Чужая квартира для любимой сестрички

‍ЧАСТЬ 1

— Мам, не переживай, можешь уже собирать вещи. Квартира свободна, Максим отдал нам ключи! — радостно сообщила моя свекровь своей дочери по телефону.

Я находилась на кухне, когда услышала эту фразу. Сначала я не придала ей особого значения. Но стоило мне услышать название улицы Озёрной, как я чуть не выронила чашку из рук.

Улица Озёрная?

Так ведь там находилась квартира моей матери!

Я дождалась, пока муж закончит разговор, и спокойно спросила:

— Максим, ты только что отдал своей сестре ключи от квартиры моей матери?

Он продолжал искать свои носки, словно я всего лишь спросила, будет ли сегодня дождь.

— Да. У Лилии сейчас трудный период. Она больше не может платить за аренду. Мы же не можем позволить ей ночевать на улице!

— А с каких это пор эта квартира принадлежит нам?

Он обернулся и раздражённо посмотрел на меня.

— Жанна, перестань всё усложнять. Это и моя квартира тоже. Мы женаты уже четыре года. Всё, что принадлежит тебе, принадлежит и мне, разве нет?

Я улыбнулась.

Вот это да! Оказывается, я не знала о существовании нового закона о недвижимости. Видимо, четырёх лет брака вполне достаточно, чтобы стать владельцем имущества всей семьи.

Через несколько минут мне позвонила свекровь, Валентина Егоровна.

— Жанна, надеюсь, ты не собираешься устраивать скандал. Лилии нужна помощь. Ты ей не чужая, ты её невестка, поэтому должна вести себя по-человечески и проявить щедрость.

— А вы считаете нормальным, что ваш сын раздаёт квартиры, которые ему не принадлежат?

Она громко рассмеялась.

— Не говори глупостей! Максим — мужчина в семье. Он имеет полное право принимать решения!

Я молча завершила разговор.

Затем позвонила своей матери, Раисе.

— Мам, надеюсь, ты сейчас дома. У меня для тебя небольшой сюрприз. Твоя будущая родня уже собирается приехать с чемоданами, чтобы заселиться в твою квартиру.

Мама несколько секунд молчала.

Затем ответила:

— Вот как? Значит, они решили переехать ко мне, даже не спросив моего разрешения?

— Похоже на то.

— Прекрасно. Пусть приезжают. Я лично встречу дорогих гостей.

Тем временем Валентина и Лилия уже стояли перед подъездом, окружённые несколькими огромными чемоданами. Они смеялись, оживлённо обсуждали свои планы и представляли, как обустроят новое жильё.

Лилия вставила ключ в замочную скважину.

Один раз.

Второй.

Третий.

Дверь не открывалась.

— Мам, кажется, твой сын дал не тот ключ! — возмущённо заявила она.

Валентина начала нервничать.

— Дай сюда! Нужно просто уметь правильно открывать двери!

Но как раз в тот момент, когда она собиралась позвонить Максиму, замок неожиданно повернулся изнутри.

Дверь медленно открылась.

На пороге стояла моя мама, Раиса, в домашнем халате, с чашкой чая в руке.

Она посмотрела сначала на незваных гостей, затем перевела взгляд на гору их багажа.

— Здравствуйте. Вы кого-то ищете?

Валентина высокомерно подняла подбородок.

— Мы приехали заселяться. Максим дал нам ключи от этой квартиры.

Мама спокойно поставила чашку на небольшую тумбочку в прихожей.

Затем с улыбкой ответила:

— Ах, Максим дал вам ключи от МОЕЙ квартиры? Как интересно… Потому что, насколько мне известно, этот мужчина никогда не владел здесь даже одним квадратным сантиметром!

В этот момент улыбка Валентины окончательно исчезла с лица.

Но то, что ей предстояло узнать буквально через несколько секунд, оказалось ещё более унизительным…

ЧАСТЬ 2

— Простите, что вы сейчас сказали? — переспросила Валентина Егоровна, глядя на Раису так, будто та только что объявила, что собирается продать весь подъезд вместе с жильцами.

Моя мама спокойно поправила пояс халата и посмотрела сначала на неё, потом на Лилию, которая всё ещё держала в руках связку ключей.

— Я сказала, что эта квартира принадлежит мне. Лично мне. А теперь объясните, пожалуйста, кто разрешил вам сюда въехать?

