Выставил жену и остался с ковром

ЧАСТЬ 1

«Ты здесь никто, собирай тряпки!» – выставил муж жену, обставившую его жильё техникой⚡

— Ты чего с этой сковородкой встала? Давай шевелись, полку на трельяже освобождай! — Никифор без всякого стеснения сгрёб баночки с кремом Нелли и ссыпал их прямо в картонную коробку из-под обуви.

— Через полчаса мамуля приедет. Ей в спальне простор нужен, а не твоя косметическая барахолка!

Нелли поставила блюдо с горячими яблочными оладьями на обеденный стол. Сняла прихватку и шагнула из кухни к спальне.

А Никифор уже стаскивал с двуспальной кровати её вязаный плед ручной работы, пытаясь запихнуть его на верхнюю полку шифоньера.

Жили они в этой двушке четвёртый год. Квартира досталась Никифору от бабушки ещё до свадьбы.

Убитая была напрочь: с облупленной краской на косяках и древней газовой плитой, у которой еле теплилась одна конфорка.

Никифор тогда бил себя в грудь, что сделает ремонт своими руками. Да только дальше хвастовства дело не пошло. Даже оторванный кусок обоев у плинтуса четвёртый год болтался неприклеенным.

Зато Нелли после свадьбы продала старенькую мамину дачу. Деньги положила на отдельный счёт. С этой личной карты она и обставила пустую кухню современной техникой.

Купила двухкамерный морозильный агрегат, духовой шкаф, варочную панель, посудомойку, стиральную машину и кофемашину. А полгода назад с годовой премии в пекарне взяла в спальню огромный телевизор на настенном кронштейне.

ЧАСТЬ 2

Все товарные квитанции на доставку и именные гарантийные книжки с печатями магазина Нелли хранила в прозрачном файлике на дне комода.

— Это с какой радости я должна свои вещи из спальни выселять? — спросила Нелли, прислонившись плечом к косяку.

— Елена Трофимовна вроде на воскресный обед собиралась. На диване в зале ей места мало?

— Какие ещё обеды? — Никифор набычился и подтянул линялые спортивные штаны на пивном животике.

— Мать к нам насовсем переезжает! Возраст у человека, спину ломит. Ей уход требуется и мягкий матрас.

— Насовсем?! — Нелли выпрямилась.

— А со мной ты посоветоваться не забыл, Никифор? Мы вообще-то вдвоём здесь живём!

— А чего тут советоваться? — муж пренебрежительно махнул рукой.

— Это моя территория! Бабушкина квартира мне по дарственной отошла. Кого хочу, того и прописываю!

— Значит, меня ты решил из нашей спальни на сквозняк выставить? — с нажимом уточнила она.

— Короче, не выдумывай проблему на пустом месте! — недовольно буркнул Никифор.

— Поспишь в проходной комнате, не переломишься. А мамуле покой нужен. Она вечером сериалы любит смотреть на большом экране. И к ванной ей из спальни ближе ходить.

— Может, ей ещё и кофе в постель из моей кофемашины подавать? — иронично поддела мужа Нелли.

— Из нашей! — тут же поправил он, задрав подбородок.

— Всё, что в моём доме стоит, то общесемейное. Мать — это святое, поняла? Она меня вырастила и выкормила. Теперь твой черёд ей уважение показывать!

— Какое ещё уважение, Никифор? — Нелли сузила глаза.

— Я в пекарне с пяти утра у печей стою. Мне когда вокруг твоей мамы хороводы водить?

— Раньше встанешь, от тебя не убудет! — отрубил муж.

— Сваришь мамуле свежую овсянку, бельё в стирку закинешь, полы протрёшь. И спину ей на ночь мазью натирать будешь. У неё радикулит!

— Я после смены в прислуги наниматься не собираюсь, — отбрила Нелли.

— Хочешь за мамой ухаживать — сам у плиты и дежурь!

