Часть 2

К шести часам вечера дачный участок было не узнать. Клубничная грядка блестела чистотой, грядка с морковью была прополота до последней травинки, а за сараем красовалась аккуратно утрамбованная площадка. Даже самый младший, Арсений, научился складывать дрова в поленницу по принципу тетриса — ровно, плотно и без единого зазора.

Дети сидели на лавочке у крыльца, уставшие, но гордые собой. Они заработали свои поинты честным трудом. На столе дымились шампуры с ароматным шашлыком, который я успела замариновать в перерывах между задачками.

В этот момент за калиткинкой раздался знакомый скрип тормозов. Старый кроссовер Елены и Алексея въехал на парковку. Дверца хлопнула, и на дорожку ступила довольная золовка с пакетами из спа-салона. Рядом из машины вывалился Алексей, с умиротворенным видом поглаживая живот.

— Ну что тут у вас? — бодро поинтересовалась Елена, скидывая туфли на каблуках. — Мои ангелочки не сильно вам надоели? Надеюсь, вы тут не сошли с ума с шестью детьми.

Она заглянула на веранду и замерла. В ее глазах читалось абсолютное непонимание.

На веранде идеальный порядок. Посуда сверкает. На столе — ни крошки. Дети сидят тихо, чистые, сытые, спокойные, а не бегают по грязи с криками.

Алексей подошел к жене, победоносно ухмыляясь мне:

— Ну я же говорил! Катя у нас мастер на все руки. Посидела три часа, и порядок навела, и проект сдала. Правда, дети? Вы же отлично провели время?

Артём медленно поднялся со скамейки. Он посмотрел на отца долгим, оценивающим взглядом взрослого аналитика, оценивающего риски неэффективного менеджмента.

— Пап, — серьезно произнес мальчик. — Ты вообще не шаришь в управлении процессами. У нас тут был жесткий спринт, дедлайны горели, а вайфай давали только за стори-поинты. Без Кати мы бы пропали. Она классный скрам-мастер, а ты — слабый заказчик.

Елена уронила пакеты из рук. Алексей открыл рот, пытаясь осознать услышанное от своего сына, который еще утром двух слов связать не мог без планшета.

— Какие… какие поинты? — пролепетал муж, переводя ошарашенный взгляд с сына на меня.

Я спокойно отпила остывший чай, поставила чашку на стол и улыбнулась своей самой вежливой программистской улыбкой.

Часть 3

Тишина, установившаяся на веранде после слов Артёма, казалась осязаемой. Алексей медленно моргал, пытаясь связать воедино понятия «сын», «скрам-мастер» и «дедлайны». Елена молча поднимала с пыльной дорожки рассыпавшиеся упаковки с масками для лица, явно чувствуя себя героиней сюрреалистического фильма.

— В общем так, дорогие родственники, — нарушила я паузу, поднимаясь со стула. — Эксперимент по внедрению гибких методологий управления в семейный подряд завершен успешно. Все цели спринта выполнены, бэклог пуст, а команда продемонстрировала высокую продуктивность в условиях дефицита ресурсов.

Я подошла к маркерной доске, которая стояла посреди двора, и аккуратно сняла с нее последний зеленый стикер с надписью «Шашлыки и маршмеллоу — выполнено».

Алексей наконец обрел дар речи. Он сделал шаг вперед, нервно дернув воротник рубашки:

— Кать… погоди. Ты что, серьезно заставила их горбатиться весь день? Это же дети! Им отдыхать надо, в телефоны играть!

— Они и играли, Лёша, — парировала я, глядя ему прямо в глаза. — Только не в тупые стрелялки, а в командную игру на выживание и созидание. Посмотри на них. Они научились работать в команде, ценить чужой труд, пропалывать грядки, складывать дрова и даже освоили основы базового английского. Ты им за всю жизнь столько полезного не дал, сколько они получили за шесть часов под моим руководством.

Артём в этот момент подошел к матери и с абсолютно деловым видом протянул ей бумажку:

— Мам, мы тут с командой подсчитали. За сегодняшнюю смену мы заработали триста стори-поинтов. Так что с тебя мороженое для всех. И чтобы завтра без возражений: если снова привезешь нас сюда, мы требуем официальный контракт с фиксированной ставкой поинтов за уборку. Иначе объявим забастовку и заблокируем твои соцсети.

Елена округлила глаза, посмотрела на сына так, будто видит его впервые в жизни, и беспомощно всплеснула руками. Потом ее взгляд переметнулся на меня — спокойную, уверенную и готовую к любым неожиданностям.

— Ладно… — выдохнула золовка, сдаваясь под напором новой реальности. — Будет вам мороженое. Завтра же куплю. Только… ради бога, не учите их больше этому вашему менеджменту. У меня от одного вида этой доски голова кружится.

Муж молча развернулся, поплелся к машине и сел на водительское сиденье, тяжело вздыхая. Похоже, до него наконец дошло, что дача больше не является безопасной зоной для сброса детей на произвол судьбы. Теперь здесь действуют совершенно другие правила игры.

Вечером мы сидели у костра. Яркие языки пламени весело лизали сухие ветки, которые днем так усердно собирала наша банда. Над головой простиралось чистое летнее небо, усыпанное тысячами звезд. Никаких криков, никаких истерик, никаких глупых споров. Дети сидели вокруг костра, нанизывая маршмеллоу на длинные прутики, и тихонько обсуждали, какой следующий проект они запустят на даче, когда приедут в следующий раз.

Я улыбнулась, затянула потуже хвост на волосах и открыла блокнот. Проект «Лето на даче» перешел в стадию стабильной поддержки. И это была самая прекрасная победа за весь сезон.