Лилия нервно посмотрела на свекровь своей будущей хозяйки, то есть на мою маму, и тихо произнесла:

— Нам Максим дал ключи. Он сказал, что квартира свободная и мы можем здесь жить.

— Максим? — переспросила мама. — Это тот самый Максим, который четыре года назад женился на моей дочери?

— Да, — вмешалась Валентина Егоровна. — Мой сын. И я не понимаю, почему вы так разговариваете с нами. Мы приехали не грабить вас. Нам просто нужно временное жильё.

Мама чуть приподняла брови.

— А я и не говорю, что вы грабители. Хотя, знаете, обычно люди, которые собираются пользоваться чужой недвижимостью без разрешения хозяина, хотя бы сначала звонят в дверь и представляются.

— Максим имеет право! — резко ответила свекровь.

— На что именно?

— На эту квартиру!

Мама несколько секунд молча смотрела на неё.

— Вы сейчас серьёзно?

— Абсолютно!

— Тогда у меня к вам один вопрос. Если ваш сын владеет этой квартирой, почему в документах собственником указана я?

Валентина Егоровна открыла рот, но ничего не сказала.

Лилия поставила чемодан на пол.

— Мам, может, мы сначала разберёмся? Здесь какая-то путаница.

— Какая путаница? — возмутилась свекровь. — Максим сам сказал, что это их семейная квартира!

Мама улыбнулась.

— Вот именно. Он сказал. А документы, к счастью, разговаривать не умеют. Они просто показывают, кому принадлежит имущество.

Она сделала шаг назад и указала на коридор.

— Проходить не нужно. Я не приглашала гостей. И уж тем более не приглашала новых жильцов.

Валентина Егоровна покраснела.

— Да как вы смеете! Я мать вашего зятя!

— Поздравляю. А я мать его жены. Но, насколько мне известно, родственные связи не передаются вместе с правом собственности на недвижимость.

Я стояла неподалёку, слушала телефонный разговор по громкой связи и едва сдерживалась, чтобы не рассмеяться.

Моя мама всегда была спокойной женщиной. Но когда кто-то пытался сесть ей на шею, она могла одним предложением объяснить человеку устройство всей вселенной.

— Раиса, вы неправильно всё понимаете, — уже более мягким голосом сказала Валентина. — Максим просто хотел помочь сестре. У Лилии сложная ситуация. Она осталась без нормального жилья, у неё долги, проблемы с работой. Неужели вы не можете войти в положение?

— Могу, — ответила мама. — Я прекрасно понимаю, что такое трудности. Но почему вы решили, что решение этих трудностей обязательно должно происходить за мой счёт?

— Потому что семья должна помогать друг другу!

— Согласна. Только почему в вашей семье помощь всегда начинается с чужой квартиры, чужих денег и чужого терпения?

Лилия опустила глаза.

А Валентина Егоровна впервые за весь разговор не нашла подходящего ответа.

Но на этом всё не закончилось.

Через несколько минут на улице послышался автомобильный сигнал.

Приехал Максим.

И, судя по выражению его лица, он ещё не подозревал, что его маленькая семейная благотворительность уже превратилась в большое собрание собственников недвижимости.

Я услышала, как хлопнула дверца машины. Через несколько секунд Максим появился возле подъезда. В одной руке у него был телефон, в другой — пакет с продуктами.

Увидев мать, сестру и Раису, он остановился.

— Мам? Лиля? Вы чего здесь стоите?

Валентина Егоровна мгновенно повернулась к сыну.

— Максим! Наконец-то! Объясни своей теще, что происходит! Она не хочет пускать нас в квартиру!

Максим посмотрел на Раису.

— Здравствуйте. А почему вы не пускаете их внутрь?

Мама спокойно ответила:

— Потому что это моя квартира.

Максим тяжело вздохнул.

— Опять начинается…

Я не выдержала.

— Максим, можно узнать, что именно начинается? Утро? День? Или твоя очередная попытка распоряжаться чужим имуществом?

— Жанна, только не здесь!

— А где? В твоём воображаемом кабинете владельца недвижимости?

Лилия прикрыла рот ладонью, пытаясь не улыбнуться.

— Жанна, пожалуйста, не надо. Я вообще не хотела никаких скандалов.

— Лиля, я прекрасно понимаю, что тебе нужно жильё. Но почему ты решила, что моя мама обязана предоставить тебе квартиру?

— Максим сказал, что всё согласовано.

— С кем?

Она замолчала.

