Ложь из прошлого рушит мою новую жизнь

Часть 2

— Ты ведь знал, что она вернется? Знал и молчал все это время?!

Максим швырнул ключи на стеклянный журнальный столик. Звук удара металла о стекло прозвучал в полумраке пустой квартиры как оглушительный выстрел.

Денис даже не вздрогнул, лишь крепче сжал ладони в карманах куртки, уставившись в окно на дождливый город.

— Ей некуда было идти, Макс. И вообще, прекрати орать, это совсем не то, что ты думаешь.

— Не то?! — Максим сделал стремительный шаг вперед, его глаза горели неподдельной яростью. — Она разрушила всё три года назад, растоптала мою жизнь, а теперь ты прячешь её в своей квартире?

Из глубины темного коридора послышался едва уловимый, тихий шорох. Дверь дальней спальни медленно, со скрипом приоткрылась.

На пороге стояла Алина — бледная, с темными кругами под глазами, в слишком большом для неё сером свитере Дениса.

— Максим… — её голос едва заметно дрожал, она держалась за дверной косяк, словно земля уходила из-под ног. — Пожалуйста, выслушай его. Он просто спасал меня.

— Спасал от кого? — Макс резко повернулся к ней, усмехнувшись, но в этой усмешке было гораздо больше скрытой боли, чем злости. — От собственных долгов? Или от очередного вранья, в котором ты погрязла?

Алина сделала шаг назад, инстинктивно прижимая ладонь к груди, как будто ей физически не хватало воздуха в этой комнате.

— От твоего брата, — тихо, почти шепотом произнесла она, глядя Максиму прямо в глаза.

В комнате мгновенно повисла тяжелая, звенящая тишина. Слышно было только, как капли дождя настойчиво бьют по подоконнику. Максим застыл на месте, переводя ошеломленный взгляд с бледного лица Алины на напряженную спину Дениса.

— Что ты сейчас сказала? — переспросил он, стремительно теряя весь свой агрессивный напор. — При чем тут Влад? Он погиб два года назад в той аварии.

Денис наконец обернулся, сделал шаг навстречу другу и тяжело положил руку ему на плечо. Его голос теперь звучал пугающе спокойно и серьезно.

— В том-то и дело, Макс. Влад жив. И все это время он не просто скрывался, он искал её, чтобы забрать то, что считает своим.

Максим резким движением плеча оттолкнул руку друга, отказываясь верить в происходящее. Голова шла кругом, старые, едва затянувшиеся раны открылись с новой, невыносимой силой.

— Это бред. Паранойя. Я сам был на опознании, сам организовывал похороны! Я видел все медицинские документы и заключения экспертов!

— Любые документы можно купить, если у тебя есть правильные связи и очень много денег, — отрезала Алина, и в её глазах на секунду мелькнул настоящий, первобытный страх. — А вот его почерк я не перепутаю ни с чем на свете.

Она медленно протянула Максиму измятый, слегка испачканный лист плотной бумаги, который до этого судорожно прятала в глубоком кармане свитера.

Максим буквально выхватил записку из её рук. На белом поле неровными, размашистыми и знакомыми до боли с самого детства буквами было выведено всего три слова.

«Я заберу своё».

Пальцы Максима задрожали. Этот наклон букв, эта специфическая перекладина у буквы «ж» — ошибок быть не могло. Влад был жив. Человек, которого он оплакивал два года, из-за которого разругался со всей семьей, обманул всех.

— Откуда это у тебя? — тихо спросил Максим, чувствуя, как внутри него закипает ледяной коктейль из шока и подступающей паники. — Когда ты её получила?

— Сегодня утром, — Алина обхватила себя руками за плечи, пытаясь унять крупную дрожь. — Нашла под дворником машины, когда собиралась ехать к Денису. Он следит за мной, Максим. Он знает каждый мой шаг.

— Почему ты не пошла в полицию? — Макс почти сорвался на крик, хватая её за запястье. — Если он жив и угрожает тебе, это дело для органов!

— Какая полиция, Макс?! — Денис грубо вмешался, встав между ними и заставляя Максима отпустить руку девушки. — Ты забыл, с какими людьми Влад вел дела перед своей якобы «гибелью»? Если всплывет, что он жив, под удар попадем мы все. И в первую очередь — ты.

Максим отступил на шаг, чувствуя, как стены квартиры будто сжимаются, лишая его пространства для маневра. Слишком много лжи на один квадратный метр. Женщина, которую он любил и ненавидел, лучший друг, скрывающий правду, и покойный брат, восставший из мертвых.

— Зачем ему ты, Алина? — Макс пристально посмотрел на неё, пытаясь разглядеть фальшь. — Три года назад ты сбежала от меня к нему. Вы забрали деньги фирмы. Что изменилось?

— Я никогда не брала тех денег, — из глаз Алины брызнули слезы, которые она так долго сдерживала. — Влад подставил меня, чтобы вынудить бежать с ним. А когда я поняла, кто он на самом деле, попыталась уйти. Та авария… он подстроил её, чтобы избавиться от преследователей и заставить меня подчиняться. Но я смогла сбежать.

Максим слушал её, и мир, который он с таким трудом строил по кирпичикам последние годы, рушился с грохотом карточного домика. Кому верить? Фактам из прошлого или испуганной девушке, которая когда-то разбила ему сердце?

— Допустим, я поверю, — процедил Максим, глядя на записку в своих руках. — Что нам делать теперь? Если он в городе, нам нужно уезжать. Прямо сейчас.

— Уже поздно, — подал голос Денис, который все это время всматривался в темноту за окном. Его лицо сделалось бледным как мел. — Смотрите вниз.

Максим подошел к окну и взглянул во двор. Возле подъезда, прямо под тусклым светом фонаря, стоял черный тонированный внедорожник с работающим двигателем. Из выхлопной трубы шел густой пар. Номера были грязными, но саму машину Макс узнал бы из тысячи. Это была старая модель, которую Влад обожал больше всего на свете.

— Он здесь, — прошептала Алина, подбегая к Максиму и испуганно прижимаясь к его плечу. — Он нашел меня.

— Спокойно, — Максим попытался вернуть контроль над ситуацией, хотя сердце в груди бешено колотилось. — В квартиру он не зайдет. Здесь охрана, камеры, закрытый двор…

В этот самый момент в прихожей раздался отчетливый, леденящий душу щелкающий звук. Кто-то снаружи, уверенно и не торопясь, медленно поворачивал родной ключ в замочной скважине входной двери.

Все трое замерли, боясь даже вздохнуть. Дверная ручка начала плавно опускаться вниз.