Часть 1

— Пошла прочь! Ты обманула меня, Клэр! — Джулиан вытолкнул молодую жену за порог, даже не дав ей собрать вещи.

Клэр стояла перед домом родителей, судорожно сжимая косу. Прошло меньше недели после свадьбы, а ее уже вернули назад с позором.

Отец, Анри, тяжелым взглядом встретил дочь в прихожей.

— Зачем ты вернулась? Муж не прогоняет жену без причины!

— Он сказал… что я ему больше не нужна, — прошептала Клэр, не поднимая глаз.

Мать, Мадлен, заставила мужа выйти во двор, чтобы поговорить с дочерью наедине. Когда она вышла к Анри, тот рубил дрова, вымещая злость.

— Джулиан утверждает, что Клэр досталась ему невинной только на словах, — тихо произнесла Мадлен.

Анри замер, а затем его лицо налилось кровью. На следующий день родители уже стояли перед домом зятя.

— Почему ты выгнал мою дочь?! — рябнул Анри, шагнув к Джулиану.

— Я не проживу с ней и дня, — отрезал тот, даже не глядя в глаза. — Она была не честна со мной. Забирайте ее вещи.

Вернувшись домой, семейство погрузилось во мрак. Клэр не роняла ни слезы, пока в комнату не вошла ее старшая сестра Элоди и не обняла ее. Только тогда девушка зарыдала.

На следующий вечер в дом вошла Женевьева — строгая и властная родственница.

— Хватит хоронить девку раньше времени! — громко произнесла Женевьева, ударив ладонью по столу. — Клэр, мне нужен толковый помощник в ратуше для ведения счетов. Пойдешь?

Клэр подняла глаза, в которых впервые за эти дни вспыхнул опасный огонь.

— Я согласна, — твердо ответила она. — Но сначала я узнаю, кто именно заплатил Джулиану за моё позорище.

Часть 2

Слова Клэр прозвучали в тишине комнаты подобно взрыву громкого снаряда.

Мадлен всплеснула руками и оперлась о спинку стула, едва удерживая равновесие. Анри застыл на месте, выпучив глаза на младшую дочь.

— Что ты такое говоришь, Клэр? — переспросила Элоди, сжимая кулаки. — Заплатил? Ты хочешь сказать, что Джулиан сделано это не из-за глупой ревности?

— Джулиан никогда не любил меня, — Клэр резко поднялась из-за стола, смахнув остатки слез. — Он добивался моего согласия полгода только потому, что кто-то очень хотел изгадить имя нашей семьи. В первую же ночь после свадьбы он даже не прикоснулся ко мне.

Анри тяжелым шагом подошел к дочери и взял ее за плечи. Его пальцы дрожали от сдерживаемого гнева.

— Почему ты молчала?! Почему ты позволила ему выставить тебя перед всей деревней падшей женщиной?!

— Потому что у него был нож, папа! — крикнула Клэр, и из ее глаз снова брызнули слезы, но на этот раз от ярости. — Он сказал, что если я отрою рот хотя бы словом, он сожжет наш дом вместе с вами!

Женевьева нахмурила брови и выпрямилась во весь рост. Ее взгляд стал холодным и расчетливым.

— Значит, дело куда серьезнее, чем просто разбитое сердце. Кто-то очень сильно хочет уничтожить тебя, Анри. И этот «кто-то» имеет немало денег, раз смог подкупить такого жадного труса, как Джулиан.

— Но кто? — прошептала Мадлен, прикрывая рот трясущейся ладонью. — У нас ведь нет таких врагов…

— Враги есть у каждого, у кого есть хоть немного земли и честное имя, — отрезала Женевьева. — Завтра в восемь утра ты, Клэр, ждешь меня у здания ратуши. Ты сядешь за архивные книги.

— Зачем мне архив, тетушка? — удивленно спросила Клэр, вытирая щеку.

— Затем, что деньги не возникают из воздуха, милая. Если Джулиану заплатили, эти деньги должны были откуда-то уйти. Мы найдем каждую бумажку, каждый долг и каждую подпись.

На следующее утро Клэр уже сидела в пыльном кабинете ратуши. Передо ней лежали стопки толстых фолиантов с финансовыми отчетами всей округа за последние три года.