— Ты голос-то не повышай! — Никифор шагнул к ней, грозно сдвинув брови.

— Смотри, какая цаца выискалась! Живёшь на всём готовом, за съём ни копейки не платишь, а свекровь потерпеть не желаешь?

Встречали таких домашних командиров, которые за четыре года одного гвоздя в стену не вбили, зато дарёными квадратными метрами попрекают жену при каждом удобном случае?

Нелли ещё три года назад лучшая подруга Сабина предупреждала, когда они вместе выбирали в магазине стиральную машину и духовку.

У Сабины старшая сестра точно так же обожглась: вложила все отпускные в чужую хрущёвку, а потом ушла под дождь с одной дорожной сумкой.

Тогда Сабина силком заставила Нелли оплачивать каждую покупку строго с личной дачной карты и вписывать в талоны доставки только свою фамилию.

А неделю назад подруга уехала по контракту в северный филиал на полгода и оставила Нелли ключ от своей пустующей двушки в соседнем доме — мол, поливай лимон на окошке и живи спокойно, если твой опять чудить начнёт.

В этот самый момент в прихожей загудел звонок. Никифор расплылся в угодливой улыбке и кинулся к порогу.

На лестничной площадке стояла Елена Трофимовна — грузная, с крашеными в баклажановый цвет волосами, в бордовой трикотажной кофте. Под мышкой она сжимала деревянный роликовый массажёр для ступней.

Позади неё широкоплечий старший грузчик в синем рабочем комбинезоне и брезентовых рукавицах держал на плече свёрнутый в трубу плюшевый ковёр с оленями. У его ног громоздились три картонных короба.

— Никиша, сыночек, приехала твоя мамуля! — запричитала Елена Трофимовна, с порога оглядывая прихожую хозяйским оком.

— Ой, батюшки, а чего это у вас половик криво лежит? И сыростью из ванной тянет! Порядок в доме некому навести при живой-то жене!

— Проходи, мамуль, сейчас всё по-твоему устроим! — засуетился вокруг неё Никифор.

— Парень, заноси ковёр и коробки прямо в спальню!

Широкоплечий грузчик переступил порог и прислонил рулон с плюшевым ковром к тумбе у зеркала. Вопросительно глянул на Нелли, которая перегородила проход в комнату.

— Погоди в спальню тащить, — остановила рабочего Нелли.

— Елена Трофимовна, а вы надолго к нам с коврами и коробками пожаловали?

— Как это надолго? — свекровь смерила невестку надменным взглядом.

— Навсегда, милая моя! Я к родному сыну под крыло перебралась. Хватит мне одной в четырёх стенах куковать!

— А с вашей квартирой на Заречной что стряслось? — в лоб спросила Нелли.

— Трубу прорвало или потолок обвалился?

— Ничего не обвалилось, типун тебе на язык! — вспылила Елена Трофимовна.

— Сдала я свою квартиру! Вчера договор подписала с приличной семейной парой на целый год вперёд.

— Сдали? — Нелли повернулась к мужу.

— И куда же арендная плата за целый год вперёд испарилась, интересно девки пляшут?

Никифор замялся. Дёрнул ворот клетчатой рубахи и уставился на свои тапки.

— Куда надо, туда и пошла! — вместо сына командирским голосом ответила Елена Трофимовна.

— Никише лодочный мотор японский требовалось выкупить! И с мужиками по гаражным долгам рассчитаться. Не в кредиты же моему мальчику лезть при живом-то материнском жилье!

— Вот оно что, — протянула Нелли.

— Значит, вы за моей спиной квартиру сдали и долги за его гаражные посиделки закрыли?

А теперь меня в проходную комнату выселяете, чтобы я вас обоих со своей пекарской зарплаты кормила и обстирывала?

— А ты как думала, милая моя? — Елена Трофимовна упёрла руки в бока.

— Семья — это когда все ради мужчины стараются! Иди вон лучше кофемашину включи да оладьи мне со сметаной подай. Я с дороги проголодалась!

