ЧАСТЬ 1

— Эту студию продавать нельзя! Мама уже договорилась, кто там будет жить после ремонта! — с порога выпалил Влад так, словно лично защищал государственную границу.

Алина медленно подняла голову от документов.

На столе лежали выписка из реестра, договор о наследстве и бумаги агентства недвижимости.

Все они были оформлены на неё.

Все.

Кроме фантазий свекрови.

Она спокойно закрыла папку.

Очень спокойно.

Тем самым спокойствием, после которого мужчины обычно начинают искать инструкцию «Как срочно отменить последние десять минут своей жизни».

— С какого момента твоя мама открыла филиал агентства недвижимости в моей квартире? — поинтересовалась Алина.

Влад шумно выдохнул.

— Опять начинается…

— Нет.

Она покачала головой.

— Начинается ураган обычно с лёгкого ветерка.

У нас уже летает мебель.

— Люди уже рассчитывают переехать!

— Замечательно.

— Что замечательно?

— Значит, теперь осталось найти квартиру, в которую они рассчитывают переехать.

Влад раздражённо развёл руками.

— Алина, ты всё драматизируешь!

— Правда?

Она задумчиво посмотрела в потолок.

— Давай проверим.

Твоя мама нашла жильцов.

Пообещала им квартиру.

Запланировала ремонт.

И каким-то чудом забыла спросить хозяйку.

Действительно.

Никакой драмы.

Обычный вторник.

— Там будет жить Лариса с сыном.

— Кто такая Лариса?

— Подруга мамы.

— Отлично.

Ещё немного — и твоя мама начнёт раздавать мои квадратные метры по акции «Возьми две квартиры — получи третью бесплатно».

Влад закатил глаза.

— У человека тяжёлая ситуация.

— У меня тоже.

— Какая?

— На меня пытаются оформить бесплатный пансионат.

Он начал ходить по комнате.

Мужчины вообще удивительные существа.

Когда аргументы заканчиваются, они начинают измерять квартиру шагами.

Будто километраж автоматически превращается в правоту.

— Мы же семья!

Алина кивнула.

— Именно.

— Ну вот!

— Поэтому особенно странно, что о моей квартире знают все.

Кроме меня.

— Ты ведь всё равно собиралась её продавать.

— Да.

— Значит, пока может пожить человек.

— Конечно.

А пока ты идёшь на работу, я могу сдавать твою машину таксистам.

Она ведь тоже сейчас простаивает.

Влад остановился.

— Это другое.

— Конечно.

Когда берут твоё — это трагедия.

Когда моё — это семейные ценности.

Алина подошла к окну.

За стеклом люди спокойно шли по своим делам.

Никто не пытался заселить чужую квартиру.

Удивительно воспитанный район.

— Влад…

— Что?

— Мне просто интересно.

Если завтра мне по наследству достанется остров…

Она повернулась к нему.

— Твоя мама сразу поселит туда половину своих знакомых?

— Не передёргивай.

— Я не передёргиваю.

Я пытаюсь понять масштабы катастрофы.

Влад внезапно ударил ладонью по столу.

— Хватит уже говорить о моей матери!

— Хорошо.

Давай поговорим о тебе.

Кто дал ей право распоряжаться моей собственностью?

Молчание.

Очень красноречивое.

Настолько красноречивое, что ему можно было выдать отдельный диплом.

— Люди хотели пожить там временно…

— Сколько?

— Пока сын Ларисы окончит колледж.

Алина медленно моргнула.

— То есть…

Не три дня.

Не неделю.

Не месяц.

Несколько лет?

— Ну…

— Великолепно.

Это уже не «временно».

Это почти ипотека.

Она снова открыла папку.

Провела пальцем по документу.

— Видишь эту фамилию?

— Вижу.

— Там написано «Алина».

Странно.

Ни слова про Ларису.

Ни слова про твою маму.

Даже тебя почему-то забыли вписать.

Какая невнимательность со стороны государства.

Влад резко выхватил папку.

Листы жалобно хрустнули.

— Никакой продажи не будет!

Алина посмотрела на его руку.

