ЧАСТЬ 1

— Твоя жена погибла сегодня утром, нужно приехать на опознание.

Фелипе Мендоса услышал это сообщение на автоответчике, всё еще обвязанный полотенцем после душа.

Через десять минут к нему должна была прийти Ребека, его двадцатипятилетняя любовница, прямо в постель его законной супруги.

Первым чувством была вовсе не скорбь.

Это была лютая ярость.

— Черт возьми, Паулина! Почему тебя понесло возвращаться раньше?

Его тридцатичетырехлетняя жена находилась на курсах повышения квалификации в Керетаро и должна была вернуться в Гвадалахару только через три дня.

Но когда Фелипе позвонил в детский центр, которым она руководила, секретарь огорошила его новостью.

— Госпожа Паулина улетела еще утром, сэр. Курсы закончились досрочно.

Фелипе медленно повесил трубку.

Внезапно он вспомнил, что, выходя из ванной, отчетливо уловил в коридоре её тонкий парфюм.

Тот самый аромат, который он узнал бы из тысяч.

Тогда он просто списал это на собственное воображение.

Надев костюм, он помчался в морг, напрочь забыв про ждавшую его Ребеку.

В морге врач встретил его с мрачным видом.

— На трассе произошло ДТП. Пьяный водитель грузовика сбил женщину. При вещах были обнаружены документы вашей жены: синее платье, серьги и золотая цепочка с кулоном-сердечком.

Фелипе мгновенно узнал всё.

Платье они покупали вместе.

Цепочку он подарил ей на годовщину свадьбы.

Но тут он заметил странную деталь.

Женские черные туфли на шпильке.

— Это обувь не моей жены, — прошептал он.

— Возможно, она купила их недавно, — ответил врач. — Нам нужно, чтобы вы взглянули на тело. Опознание пока предварительное.

Фелипе вошел в холодную комнату.

Когда простыню приподняли, его ноги задрожали.

Лицо женщины было обезображено до неузнаваемости.

Но короткие темные волосы в точности напоминали прическу Паулины.

— Это она? — спросил врач.

Фелипе отвел глаза.

— Да… должно быть, она. Одежда и украшения её.

Врач сделал пометку, добавив, что завтра вызовут её мать для окончательного подтверждения.

Фелипе вернулся домой совершенно разбитым.

Он и не подозревал, что эта ночь станет последней спокойной ночью в его сытой жизни.

За два года брака он держал жену в ежовых рукавицах: контролировал каждый шаг, критиковал её подруг и сам решал, когда ей разрешено навещать маму.

С Ребекой всё было иначе.

Она работала администратором в его строительной фирме и была готова терпеть любые унижения ради заветного статуса «госпожи Мендосы».

— Ты женишься на мне когда-нибудь? — как-то спросила она.

Фелипе громко рассмеялся в ответ.

— Тебе никогда не сравниться с Паулиной. Она — настоящая женщина, а ты всего лишь временная игрушка.

Ребека тогда горько заплакала.

Но не перестала добиваться своего. Фелипе даже не догадывался, что во время своего последнего визита она тайком залезла в гардеробную Паулины со спортивной сумкой.

И ушла оттуда с чужой вещью.

Утром, когда Фелипе снова переступил порог морга, судебно-медицинский эксперт отвел его в сторону.

— Сеньор Мендоса, в ходе вскрытия выяснилось кое-что крайне любопытное.

— Что именно? — нахмурился он.

Врач заглянул в карту.

— Погибшая была беременна.

Фелипе вытаращил глаза.

— Исключено! У моей жены больное сердце, она строго предохранялась. За этим следил лично я!

Доктор пронзительно посмотрел на него.

— Что ж, тогда еще одна деталь: у этой женщины не было никаких проблем с сердцем.

По спине Фелипе пробежал ледяной мороз.

В этот момент в его памяти всплыла крошечная деталь на теле его жены, на которую он раньше никогда не обращал внимания.

Их брак рушился, обнажая чудовищную ложь.

— Доктор… — его голос сорвался на хрип. — Была ли у этой женщины татуировка в виде пчелы на цветке, прямо над…

ЧАСТЬ 2

Врач молча кивнул, медленно переворачивая страницу отчета патологоанатома.

— Да, сеньор Мендоса. Татуировка на месте. Но есть проблема посерьезнее, которая полностью меняет дело.

Фелипе почувствовал, как земля уходит из-под ног, а стены узкого коридора начинают стремительно сдвигаться.

— Какая еще проблема? — просипел он, вцепившись побелевшими пальцами в край металлического стола.

— Время смерти, — холодно чеканил слова медик. — Судя по состоянию тканей и желудочного сока, эта женщина погибла около четырех часов утра. А вы утверждали, что ваша жена улетела утренним рейсом. Более того, соседи видели, как женщина в том самом синем платье выходила из вашего дома в три часа ночи. Но она не садилась в такси. Она ушла пешком… или её вынесли.

Фелипе задохнулся от подступившего к горлу липкого страха.

В его голове вихрем пронеслись события последних месяцев: холодные взгляды Паулины, её внезапные задержки на работе, её странные телефонные разговоры полушепотом и эта дьявольская ухмылка, которую он замечал всё чаще.

Неужели она обо всем знала?

Неужели тихая, покорная Паулина плела против него изощренную паутину мести?

Но если в морге лежит не она, то где сейчас его жена?

И главное — чьё тело он только что опознал как труп собственной супруги, подтвердив это перед полицией?

Фелипе вылетел из здания морга, судорожно шаря по карманам в поисках телефона, чтобы набрать домашний номер.

Гудки шли долго, монотонно и зловеще.

Наконец на другом конце провода раздался знакомый, пугающе спокойный женский голос, от которого у него волосы встали дыбом:

— Алло, дорогой? Ты что так долго трубку не берешь? Я как раз собиралась звонить. Представляешь, мои планы изменились, и я возвращаюсь домой гораздо раньше, чем ты планировал. Жди меня, любимый. Скоро будем ужинать вместе… все трое.

Линия резко отключилась, оставив Фелипе стоять посреди улицы под проливным дождем с разбитым сердцем и липким кошмаром наяву.