— Да-да, и побыстрее! — подхватил осмелевший Никифор.

— А потом мамины шерстяные юбки из коробки достанешь и на бережной стирке прокрутишь!

— И гвозди в спальне приготовь, Никиша, — добавила свекровь, похлопав ладонью по свёрнутому рулону.

— Мы этот плюшевый ковёр с оленями над кроватью повесим. Чтобы мне от стены в поясницу не дуло!

— Пальцем не пошевелю, — рубанула Нелли.

— Никаких оленей в моей спальне не будет. Забирайте свои коробки и возвращайтесь к квартирантам.

— Ты как с матерью разговариваешь?! — взорвался Никифор, и шея у него пошла красными пятнами.

— Да кто ты такая вообще, чтобы здесь условия диктовать?!

— Я твоя жена, Никифор. Которая четыре года этот дом на своем горбу тянет!

— Жена она! — муж издевательски хохотнул и шагнул вперёд, оттесняя её плечом от спальни.

— Ты в моей квартире никто, собирай свои вещички и на выход! Не желаешь мамулю уважать — катись на все четыре стороны!

— Правильно, Никиша, давно пора характер показать! — злорадно закивала Елена Трофимовна.

— Пришла сюда на готовенькие метры с двумя платьями, вот с двумя платьями пусть на своих двоих и топает! А техника вся тут останется, не вздумай ей даже тостер отдать!

— Слышала, что мать сказала? — Никифор торжествующе ухмыльнулся. Он явно ждал, что жена сейчас начнёт умолять оставить её хотя бы на коврике.

— Всё, что внутри моих стен стоит, — моё по праву хозяина! Даю тебе десять минут: сгребай свои кофточки в узел и освобождай помещение!

Нелли грузно опустилась на скамью в прихожей. Плечи у неё опустились, ладони крепко сжали край деревянного сиденья.

Перед глазами маячил тот самый оторванный угол обоев у плинтуса, который Никифор за четыре года так и не удосужился подклеить.

Старший грузчик неловко переминался с ноги на ногу у порога, стягивая брезентовую рукавицу.

— Ну чего притихла? — самодовольно спросил Никифор, глядя на неё сверху вниз.

— Дошло наконец, кто в доме командует парадом? Ладно уж, попроси у мамули прощения, так и быть — разрешу на лоджии раскладушку поставить!

Нелли подняла голову. Оцепенение прошло в одну секунду. Она встала со скамьи, подошла к комоду, выдвинула нижний ящик и достала из-под стопки белья прозрачный файлик.

— Командир, — обратилась она к старшему грузчику.

— У вас внизу какая машина стоит?

— Мебельный фургон с гидробортом, хозяйка, — охотно отозвался парень в комбинезоне.

— Кузов пустой, мы от старушки только три коробки да ковёр забрали. А у меня в кабине ещё двое крепких ребят сидят, расчёта ждут.

— Отлично, — сказала Нелли, раскрывая файлик с синими магазинными штампами на гарантийных книжках.

— Я нанимаю всю вашу бригаду на погрузку и перевозку в соседний двор. Плачу вдвойне прямо сейчас.

— Ты чего затеяла?! — Никифор насторожился и дёрнулся к ней.

— Какие ещё перевозки? Сказано тебе — только тряпки свои забираешь!

— Отойди в сторону и не путайся под ногами, хозяин, — с вызовом ответила Нелли и показала старшему грузчику талоны доставки.

— Вот магазинные квитанции на моё имя. Двухкамерный морозильный агрегат, духовой шкаф, варочная панель, посудомойка, стиральная машина, микроволновка, кофемашина и телевизор на кронштейне. Всё куплено с моей дачной карты.

Ты же сам минуту назад велел мне забирать свои вещички и катиться на выход? Вот я своё имущество до последнего винтика и забираю!