Я посмотрела на мужа.

— Максим, ты разговаривал с моей мамой?

— Нет.

— Ты спрашивал меня?

— Жанна, мы же семья!

— Я заметила. Только в этой семье почему-то все принимают решения, а узнаю о них последней я.

Максим поставил пакет на подоконник возле входа.

— Послушайте, я не понимаю, почему из обычной помощи родственникам вы устроили такое представление. Лиле негде жить. У неё закончился договор аренды. Хозяин квартиры поднял цену, а она не может платить.

— И поэтому ты решил подарить ей чужую недвижимость? — спросила я.

— Я не подарил! Просто разрешил пожить.

— На каком основании?

Он раздражённо провёл рукой по волосам.

— Жанна, хватит цепляться к словам!

Мама посмотрела на него и произнесла:

— Максим, а ты вообще знаешь, кому принадлежит эта квартира?

— Конечно знаю.

— Назови собственника.

Он посмотрел на меня.

— Ну, мы же с Жанной…

— Я спросила не о твоей семейной жизни. Я спросила о собственнике.

Максим отвернулся.

И тут Валентина Егоровна решила вмешаться.

— Раиса, не надо устраивать допрос! Молодые люди живут вместе, значит, всё у них общее. Я не понимаю, почему вы вообще вмешиваетесь в семейные дела сына!

Мама слегка улыбнулась.

— Потому что вы стоите перед дверью моей квартиры с чемоданами.

— Но Максим сказал…

— Ваш сын много чего говорит. Например, что он владелец недвижимости, которую никогда не покупал.

Я заметила, как лицо мужа изменилось.

Он понял, что сейчас разговор пойдёт совсем не туда, куда ему хотелось.

— Мам, давай потом поговорим, — пробормотал он.

— Нет, Максим! — резко ответила Валентина Егоровна. — Мы приехали заселяться. Лиля уже предупредила хозяйку прежней квартиры, что съезжает. Ты обещал решить вопрос!

Я медленно повернулась к мужу.

— Подожди. Лиля уже съезжает?

— Жанна…

— Она уже отказалась от прежнего жилья?

Лилия тихо ответила:

— Да. Я вчера вечером договорилась с хозяйкой. Она нашла других жильцов.

Я закрыла глаза.

Вот теперь ситуация стала ещё интереснее.

Получалось, что Максим не просто взял ключи и решил сделать сестре приятный сюрприз. Он уже пообещал ей квартиру, а она на основании его обещаний отказалась от своего прежнего жилья.

— Максим, — спокойно произнесла я, — ты понимаешь, что теперь у твоей сестры действительно нет квартиры?

— Я же сказал, что решу вопрос!

— Какой вопрос? Ты собираешься уговорить мою мать отдать ей жильё?

Он молчал.

— Или, может быть, собираешься попросить меня подписать документы задним числом?

— Не драматизируй!

— Я? Максим, твоя сестра приехала с четырьмя чемоданами. Если бы мама открыла дверь и оказалась в санатории, они бы уже расставляли мебель.

Мама тихо рассмеялась.

— Кстати, я действительно собираюсь в санаторий. Но сначала мне нужно закончить несколько дел с этой квартирой.

Валентина Егоровна оживилась.

— Вот видите! Значит, вы всё-таки собираетесь уезжать!

— Собираюсь. Но это не означает, что я собираюсь оставить свою квартиру вашей дочери.

— Да вы…

— И ещё, Валентина Егоровна, не повышайте на меня голос. Я не ваш подчинённый.

Мама достала из кармана халата телефон.

— Сейчас я покажу вам документы. Чтобы больше не возникало никаких недоразумений.

Она открыла фотографии и продемонстрировала свидетельство о регистрации права собственности и договор купли-продажи.

Максим посмотрел на экран.

Его лицо стало совершенно другим.

— Мам, зачем ты это показываешь?

— Чтобы ты вспомнил, что эта квартира принадлежит мне.

— Я знаю, что ты покупала её…

— Тогда почему ты говоришь своей матери, что она принадлежит тебе?

Валентина Егоровна резко повернулась к сыну.

— Максим, что значит «ты покупал»? Ты же говорил, что квартира оформлена на вас с Жанной!

Он опустил глаза.

Именно тогда я поняла, что перед нами не обычное недоразумение.

Мой муж действительно рассказывал своей матери совершенно другую историю.

Но почему?