Потом — ему в глаза.

И впервые за весь вечер улыбнулась.

Очень спокойно.

Так улыбаются хирурги перед сложной операцией.

Или нотариусы перед тем, как человек внезапно понимает, что подписал совсем не то.

Она вдруг отчётливо осознала одну простую вещь.

Влад уже давно перестал считать эту квартиру её собственностью.

В его голове она незаметно превратилась в филиал общежития имени Зинаиды Петровны.

И именно поэтому впереди его ждал очень дорогой урок.

ЧАСТЬ 2

Влад стоял посреди комнаты с папкой в руках так торжественно, словно держал не документы на чужую квартиру, а грамоту «Лучший сын района».

Алина вздохнула.

— Влад…

— Что?

— Ты хоть понимаешь, что сейчас пытаешься запретить мне распоряжаться моей же квартирой?

— Я пытаюсь спасти семью!

— Нет.

Она покачала головой.

— Ты пытаешься спасти мамин авторитет.

Это разные виды спорта.

В этот момент раздался звонок в дверь.

Алина даже не удивилась.

Когда разговор заходит о недвижимости, свекрови материализуются быстрее курьеров.

На пороге действительно стояла Зинаида Петровна.

С огромным пакетом.

И с выражением лица человека, который уже заранее выиграл спор.

— Ну что? — бодро сказала она, проходя в квартиру без приглашения. — Всё решили?

Алина посмотрела на неё.

Потом на Влада.

Потом снова на неё.

— Нет.

— Как это нет?

— Очень просто.

Одно короткое слово.

Две буквы.

Большой эффект.

Свекровь поставила пакет на стол.

— Лариса уже вещи начала собирать.

— Замечательно.

— Что замечательно?

— Пусть сразу собирает их обратно.

Меньше времени потеряет.

Зинаида Петровна нахмурилась.

— Алина, ты ведёшь себя некрасиво.

— Правда?

— Конечно!

Люди уже надеются!

— Странные люди.

Я тоже надеялась выиграть в лотерею.

Но почему-то никто не принёс мне чемодан денег.

Влад устало потер переносицу.

— Девочки…

— Не начинай, — одновременно ответили обе.

Он сразу понял, что сегодня его дипломатическая карьера закончилась, так и не начавшись.

— Послушай, — начала свекровь уже мягче. — Ты молодая. У тебя ещё всё впереди. Купишь себе другую квартиру.

Алина удивлённо подняла брови.

— Другую?

— Конечно.

— А эту кому?

— Ну… Ларисе.

— Логично.

— Вот видишь…

— Нет, не вижу.

Я просто пытаюсь понять, почему единственный человек, который должен покупать новую квартиру после этого разговора, — это почему-то я.

Свекровь театрально всплеснула руками.

— Какая же ты меркантильная!

— Спасибо.

— Это не комплимент.

— А прозвучало очень дорого.

Зинаида Петровна решила сменить тактику.

— Между прочим, Лариса обещала платить коммунальные услуги.

Алина едва не рассмеялась.

— Какая щедрость.

Ещё немного — и она разрешит мне иногда смотреть на свою квартиру из окна автобуса.

— Влад!

— Что, мам?

— Объясни ей!

Влад тяжело вздохнул.

Он выглядел так, словно мечтал срочно стать сиротой… хотя бы минут на сорок.

— Алина… может, действительно…

Она подняла ладонь.

— Стоп.

Потом открыла телефон.

— Сейчас будет очень интересный эксперимент.

Она быстро набрала номер.

— Алло?

Добрый день.

Это агентство недвижимости?

Да.

Студия продаётся.

Показы можно начинать уже завтра.

Спасибо.

До свидания.

Она спокойно положила телефон на стол.

Свекровь застыла.

— Ты… ты специально?!

— Конечно.

Я же хозяйка квартиры.

Помнишь?

Мы буквально пять минут назад это обсуждали.

Лицо Зинаиды Петровны стало таким красным, что помидоры на рынке могли официально подавать заявление о дискриминации.

— Влад!!

— Что?!

— Сделай хоть что-нибудь!

