ЧАСТЬ 1: ОРДЕН ТАЙНОГО ДАРЕНИЯ И СИНДРОМ ОБЩЕЙ СОБСТВЕННОСТИ

— Мало ли что он согласился три года назад?! — завизжала Людмила Петровна, перебивая сына и наступая на Карину так, словно пыталась физически вытеснить её из собственной прихожей. — Он мужчина, он доверчивый! Влюбился в тебя, уши развесил! А ты, коварная девка, этим воспользовалась! Сергей в эту квартиру за три года замужества столько сил вложил! Он тут… он тут кран на кухне чинил лично! И обои в спальне мы вместе выбирали! Это по закону называется совместное ведение хозяйства! Он имеет право на долю! А ты потихоньку, как крыса, побежала к нотариусу и дарственную на свою мамашу оформила?! Нашла лазейку, чтобы сыночку моего обделить?!

Сергей поспешно закивал, пряча руки в карманы куртки и принимая вид жертвы вселенского заговора:

— Карин… ну правда. Мама права. Я ведь тоже здесь живу, считаю этот дом своим. Мы планировали ремонт, думали о будущем. А ты взяла и за моей спиной лишила меня всяких прав на это жилье. Зачем? Ты мне не доверяешь?

Карина медленно допила остатки остывшего чая из бокала, аккуратно поставила его на комод и посмотрела на эту парочку с леденящей душу улыбкой опытного корпоративного юриста, которым она, собственно, и являлась.

— Сергей, давай освежим твою кратковременную память, — спокойно произнесла Карина, доставая из папки на комоде распечатанный лист бумаги. — Три года назад эта квартира была куплена мной в ипотеку за полгода до нашей свадьбы. Первоначальный взнос в размере четырех миллионов рублей внесла моя мама, продав свой загородный участок. Все три года официальный ежемесячный платеж по кредиту составлял восемьдесят пять тысяч рублей. Скажи, пожалуйста, сколько раз за эти тридцать шесть месяцев ты поучаствовал в оплате этого долга?

Сергей замялся, его взгляд судорожно забегал по плинтусам:

— Ну… Карин… мы же бюджет не делили… Я продукты покупал… Коммуналку пару раз оплачивал, когда у тебя задержка по бонусам была…

— Продукты ты покупал исключительно для себя и своей мамы, которая каждые выходные уезжала отсюда с набитыми сумками, — отрезала Карина. — Твоя зарплата в семьдесят тысяч рублей чудесным образом растворялась на твой автокредит за подержанный «Мерседес» и твои бесконечные хобби. По сути, ты все эти три года жил в элитной новостройке абсолютно бесплатно, на правах приживалки. А месяц назад я закрыла ипотеку досрочно. Из денег, которые мне выплатили в качестве крупного гонорара за выигранный судебный кейс нашей холдинговой компании. И в тот же день я оформила договор дарения на маму. Потому что это её деньги изначально. И потому что я прекрасно знаю вашу семейную породу.

Людмила Петровна побелела от ярости, её пальцы судорожно вцепились в ремешок сумочки:

— Ах ты… расчетливая дрянь! Да как у тебя язык поворачивается?! Мой сын — честный человек! Он тебе молодость отдал! Он из-за тебя от повышения в Самаре отказался!

— Он отказался от Самары, потому что там надо было работать с восьми утра, а не сидеть в офисе, листая ленту соцсетей, — Карина сделала шаг вперед и решительно забрала связку ключей, которую Сергей так и оставил лежать на тумбочке у зеркала. — А теперь перейдем к финалу нашего затянувшегося реалити-шоу.

ЧАСТЬ 2: ТАРИФ «ОБРАТНЫЙ АДРЕС» И ТОТАЛЬНЫЙ ДЕФОЛТ ПАРАЗИТОВ

Карина открыла входную дверь настежь, указывая рукой на темный коридор подъезда.

— Карина, ты чего? — испуганно вылупил глаза Сергей. — Ты меня выгоняешь? Из-за того, что мама просто заступилась за мои интересы?

— Я выгоняю тебя, Сергей, потому что ты бесперспективный паразит с функцией маменькиного сынка, — ровно ответила Карина. — Твои вещи уже собраны. Три больших чемодана стоят в кладовке у консьержа на первом этаже. Я позаботилась об этом еще утром, пока ты был на своей «очень важной» встрече с друзьями в гараже.

— Да как ты смеешь?! — заверещала Людмила Петровна, пыталась оттолкнуть Карину от двери. — Мы в суд подадим! Мы отсудим половину стоимости ремонта! Мы чеки принесем! Сергей тут плинтуса прибивал!

— Подавайте, Людмила Петровна, — улыбнулась Карина, доставая из кармана халата телефон. — Только учтите, что перед тем, как переписать квартиру на маму, я провела полную независимую экспертизу и технический аудит жилья. Все ваши «вложения» в виде трех китайских смесителей и рулона самых дешевых обоев из Леруа Мерлен зафиксированы на фото и оценены экспертом в пятнадцать тысяч рублей. Зато у меня есть встречный иск. За три года проживания вашего сына без официальной регистрации на моей личной территории я рассчитала стоимость аренды по средней рыночной ставке для этого элитного района. Получилось чуть больше двух миллионов рублей. Плюс стоимость продуктов, которые вы, Людмила Петровна, вывозили отсюда мешками. Видеозаписи с камер наблюдения из коридора за все три года аккуратно скопированы на флешку. Ну что, повоюем в суде? Мне как раз нужен новый интересный кейс для юридической практики.

Сергей посмотрел на жену, потом на мать, и в его глазах наконец-то появилось отчетливое понимание того, что лафа закончилась. Столичная сказка с бесплатной квартирой, полным холодильником и клинингом лопнула, как мыльный пузырь, оставив его один на один с кредитным старым «Мерседесом» и однушкой мамы в хрущевке на окраине.

— Мама… пойдем, — тихо пробормотал Сергей, дергая Людмилу Петровну за рукав кофты. — Пойдем отсюда. Она сумасшедшая. Юристка проклятая.

— Вот и чудно, — Карина сделала легкий шаг назад и захлопнула тяжелую стальную дверь прямо перед носом ошеломленной свекрови.

Щелкнул замок. Наступила благословенная, звенящая тишина. Карина прошла на кухню, налила себе свежего чая, открыла окно и вдохнула прохладный вечерний воздух. С сегодняшнего дня в этой квартире больше не пахло чужими амбициями, чужой завистью и бесконечным бытовым паразитизмом. Пространство было чистым, юридически безупречным и полностью принадлежало её семье. А Сергей вместе со своей мамочкой отправился в свое естественное место обитания — назад, писать жалобы в жилищную инспекцию и считать стоимость прибитых три года назад плинтусов.