И зачем ему понадобилось выдавать мамину недвижимость за свою?

Когда все немного успокоились, мама предложила отойти от входа, чтобы не мешать соседям.

Мы спустились в небольшое помещение возле подъезда, где находились почтовые ящики и скамейка для жильцов.

Лилия осталась стоять возле чемоданов.

— Я ничего не понимаю, — сказала она. — Максим, ты же говорил, что квартира ваша.

— Лиля, давай потом.

— Нет, сейчас! Ты сказал, что Жанна тоже согласна. Ты говорил, что мама уже знает о моём переезде!

Валентина Егоровна повернулась к сыну.

— Ты сказал мне то же самое!

Максим раздражённо ответил:

— Да что вы от меня хотите? Я просто хотел помочь!

— Помочь кому? — спросила я. — Сестре или собственной репутации?

Он посмотрел на меня с раздражением.

— Ты специально выставляешь меня перед всеми идиотом?

— Нет, дорогой. Я просто не мешаю тебе самостоятельно демонстрировать свои способности.

Мама присела на скамейку.

— Давайте я расскажу, как всё было на самом деле.

Она открыла свою сумку, достала небольшую папку и положила её на колени.

— Эту квартиру я купила пять лет назад. Тогда Жанна ещё даже не была замужем.

Максим нахмурился.

— Я помню.

— Отлично. Значит, память у тебя ещё работает. Покупала я её на собственные деньги. Часть накопила за много лет работы, часть мне одолжил мой брат Николай. Я вернула ему всё до последней копейки.

Валентина Егоровна слушала молча.

— После покупки я сделала ремонт, поменяла окна, сантехнику, двери. На всё ушли мои сбережения. Николай помогал мне с ремонтом. Ни ты, Максим, ни твоя мать, ни твоя сестра не вложили туда ни рубля.

— Я не спорю, — тихо сказал Максим.

— Тогда объясни, откуда появилась история о том, что квартира ваша?

Он снова промолчал.

Мама продолжила:

— После свадьбы Жанны я разрешила вам временно пользоваться квартирой, когда вы делали ремонт в своём жилье. Помнишь?

— Да.

— Тогда я дала вам запасные ключи. Вы жили там несколько недель, пока у вас красили стены и меняли полы. Потом вернули ключи. Я думала, что вопрос закрыт.

Я вспомнила тот период.

После свадьбы мы с Максимом действительно делали ремонт в небольшой съёмной квартире. Мама предложила пожить в её свободной недвижимости, чтобы не тратить деньги на гостиницу.

Мы провели там почти месяц.

Я никогда не считала эту квартиру своей. Более того, всегда благодарила маму за возможность временно там находиться.

— Но это было пять лет назад! — вмешалась Валентина Егоровна.

— Именно, — ответила мама. — А теперь ваш сын решил, что временное разрешение на проживание автоматически превращает его в владельца.

Лилия посмотрела на брата.

— Максим, ты мне сказал, что вы с Жанной купили эту квартиру ещё до свадьбы.

Я медленно повернулась к мужу.

— Что?

Лилия покраснела.

— Он сказал, что квартира досталась ему от знакомого, а потом вы вместе сделали там ремонт.

— Какой ещё знакомый? — спросила я.

— Не знаю. Он говорил, что это выгодная покупка.

Я посмотрела на Максима.

— Значит, теперь у нас появился ещё и загадочный знакомый, который продал тебе чужую квартиру?

— Жанна, хватит!

— Нет, подожди. Мне уже интересно. Может, ты расскажешь, где находится этот замечательный человек? Я бы тоже хотела купить у него пару квартир. Желательно без оплаты.

Мама не выдержала и рассмеялась.

Даже Лилия слегка улыбнулась.

Но Максим оставался мрачным.

— Я не собираюсь обсуждать это на улице.

— А я не собираюсь обсуждать твою ложь в нашей спальне, — ответила я. — Ты сам выбрал место для семейного собрания.

Валентина Егоровна, наконец, повернулась к сыну.

— Максим, я хочу услышать правду. Почему ты говорил мне, что эта квартира принадлежит тебе?

Он долго молчал, потом вздохнул.

— Потому что не хотел, чтобы вы переживали.

— О чём переживали?

— О том, что у Лилии нет нормального жилья.

— При чём здесь квартира?

— Мам, ты сама постоянно говорила, что мне пора помогать сестре. Что я мужчина, что у меня есть жена, что мы должны поддерживать родственников.

