Часть 1

— Ты с ума сошла, Анна? Он мертв, его десять лет назад леший забрал! — закричала соседка.

Входная дверь с треском захлопнулась, и на пороге родного дома Андрея Мюллера стояла абсолютно незнакомая женщина с ребенком на руках.

В 1998 году северный поселок выживал как мог: задержки зарплат, тайга да тяжелый ручной труд. Андрей ушел в заснеженный лес с бензопилой и термосом, пообещав жене и двум маленьким сыновьям вернуться к вечеру.

Но он испарился, словно его никогда и не существовало. Поиски с собаками ничего не дали, а спустя годы его официально признали погибшим.

Анна долго плакала, но ради детей научилась жить заново: встречила надежного человека, продала старый дом и уехала из этих проклятых мест.

А Андрей все эти десять лет был жив. Очнувшись в глухой избушке у отшельника Матвея без единого воспоминания, он жил чужой жизнью, пока смерть старика и случайная находка в его вещах не вернули ему имя, память и жгучую боль loss.

И вот теперь, пройдя десятки километров пешком через тайгу, оборванный и седой Андрей стоял на пороге своего прежнего дома.

— Вы к кому? — нахмурилась незнакомка, крепче прижимая к себе малыша.

— Где моя жена? Где Анна? — сиплым голосом выдохнул Андрей.

Женщина побледнела и медленно сделала шаг назад:

— Анна продала этот дом пять лет назад… и уехала с новым мужем. Но это еще не все, Андрей.

Часть 2

Андрей почувствовал, как земля уходит из-под ног, а воздух в груди превращается в раскаленный лед.

— Что значит… уехала? С каким мужем? — его голос сорвался на хрип.

Женщина на пороге нервно оглянулась на дорогу, словно боялась, что их кто-то увидит.

— Меня зовут Ирина, — тихо сказала она. — Заходи в дом, не стоишь же ты на морозе как призрак. В поселке о тебе уже шепчутся.

Внутри все изменилось: исчезли старые занавески Анны, любимый комод, запахи домашней выпечки. Теперь здесь пахло чужой жизнью.

Андрей сел на край табурета, его дрожащие, огрубевшие от работы в тайге руки не находили себе места.

Десять лет. Десять долгих, черных лет он был заживо погребен в лесной глуши, ничего не помня!

Он вспомнил, как очнулся в избушке Матвея с пробитой головой, как скулил от невыносимой боли и не мог вспомнить даже собственного имени.

Матвей выходил его, но никогда не спрашивал про прошлое, будто знал больше, чем говорил.

И только вчера, когда старик испустил последний вдох, Андрей нашел в его деревянном сундучке свой старый комсомольский билет и записку.

«Прости меня, Андрей. Я нашел тебя полуживым у обрыва. Но я был слишком одинок, чтобы отпустить тебя назад к людям».

Эта эгоистичная ложь спасителя украла у него целую жизнь. Украла его Анну.

— Где они сейчас? — Андрей поднял глаза на Ирину. — Скажи мне. Я должен их увидеть.

— В районе, в райцентре они live, — тяжело вздохнула Ирина. — Анна вышла замуж за Фомина. Томаса. Помнишь такого?

Томас. Андрей сжал кулаки так, что ногти въелись в ладони.

Он помнил Томаса — тихий, неприметный мужик из соседнего леспромхоза, который когда-то заглядывался на Анну.

— Она думала, что ты dead, Андрей, — быстро проговорила Ирина, замечая, как темнеет его взгляд. — Она искала тебя два года! Всю тайгу с охотниками перерыла, чуть сама не замерзла!

— А потом просто забыла? Заменила меня другим?! — вскрикнул Андрей, и ребенок на руках Ирины испуганно заплакал.

— Она не забыла! — отрезала женщина. — У нее младший сын, Луна, сильно болел, деньги нужны были на лекарства. А Томас помог, дом этот купил, лечить помогал. Она ради детей за него вышла!

Слова Ирины жгли сильнее, чем лютый таежный мороз.