Сельские жители уже успели пустить слухи. Проходя мимо окон ратуши, люди шептались, тыкали пальцами и отворачивались, едва завидя Клэр.

Каждый шепоток за спиной жглом отзывался в груди. Но Клэр не опускала головы. Всю свою боль она вложила в работу.

День сменялся ночью, а Клэр продолжала скурпулезно сводить цифры. Она проверяла налоговые выписки, сделки по купле-продаже земли и банковские переводы.

Прошла неделя. Джулиан ни разу не появился в центре деревни. Говорили, что он стал тратить деньги в местной таверне налево и направо, покупая дорогой эль и хвастаясь новым экипажем.

— Откуда у нищего дровосека деньги на породистого коня? — шептались мужики у кузницы.

Клэр слышала эти разговоры. Каждая деталь складывалась в единый пазл.

В пятницу вечером, когда здание ратуши уже опустело, Клэр наткнулась на странную запись в реестре залогового имущества.

Она провела пальцем по пожелтевшей строчке. Три месяца назад Джулиан заложил свой дом и участок. Заемщиком выступал не городской банк, а частное лицо.

Клэр вгляделась в размашистую подпись на документе и обомлела.

Имя заимодавца принадлежало человеку, которого ее отец считал своим лучшим другом и названым братом — барону Люсьену де Морне.

— Не может быть… — выдохнула Клэр, сжимая края бумаги так, что они треснули.

Люсьен был частым гостем в их доме. Он присутствовал на той самой злополучной свадьбе. Он лично благословлял Клэр и Джулиана и подарил им золотое колье!

Но зачем барону нужно было разрушать жизнь дочери своего лучшего друга?

Клэр лихорадочно перелистала страницы назад. И тут перед ней открылась ужасающая правда.

Оказалось, что земля, на которой стоял дом её отца, по старому документу пятидесятилетней давности, граничила с заброшенными рудниками де Морне.

Если бы Клэр опозорилась и ее семья была изгнана из общины за «нечестивость», их земли по закону графства перешли бы во владение ближайшему знатному соседу. То есть — Люсьену.

Люсьен искал в этих землях жилу ценной руды, о которой Анри даже не подозревал!

Сердце Клэр бешено заколотилось. Ее продали и растоптали ради куска земли с камнями!

Девушка схватила документ, засунула его за пазуху платья и выбежала из ратуши. На улице уже сгущались сумерки, начал капать колючий осенний дождь.

Клэр бежала прямо к дому Джулиана. Ей нужно было подтверждение. Ей нужен был сам предатель.

Когда она подбежала к знакомой перекошенной калитке, в окнах горел свет. Изнутри доносились пьяные крики и хохот.

Клэр толкнула дверь. Она даже не заперта.

Джулиан сидел за столом, заваленным бутылками. Напротив него сидел мужчина в дорогом черном плаще с капюшоном.

— Я же сказал тебе, щенок, сидеть тихо! — раздался резкий, ледяной голос мужчины в плаще. — Ты слишком много болтаешь в таверне.

— Я сделал всё, как вы хотели! — оправдывался пьяный Джулиан, сглатывая слюну. — Я опозорил её! Её отец теперь не может показать глаза на улице! Отдайте оставшуюся часть денег!

— Ты получишь то, что заслужил, — холодно ответил незнакомец.

Клэр сделала шаг вперед, и под ее сапогом звонко хрустнула половица.

Мужчина в плаще мгновенно обернулся. Капюшон сполз, и Клэр увидела не Люсьена. Это был его личный управляющий — человек по имени Марк.

— Клэр?.. — бледнея, пробормотал Джулиан, пытаясь встать из-за стола, но пошатнулся и упал на стул.

— Ты продал меня за эти медяки? — тихо, но с нечеловеческой ненавистью спросила Клэр, глядя прямо в глаза бывшему мужу. — Ты разрушил мою жизнь ради барона де Морне?!

Марк медленно поднялся с места. Его рука плавно скользнула под полы плаща, и в полутьме комнаты блеснуло лезвие короткого кинжала.

— Ты не должна была приходить сюда, девчонка, — прошипел Марк, делая шаг к Клэр. — Ты слишком умная для простой крестьянки.