— И?

— Я сказал, что у нас есть свободная квартира.

— Но зачем ты сказал, что она твоя?

Максим посмотрел на мать, затем на меня.

— Потому что, если бы я сказал правду, вы бы начали спорить.

— Кто именно? — спросила я.

— Все!

Я покачала головой.

— Удивительная логика. Чтобы никто не спорил, нужно просто соврать всем сразу.

Муж проигнорировал мою реплику.

— Я думал, что потом всё объясню. Лиля поживёт несколько месяцев, а дальше разберёмся.

Мама нахмурилась.

— А меня ты собирался поставить перед фактом?

— Я хотел поговорить с вами позже.

— Когда? Когда я вернусь домой и обнаружу в своей квартире чужую мебель?

— Не надо так!

— А как надо? Благодарить тебя за то, что ты самостоятельно распределил моё имущество?

Валентина Егоровна уже не кричала. Она смотрела на сына с явным недоумением.

— Максим, ты ведь прекрасно знаешь, что я никогда не просила тебя покупать мне квартиру. Я просто хотела, чтобы ты помог сестре. Но я не знала, что ты собираешься обманывать людей.

— Мам, ты сама говорила, что Лиле нужно помочь!

— Помочь деньгами, продуктами, поиском работы! Но я не просила тебя присваивать чужое имущество!

Лилия стояла рядом и нервно теребила ручку чемодана.

— Я правда не знала, — наконец произнесла она. — Я думала, что всё согласовано.

Я посмотрела на неё.

— Лиля, я не считаю тебя виноватой в том, что ты поверила брату. Но ты ведь могла позвонить мне.

— Я звонила Максиму.

— А мне?

Она опустила глаза.

— Нет.

— Почему?

— Он сказал, что ты будешь недовольна и начнёшь спорить из-за того, что я твоя родственница только через него.

Я горько усмехнулась.

— Понятно. То есть мой муж заранее подготовил тебя к тому, что я буду плохой женщиной, если не соглашусь отдать чужую квартиру.

— Я не хотела тебя обижать.

— Тогда давай договоримся. В следующий раз, когда кто-нибудь предложит тебе чужую недвижимость, сначала позвони настоящему владельцу.

Мама кивнула.

— Очень разумный совет.

В этот момент Максим достал телефон.

— Я сейчас всё улажу.

Он отошёл в сторону и кому-то позвонил.

Через несколько секунд я услышала:

— Николай Петрович, здравствуйте. Мне нужно уточнить один вопрос…

Я удивилась.

Николай Петрович — это был мамин брат, тот самый человек, который помогал ей покупать квартиру.

Максим разговаривал с ним редко, в основном на семейных праздниках.

— Да, по квартире на улице Озёрной… Нет, не той… По квартире Раисы… Да, я понимаю.

Я посмотрела на маму.

Она тоже услышала разговор и нахмурилась.

Максим продолжал:

— Просто возникла небольшая ситуация. Лиле нужно где-то пожить. Я думал, что можно временно…

Он замолчал, слушая собеседника.

Потом его лицо изменилось.

— Нет, я не говорю, что она моя… Я просто…

Николай Петрович, видимо, сказал что-то достаточно неприятное.

Максим отвернулся и завершил разговор.

— Ну что? — спросила мама.

— Ничего.

— Очень содержательный ответ.

— Николай сказал, что не собирается вмешиваться.

Мама спокойно ответила:

— И правильно сделал. Он уже помог мне пять лет назад. С тех пор я самостоятельно распоряжаюсь своим имуществом.

Валентина Егоровна снова начала раздражаться.

— Я всё равно не понимаю, почему нельзя решить вопрос по-человечески. Ну пожила бы Лилия несколько месяцев. Что такого?

Мама посмотрела на неё.

— Вы ведь не спрашиваете меня, могу ли я помочь. Вы объясняете, почему я обязана это сделать.

— Но вы же семья!

— Семья — это когда люди уважают друг друга. А не когда один человек раздаёт имущество другого, а потом все остальные требуют от владельца согласия.

— У Лилии нет денег!

— Тогда ей нужно искать работу и жильё по своим возможностям.

— Вы хотите, чтобы моя дочь жила в какой-то коммуналке?

Мама развела руками.

— А вы хотите, чтобы я выселилась из собственной квартиры ради человека, которого даже не предупредили о настоящем положении дел?

Валентина Егоровна замолчала.