Старший грузчик заглянул в талоны с печатями, сверил названия моделей и уважительно присвистнул:

— Бумаги в полном порядке, хозяйка. Везде ваша фамилия стоит. Вопрос решённый!

— Ты не посмеешь! — взвизгнула Елена Трофимовна, роняя на пол деревянный массажёр.

— Никиша, держи её! Она же нам кухню голой оставит!

Никифор дёрнулся было к жене, но широкоплечий бригадир шагнул между ними, загородив Нелли широкой спиной в синем комбинезоне.

— Мужик, ты руками-то не маши, — басовито предупредил рабочий.

— Хозяйка заказ оплатила, имущество её. Отойди к стенке и не мешай людям работать, пока мы полицию не вызвали.

Никифор сразу сник. Втянул голову в плечи и попятился к зеркалу.

— Пацаны, поднимайтесь на третий этаж с ключами и ремнями! — крикнул в лестничный пролёт бригадир.

— Нам тут полную кухню бытовой техники отключать и в фургон грузить!

Через две минуты в квартире закипела работа.

Трое плечистых парней перекрыли вентили под раковиной, отсоединили шланги стиральной и посудомоечной машин, вынули из ниши духовой шкаф и бережно замотали в пупырчатую плёнку кофемашину с микроволновкой.

— А как же я без стиральной машинки?! — запричитала Елена Трофимовна, бегая за грузчиками по прихожей.

— У меня же поясница больная! Я вам что, руками в тазу простыни полоскать нанялась?!

— Ничего, Елена Трофимовна, разминку сделаете, — мимоходом заметила Нелли, укладывая свои платья и пальто в дорожную сумку.

— Вы же говорили, что в семье все должны ради мужчины стараться? Вот и постараетесь для Никиши!

Ребята, не забудьте: в спальне на стене большой телевизор висит, его тоже снимайте вместе с кронштейном!

— Телевизор не трожь! — взвыл Никифор, кидаясь к дверям спальни.

— Как я футбол вечером смотреть буду?! А мамуле сериалы на чём включать?!

— Разбежалась я вам свой экран оставлять! — парировала Нелли.

— Вон у вас плюшевый ковёр с оленями в углу стоит. Прибьёте на светлый квадрат от кронштейна и будете перед сном рога пересчитывать!

Бригадир с напарником в два счёта открутили болты, сняли огромный плоский телевизор и вынесли его на площадку мимо остолбеневшей свекрови. Следом на такелажных ремнях выплыл из кухни высокий двухкамерный красавец.

Когда за грузчиками закрылась дверь, в квартире остались только ржавая бабушкина плита с одной рабочей конфоркой, пустой кухонный гарнитур с зияющими дырами вместо встроенной техники и рулон плюшевого ковра у стены.

Нелли положила свой ключ на тумбу у зеркала, подхватила дорожную сумку и легко зашагала вниз по ступенькам.

Прошло три недели. Нелли отлично устроилась в светлой двушке подруги Сабины: техника встала на просторной кухне как влитая, а в духовке уже румянился свежий пирог с яблоками.

Вечером телефон Нелли зазвонил с незнакомого номера. В трубке раздался заискивающий голос Никифора, на фоне которого зычно бухтела Елена Трофимовна:

— Нелли, ну имей же совесть, верни хотя бы стиралку и духовку! — заныл бывший домашний командир.

— Мать мне всю плешь проела! Заставила этот пыльный ковёр с оленями над тахтой приколотить, рубашки мои стирать отказывается, а на бабушкиной конфорке у нас вчера пельмени в уголь сгорели!

Давай назад всё отыграем, я тебе даже полку в спальне освобожу!

— Зачем тебе духовка, Никиша? — со смехом ответила Нелли.

— Сажай мамулю на свой японский лодочный мотор и катай по гаражам с ветерком!

Нелли нажала кнопку отбоя, внесла номер в чёрный список и пошла доставать из духовки горячий яблочный пирог.