Увидев нас с мамой, он остановился. — Аня, ты уже всё знаешь? — Почти. Он сел напротив меня. — Дочка, я хотел тебе рассказать. — Когда? После того как Лена забрала мою долю? Или после того как выдали её замуж за Максима? — Не говори так. — А как мне говорить? Ты знал, что она пытается разрушить мои отношения, и молчал! Отец опустил голову. — Я думал, что смогу остановить её. — Ты не остановил её, папа. Ты позволил ей поверить, что ей всё сойдёт с рук. Он долго молчал. Потом сказал: — Я виноват. Это было первое честное признание, которое я услышала от него за много лет. Но прощать я пока не собиралась. — Мне нужны все документы по компании. И я хочу, чтобы завтра мы все встретились. Лена тоже. — Ты уверена? — Абсолютно. Я вернулась домой и начала готовиться к разговору. Но вечером получила сообщение с незнакомого номера: «Аня, если хочешь узнать, кто на самом деле разрушил твою помолвку, приезжай завтра в старый офис отца. И никому не говори». Я несколько раз перечитала сообщение. Сначала решила, что это очередная уловка Лены. Но затем пришло второе: «Посмотри записи камер за тот вечер, когда Максим пришёл ко мне. Не те, что у него. Камеры в доме». Я поняла, что кто-то ещё знал о происходящем. На следующий день я приехала в офис раньше всех. Там меня встретил отец. — Ты получила сообщение? — спросил он. Я кивнула. Он провёл меня в комнату видеонаблюдения. — Я не хотел показывать тебе эти записи. — Но теперь покажешь. Отец включил компьютер и открыл архив. На экране появилась дата того самого вечера. Я увидела, как Максим входит в дом. Через несколько минут в комнату заходит девушка в моём платье. Лицо было моим. Но затем камера зафиксировала момент, когда девушка повернулась к зеркалу. Она сняла парик. Это была Лена. Я закрыла рот рукой. — Зачем она снимала парик? Отец молча перемотал запись. На следующем фрагменте Лена разговаривала по телефону. — Да, всё идёт по плану. Он ничего не понял. Аня увидит нас вместе, и тогда сама от него уйдёт. Я посмотрела на отца. — Она специально устроила всё так, чтобы я застала их? — Да. — Но зачем? Отец открыл ещё один файл. На записи было видно, как Лена входит в кабинет и достаёт из ящика папку. Она фотографирует документы, затем звонит кому-то. — Мне нужны подписи обеих сторон. Нет, Аня пока ничего не подозревает. Как только она уйдёт от Максима, я заставлю её подписать бумаги. Она будет настолько подавлена, что согласится на всё. Я почувствовала, как внутри меня что-то оборвалось. Это была не просто зависть. Лена сознательно готовила ловушку. — Кто был на другом конце телефона? — спросила я. — Мы пока не знаем. Отец открыл следующий файл. На записи появился мужчина, которого я раньше видела несколько раз на семейных мероприятиях. Это был Виктор Сергеевич, наш финансовый директор. — Он тоже в этом замешан? — Похоже, да. В этот момент дверь кабинета открылась. Вошла Лена. — Ну что, семейное кино смотрим? Она улыбалась, но, увидев экран, резко остановилась. — Папа, ты серьёзно? — Лена, сядь. — Я не собираюсь участвовать в этом цирке. Я повернулась к ней. — Почему ты хотела украсть моего жениха? Она рассмеялась. — Опять ты начинаешь? Максим сам мог выбрать. — Он выбрал меня. — Пока что. — И почему ты хотела забрать мою долю в компании? Лена посмотрела на отца. — Ты рассказал ей? — Она имеет право знать. — Конечно. А почему бы не рассказать ей всё? Давайте вспомним, как она всю жизнь была любимицей! Я спокойно ответила: — Лена, мы сейчас не обсуждаем, кому в детстве досталась большая конфета. — Ты всегда получала больше! — Что именно? — Любовь! Внимание! Доверие! Даже когда мы были маленькими, все говорили, что ты добрая, а я плохая! — Может, потому что ты отбирала у меня игрушки? — Потому что тебе всегда всё отдавали! — Лена, мы были близнецами. У нас были одинаковые комнаты, одинаковая одежда и одинаковое образование. Даже куклы нам покупали парами. Что ещё ты хотела? — Чтобы хоть раз выбрали меня! Она сказала это почти с отчаянием. На несколько секунд мне стало её жаль. Но потом я вспомнила, как она обнимала Максима, как говорила о документах, как собиралась лишить меня будущего. — Ты могла построить собственную жизнь, — тихо сказала я. — Но ты решила украсть мою. — Ты ничего не понимаешь! — Тогда объясни. Лена отвернулась. Отец положил перед ней папку. — Здесь результаты внутренней проверки. Мы выяснили, что за последние полгода со счетов компании исчезли значительные суммы. Лена побледнела. — Это не я. — Мы пока не говорим, что это ты. Но Виктор Сергеевич уже дал показания. Отец включил громкую связь. Раздался голос финансового директора: — Я выполнял распоряжения Лены. Она говорила, что деньги нужны для погашения долгов