Он беспомощно посмотрел сначала на мать.

Потом на жену.

Потом на потолок.

Наверное, надеялся, что оттуда спустится комиссия по семейным чудесам.

Но чудес не произошло.

Зато телефон Алины снова зазвонил.

Она посмотрела на экран.

Улыбнулась.

И сказала всего одну фразу:

— Да… завтра в десять можете приехать с первым покупателем.

Именно в этот момент Влад понял, что игра окончательно вышла из-под контроля.

ЧАСТЬ 3

На следующее утро Зинаида Петровна приехала к студии раньше всех.

Она стояла у подъезда с таким видом, будто лично открывала новый жилой комплекс.

Рядом переминалась с ноги на ногу Лариса с сыном.

Возле их ног красовались три огромных чемодана, два пакета и клетка с крайне недовольным попугаем.

— Сейчас всё оформим, — уверенно сказала свекровь. — Алина вчера просто психовала. Переночует — успокоится.

Попугай неожиданно громко крикнул:

— Дура! Дура!

Лариса смущённо накрыла клетку платком.

— Он телевизор много смотрит…

Через несколько минут подъехала Алина.

Но не одна.

Вместе с ней приехали риелтор и молодая супружеская пара.

— Доброе утро, — улыбнулась Алина.

Свекровь победно вскинула подбородок.

— Ну наконец-то! Мы уже заждались.

— Вижу.

— Давай ключи.

— Конечно.

Она достала связку.

Лариса уже протянула руку…

Но ключи спокойно легли в ладонь риелтора.

— Покажите квартиру покупателям, пожалуйста.

Наступила такая тишина, что попугай даже перестал комментировать происходящее.

— Каким… покупателям? — прохрипела Зинаида Петровна.

— Тем самым.

Которые собираются купить мою квартиру.

— Но…

— Разве Влад не сказал?

Свекровь резко повернулась к сыну.

Тот стоял бледный, словно человек, который внезапно понял: бесплатное жильё оказалось таким же бесплатным, как сыр в мышеловке.

Покупатели осматривали квартиру всего двадцать минут.

— Берём, — сказал мужчина.

— Нас всё устраивает, — добавила его жена.

Риелтор довольно улыбнулся.

— Тогда сегодня же оформляем задаток.

Зинаида Петровна схватилась за сердце.

— Подождите!

Это ошибка!

Здесь должна жить Лариса!

Риелтор удивлённо посмотрел на неё.

— Простите…

А вы кто?

Свекровь открыла рот.

Закрыла.

Снова открыла.

Но впервые за много лет не смогла придумать ни одного убедительного ответа.

Через неделю сделка была завершена.

Деньги поступили на счёт Алины.

Она спокойно закрыла ипотеку за свою новую квартиру и впервые за долгое время почувствовала удивительную лёгкость.

А Влад тем временем собирал вещи.

— Может… всё-таки поговорим? — тихо спросил он.

Алина посмотрела на него.

— Конечно.

— Правда?

— Да.

Она улыбнулась.

— Только теперь говорить будем каждый в своей квартире.

Зинаида Петровна ещё несколько месяцев рассказывала всем знакомым удивительную историю о том, как «невестка разрушила семью из-за какой-то маленькой студии».

Правда, каждый раз слушатели задавали один и тот же вопрос:

— Подождите…

Если квартира была не вашей…

Почему вы вообще обещали её другим людям?

После этого разговор почему-то очень быстро заканчивался.

Спустя полгода Алина случайно встретила бывшую свекровь возле магазина.

Та смерила её обиженным взглядом.

— Ну что?

Довольна?

Алина задумалась.

Потом честно ответила:

— Очень.

— Бессовестная!

— Возможно.

Зато теперь никто не раздаёт мои квартиры быстрее, чем я успеваю получить ключи.

Попугай, сидевший на плече Ларисы, неожиданно громко выкрикнул:

— Чужое не трогай! Чужое не трогай!

Алина не выдержала и рассмеялась.

— Видите?

Даже он наконец всё понял.

Кроме некоторых людей.

Конец.