— Забери документы и беги! — неожиданно заорал Джулиан, видимо, только сейчас осознав, во что он влип. Он попытался схватить Марка за руку, но тот ловким движением оттолкнул пьяного парня.

Джулиан с грохотом повалился на пол, задев стол. Бутылки полетели вниз, разбиваясь вдребезги.

Клэр развернулась и бросилась к выходу, но Марк оказался быстрее. Он схватил ее за плечо и швырнул на деревянный ларь.

Девушка больно ударилась спиной, но успела выставить вперед руки, защищая грудь, где лежал спрятанный документ.

— Ты умрешь здесь вместе со своим никчемным мужем, — прорычал Марк, занося кинжал над ее головой. — А списать всё можно будет на банальный пожар от перевернутой лампы.

Клэр зажмурилась, готовая к удару. Вдруг снаружи раздался оглушительный треск.

Тяжелая дубовая дверь дома Джулиана вылетела с петель от мощного удара.

В проеме стоял Анри с топором в руках, а за его спиной виднелись факелы и разъяренные лица деревенских жителей во главе с Женевьевой.

— Назад от моей дочери, тварь! — взревел Анри, шагнув в комнату.

Марк на секунду замешкался, переводя взгляд с Анри на толпу. Этой секунды Клэр хватило: она изо всех сил ударила нападавшего ногой в колено.

Марк покачнулся, но успел выхватить из кармана какую-то маленькую стеклянную колбу и с силой швырнул ее в горящий камин.

Раздался оглушительный хлопок. Из очага вырвался столб ядовитого синего пламени, который мгновенно перекинулся на сухие деревянные стены и соломенную крышу.

Комнату в секунду затянуло густым, едким дымом.

— Огонь! Все назад! — закричал кто-то с улицы.

В возникшей панике Марк бросился к разбитому окну и выпрыгнул наружу, растворившись в темноте ночи.

Анри подбежал к Клэр, подхватил ее на руки и вытащил из пылающего ада.

Оказавшись на свежем воздухе, Клэр жадно глотала холодный кислород, кашляя и прижимая руку к груди. Документ был цел.

— Клэр! Ты жива?! — Мадлен упала перед ней на колени, плача и обнимая дочь.

— Где Джулиан?! — закричала Женевьева, глядя на то, как крыша дома полностью охвачена огнем. — Он остался внутри!

Из горящего дома никто не выходил. Крыша с грохотом провалилась внутрь, осыпая все вокруг снопами искр.

На следующее утро от дома Джулиана осталась лишь дымящаяся груда пепла. Обгоревшее тело так и не нашли, но все решили, что сбежать из такого ада было невозможно.

Благодаря спасенному документу, Анри и Женевьева отправились прямо к старосте округа. На следующей неделе барон Люсьен де Морне был официально вызван на суд в губернский город по обвинению в мошенничестве, покушении на убийство и подкупе.

Семью Клэр перестали презирать. Напротив, люди искали прощения за свои поспешные обвинения.

Девушка вернулась к работе в ратуше. Ее жизнь постепенно входила в нормальное русло. Позор был смыт, враги наказаны.

Прошел месяц.

Была поздняя, холодная ночь. В доме Анри все давно спали.

Клэр сидела в своей комнате у окна и расчесывала волосы. Вдруг на стекло снизу упал маленький камушек.

Стук повторился. Тук-тук.

Девушка вздрогнула, накинула на плечи шаль и осторожно приоткрыла ставню. Внизу, в тени яблоневого сада, стояла темная фигура, закутанная в рваный плащ.

— Кто здесь? — тихо спросила Клэр, сжимая в руке тяжелый подсвечник.

Человек в тени медленно поднял голову. Лунный свет осветил его лицо, изуродованное страшными ожогами.

Это был Джулиан. Но он был не один.

За его спиной стоял мужчина в богатой одежде, держащий у горла Джулиана лезвие меча.

— Здравствуй, Клэр, — раздался бархатный, хорошо знакомый голос из темноты. Это был сам барон Люсьен де Морне, который должен был находиться под арестом в тюрьме. — Твой бывший муж оказался весьма живучим. И он только что рассказал мне, где спрятана настоящая карта рудника, которую твой отец скрывал двадцать лет. Выходи, или я перережу ему горло прямо здесь, а потом сожгу твой дом — вместе со всеми, кого ты любишь.