и что всё согласовано с владельцами. Лена вскочила. — Лжец! — У нас есть банковские переводы, переписка и записи разговоров, — спокойно ответил отец. Она посмотрела на меня. — Ты специально всё это устроила! — Я? Лена, я даже не знала, что у тебя есть отдельная жизнь с моим лицом. — Ты всегда была причиной моих проблем! — Нет. Я просто не могу быть причиной каждого твоего решения. Она схватила папку и бросила её на стол. — Хорошо! Хотите правду? Я ненавижу, что у тебя всё получается! Ты можешь ходить в дешёвых платьях, встречаться с бедным инженером и всё равно быть счастливой! А я должна покупать себе счастье, потому что другого у меня нет! В комнате стало тихо. Я посмотрела на неё. — Лена, ты могла просто попросить меня о помощи. Она горько рассмеялась. — Чтобы ты снова пожалела меня? Нет, спасибо. — Я не жалела бы тебя. Я помогла бы тебе. — Мне не нужна твоя помощь! — Тогда зачем ты пыталась забрать мою жизнь? Она не ответила. В этот момент дверь снова открылась. На пороге стоял Максим. Лена повернулась к нему. — Ты что здесь делаешь? — Пришёл забрать последние вещи, которые оставил у Ани. И хотел сказать тебе кое-что лично. — Максим, не надо. — Надо. Он подошёл ближе. — Я никогда тебя не любил. Даже когда принимал тебя за Аню, я любил не тебя. Я любил человека, которым ты пыталась притвориться. Лена усмехнулась. — Ты думаешь, она лучше меня? — Я не сравниваю вас. Вы две разные женщины. И ты могла бы быть счастливой, если бы перестала изображать свою сестру. — Ты ничего обо мне не знаешь! — Возможно. Но я точно знаю, что ты сделала. Он повернулся ко мне. — Аня, я не прошу тебя простить меня сегодня. Я просто хочу, чтобы ты знала: я больше никогда ничего от тебя не скрою. Я кивнула. Лена вдруг подошла к нему. — Ты ещё пожалеешь. Она бросит тебя, как только найдёт кого-нибудь богаче. Максим спокойно ответил: — Если она когда-нибудь уйдёт, я буду знать, что это её решение. А не потому, что кто-то надел её платье и решил украсть мою жизнь. Лена заплакала. Но это были не те слёзы, которые появляются от раскаяния. Скорее, она впервые поняла, что больше не может управлять происходящим. Отец попросил её сесть. — Лена, нам нужно решить вопрос с деньгами и документами. — Я ничего не подпишу! — Тебя никто не заставляет. Но проверка будет продолжена. Все подозрительные операции переданы юристам. Она посмотрела на меня. — Ты довольна? — Нет. — Почему? — Потому что я хотела сестру, а не врага. Лена отвернулась. Встреча закончилась тяжело. Отец отменил подготовку документов о передаче моей доли, а Виктора Сергеевича отстранили от работы до окончания расследования. Через несколько дней выяснилось, что Лена действительно участвовала в незаконном выводе денег. Она использовала своё положение в компании, а Виктор помогал ей оформлять фиктивные платежи. Часть средств ушла на погашение её личных долгов. Юристы добились возврата части денег, а остальные суммы стали предметом разбирательства. Лене пришлось продать несколько дорогих вещей и отказаться от прежнего образа жизни. Но я не стала торжествовать. Мне было больно смотреть, как моя сестра постепенно теряет всё, что считала самым важным. Однажды мама позвонила мне. — Аня, Лена хочет с тобой поговорить. — Что случилось? — Она просила передать, что больше не будет тебе мешать. Я долго молчала. — Мам, передай ей, что я не хочу ей зла. Но сейчас мне нужно расстояние. — Ты ведь не собираешься навсегда вычеркнуть её из жизни? — Я пока не знаю. И это была правда. С Максимом мы тоже не торопились. Мы продолжали встречаться, но я не хотела сразу возвращаться к прежним планам. Нам пришлось заново учиться доверять друг другу. Однажды вечером он пришёл ко мне с небольшим букетом ромашек. — Я помню, ты говорила, что не любишь огромные букеты. — Да. Особенно когда их дарят так, будто пытаются загладить государственную измену. Он рассмеялся. — У меня пока только семейная измена с участием твоей сестры. — Не напоминай. У меня от этого сюжета уже голова болит. Он сел рядом. — Аня, я хочу, чтобы мы начали сначала. Не с помолвки, не со свадьбы. Просто с нас. Я посмотрела на него. — А если я снова буду сомневаться? — Тогда будем разговаривать. — А если буду злиться? — Буду слушать. — А если захочу съесть всю твою пиццу? — Вот это уже серьёзная угроза. Но я готов рискнуть. Я впервые за долгое время рассмеялась по-настоящему. Через несколько месяцев Максим снова сделал мне предложение. На этот раз он не вставал на колено посреди ресторана. Он просто пришёл домой, приготовил мой любимый ужин и положил рядом с тарелкой маленькую коробочку. — Ты опять? — спросила я. — Есть возражения? — Только одно. Ты уверен, что выдержишь меня всю жизнь? — Я уже