Я смотрела на неё и понимала, что впервые за долгое время она не может заставить окружающих делать то, что ей хочется.

Обычно она говорила громче всех, и остальные уступали просто ради спокойствия.

Но сегодня перед ней оказалась женщина, которую громким голосом было не напугать.

Мы уже собирались расходиться, когда Лилия вдруг спросила:

— А что мне теперь делать?

В её голосе впервые появилась настоящая тревога.

Она достала телефон, показала сообщение от бывшей хозяйки квартиры.

Там было написано, что помещение уже передано новым жильцам, а залог удержан в счёт последнего месяца аренды и коммунальных платежей.

— Я вчера отдала ей ключи, — сказала Лилия. — Все вещи уже здесь. Я думала, что сегодня спокойно перееду.

Максим посмотрел на сестру.

— Не переживай. Что-нибудь придумаем.

— Ты уже придумал! — неожиданно повысила голос Лилия. — Ты обещал мне квартиру! Я отказалась от старой комнаты, перевезла вещи, потратила деньги на грузчиков! Ты сказал, что всё решено!

— Я не думал, что Раиса устроит такой скандал.

Мама подняла глаза.

— Простите, Максим, но это вы устроили скандал. Я просто открыла дверь собственной квартиры.

Лилия села на чемодан.

— Господи, какой же стыд…

Мне стало её немного жаль.

Я прекрасно понимала, что она оказалась в неприятной ситуации. Но мне также было важно не допустить, чтобы её проблемы снова стали обязанностью моей матери.

— Лиля, — сказала я, — давай подумаем, что можно сделать.

Максим удивлённо посмотрел на меня.

— Ты серьёзно?

— Да. Я могу помочь ей найти комнату или работу. Но квартиру мамы никто занимать не будет.

— Жанна, ты сейчас хочешь выставить меня плохим человеком?

— Нет. Ты уже прекрасно справился с этой задачей самостоятельно.

Лилия невольно улыбнулась.

Я продолжила:

— Я знаю несколько объявлений о сдаче комнат. Есть варианты недалеко от остановки. Не роскошные, конечно, но вполне нормальные.

Валентина Егоровна сразу возмутилась:

— Моя дочь не будет жить в комнате с чужими людьми!

— Тогда пусть снимает отдельную квартиру.

— На какие деньги?

— Вот это уже правильный вопрос.

Максим вмешался:

— Я могу помочь с оплатой первого месяца.

— Можешь, — ответила я. — Но только если действительно хочешь помочь. Не обещай того, чего не можешь выполнить.

Он посмотрел на меня с раздражением.

— Ты думаешь, я не способен помочь собственной сестре?

— Я думаю, что сначала нужно научиться говорить правду собственной семье.

Через час мы всё-таки разъехались.

Мама вернулась в квартиру, а мы с Максимом поехали домой.

В машине он молчал почти всю дорогу.

Я тоже не хотела разговаривать.

Когда мы вошли в квартиру, он бросил ключи на тумбочку и сразу направился на кухню.

— Я не понимаю, зачем ты так себя повела, — произнёс он.

Я сняла куртку.

— А как я должна была себя повести?

— Можно было просто поговорить спокойно.

— Максим, я разговаривала с тобой спокойно ещё утром. Ты ответил, что имеешь право распоряжаться квартирой моей матери.

— Я был уверен, что смогу всё решить.

— Ты был уверен, что сможешь решить вопрос за чужой счёт.

Он открыл холодильник.

— Ты прекрасно знаешь, что у Лилии сложная ситуация.

— Да, знаю. Но ты почему-то решил, что моя мама должна оплачивать её трудности.

— Никто не просил её платить!

— Ты собирался поселить сестру в её квартире бесплатно. Это тоже помощь за её счёт.

Максим достал бутылку воды и сделал несколько глотков.

— Я просто не хотел, чтобы Лиля оказалась на улице.

— Тогда нужно было сначала обсудить это со мной. Или предложить ей собственную помощь.

— У меня не было времени.

Я посмотрела на него.

— У тебя было время поговорить с матерью, сестрой, договориться о переезде, передать ключи, организовать перевозку вещей. Но не нашлось двух минут, чтобы позвонить мне?

Он отвернулся.

— Я знал, что ты будешь против.

Вот оно.

Наконец-то он сказал правду.

Я присела за стол.

— То есть ты сознательно не спрашивал меня, потому что знал, что