Он не мог винить Анну. Она выживала, она защищала их мальчиков — Марка и Луку.

— А сыновья? — тихо спросил он, и в его голосе прозвучала надежда. — Марку уже семнадцать… Луке пятнадцать. Они помнят меня?

Ирина отвела взгляд, и у Андрея внутри все похолодело.

— Ирина, не молчи! Говори правду!

— Марк… он помнит, — тяжело выдохнула женщина. — А вот с тобою, Андрей, связана одна очень страшная история. И лучше бы тебе не ездить в райцентр.

— Что ты несешь? — Андрей поднялся с табурета, восставая во весь свой огромный рост. — Это мои дети! Моя семья!

— Томас сказал им, что ты бросил их! — выпалила Ирина. — Когда ты пропал, он пустил слух, будто ты сбежал с деньгами бригады и другой бабой! Анна не верила, а мальчишки… мальчишки выросли с ненавистью к тебе!

Воздух в комнате будто стал свинцовым.

Томас не просто забрал его жену и дом — он отравил память о нем в сердцах его собственных сыновей.

— Я поеду туда, — жестко произнес Андрей, направившись к двери. — Я смотрю им в глаза и скажу правду.

— Погоди! — Ирина схватила его за рукав старой куртки. — Ты не понимаешь! Томас сейчас не просто мещанин. Он держит всю местную администрацию и лесопилку. Если он узнает, что ты вернулся… ты снова «пропадешь» в тайге. На этот раз навсегда!

— Мне нечего терять, — хрипло ответил Андрей, сбрасывая ее руку. — У меня завели жизнь. Осталась только правда.

Он вышел на крыльцо. Поселковую улицу уже затягивал сумеречный туман.

Зайдя на станцию, он потратил последние копейки на билет на рейсовый автобус до райцентра.

Каждый километр пути давался ему с трудом: сердце колотилось о ребра, как пойманная птица.

Как встретит его Анна? Узнает ли в этом седом, изможденном мужчине с шрамом на виске своего любимого Андрея?

А сыновья? Ударят ли они его, посмотрят ли с презрением?

Автобус остановился на пыльной площади перед двухэтажным кирпичным домом — адресом, который ему дала Ирина.

Андрей поднялся на второй этаж. Сердце замерло.

Он поднес дрожащую руку к деревянной двери и постучал.

За дверью послышались шаги. Легкие, знакомые шаги.

Дверь отворилась, и на пороге оказалась Анна.

Она изменилась, в уголках ее глаз залегли морщинки, но это была она — его Анечка, его светлая ласточка.

Она взглянула на него, и из её рук с грохотом выпала стеклянная ваза, разлетевшись на тысячи осколков.

— А-андрей?.. — прошептала она, смертельно бледнея. — Ты… ты жив?

— Я вернулся, Аня, — шаг ступил он вперед. — Я всё вспомнил.

Анна качнулась, готовая упасть в обморок, но в этот момент из глубины квартиры донесся мужской голос Томаса:

— Аня, кто там пришел?

И вслед за голосом в прихожую вышел высокий, плечистый парень — семнадцатилетний Марк.

Парень сходу оценил обстановку, увидел бледную мать, оборванного незнакомца и мгновенно изменился в лице.

— Ты… — выплюнул Марк с дикой, всепоглощающей ненавистью, шагнув между Андреем и матерью. — Ты предатель! Зачем ты явился спустя столько лет?!

— Марк, сынок, это не так… — попытался сказать Андрей, протягивая руки.

— Не смей называть меня сыном! — заорал парень и выхватил из кармана куртки тяжелый охотничий нож. — Убирайся, пока я тебя не убил!

— Марк, стой! — закричала Анна, бросаясь к нему.

Но в этот момент из комнаты вышел Томас. В руках у него был заряженный обрезок.

— Отойди от него, Анна, — холодно сказал Томас, направляя дуло прямо в грудь Андрею. — Этот человек умер десять лет назад. И сейчас он умрет окончательно.