выдержал твою сестру. После этого мне ничего не страшно. Я рассмеялась и обняла его. Мы решили сыграть скромную свадьбу. Мама помогала выбирать платье, отец занимался организацией, а Максим самостоятельно выбирал кольца. За неделю до свадьбы мне пришло сообщение от Лены: «Аня, я знаю, что ты выходишь замуж. Поздравляю. Я не прошу приглашения. Просто хочу сказать, что мне жаль». Я долго смотрела на экран. Потом написала: «Мне тоже жаль. Но я пока не готова всё забыть». Она ответила: «Понимаю». Это был первый раз, когда она не попыталась спорить, обвинять меня или требовать внимания. На свадьбу я пригласила только маму и отца из своей семьи. Лены не было. Мама немного переживала. — Может, всё-таки пригласим её? Она ведь твоя сестра. — Мам, я не хочу превращать собственную свадьбу в очередную семейную драму. Отец поддержал меня. — Аня права. Решение за ней. В день свадьбы я стояла рядом с Максимом и чувствовала себя спокойно. Когда он надел мне кольцо, я посмотрела ему в глаза. — Теперь никаких двойников, — прошептал он. — Надеюсь. А то я уже устала доказывать, что я это я. Мы засмеялись. Через несколько месяцев после свадьбы отец сообщил, что Лена переехала в другую квартиру и начала работать в небольшой дизайнерской студии. Она больше не пользовалась семейными деньгами так свободно, как раньше. Поначалу ей было тяжело. Она привыкла, что достаточно позвонить отцу, и любую проблему решат за неё. Теперь приходилось самой платить счета, договариваться с клиентами и отвечать за свои ошибки. Однажды она прислала маме фотографию маленькой комнаты, которую обустроила самостоятельно. На снимке стоял обычный стол, несколько растений и старый диван. Подпись была короткой: «Впервые в жизни всё здесь моё. И я никому ничего не должна». Мама показала фотографию мне. Я долго рассматривала её. — Может, она наконец-то меняется? — тихо спросила мама. — Надеюсь. — Ты когда-нибудь сможешь её простить? Я пожала плечами. — Простить, возможно. Но снова доверять — совсем другое дело. И я действительно верила в это. Спустя год Лена написала мне ещё раз. Она попросила встретиться в кафе. Я согласилась. Когда она вошла, я на мгновение почувствовала себя странно. Передо мной стояла моя копия, только теперь без привычного блеска, дорогих украшений и вызывающего выражения лица. Она села напротив. — Привет. — Привет. Мы несколько секунд молчали. — Ты хорошо выглядишь, — сказала она. — Спасибо. Ты тоже. Лена посмотрела на мои руки. — Кольцо красивое. — Максим выбирал. Она улыбнулась. — Он всё-таки женился на тебе. — Да. — Я иногда думаю, что могла бы всё сделать иначе. — Могла. — Я знаю. Она опустила глаза. — Я не прошу вернуть всё как раньше. Просто хотела сказать, что понимаю, насколько ужасно поступила. Я смотрела на неё и пыталась найти в её лице ту самую девочку, с которой когда-то делила комнату, игрушки и секреты. — Лена, я не знаю, смогу ли снова доверять тебе. — Я понимаю. — И не обещаю, что мы станем такими, как раньше. — Я не прошу. Мы поговорили ещё немного. Без криков, без обвинений и без попыток выяснить, кому в детстве досталось больше любви. Когда я уходила, Лена вдруг сказала: — Аня? — Да? — Ты помнишь, как в детстве мы менялись местами, чтобы обмануть учителей? Я улыбнулась. — Конечно. Ты всегда получала замечание за меня, потому что не могла удержаться от комментариев. Она впервые за долгое время рассмеялась. — Ничего не изменилось. Я вышла из кафе с неожиданно лёгким чувством. Мы не стали снова неразлучными сёстрами. Но, возможно, это был первый маленький шаг к чему-то новому. Вечером Максим спросил: — Ну что, как прошла встреча? — Спокойно. — И что дальше? — Не знаю. Посмотрим. Он обнял меня. — Главное, что ты счастлива. Я положила голову ему на плечо. Когда-то Лена думала, что счастье можно забрать у другого человека, если достаточно хорошо притвориться им. Она пыталась украсть моё лицо, мою любовь, моё будущее и даже моё место в семье. Но в конце концов поняла, что чужая жизнь не становится твоей только потому, что ты надела чужое платье. А я поняла кое-что не менее важное: даже родная кровь не даёт человеку права разрушать твою жизнь. С Максимом мы построили свою семью. Отец постепенно исправлял ошибки прошлого. Мама перестала пытаться любой ценой примирить всех родственников. А Лена впервые начала строить собственную жизнь, а не копировать мою. И знаете, что самое смешное? Теперь, когда мы с сестрой случайно появляемся в одинаковой одежде, люди снова не могут нас отличить. Но есть одна небольшая разница. Если кто-нибудь спрашивает, кто из нас Аня, а кто Лена, я просто улыбаюсь и говорю: — Та, которая больше не пытается жить чужой жизнью, уже сделала первый шаг к счастью.