Миллионер попросил ночью просто держать руку
ЧАСТЬ 1
— У меня давно этого не было… — тихо сказал старик, глядя в окно так, будто там показывали его молодость по подписке.
Марина застыла.
Вот честно… первый рабочий день. Первый. И уже такие фразы.
Она мысленно сказала себе: “Спокойно. Ты профессионал. Это просто работа. Это точно не фильм, где всё идёт плохо уже с первой сцены…”
Её только вчера приняли сиделкой в огромный особняк. Настолько огромный, что если крикнуть “Алло!”, эхо отвечает через три рабочих дня.
Хозяин — 82-летний Павел Ильич. Миллионер. Вдовец. Без детей. С артритом и характером, который, по словам агентства, “требует терпения”.
(Перевод: “удачи тебе”.)
— Простите… — осторожно сказала Марина, — чего именно?
Она уже была готова к худшему. Сценарий в голове работал на полной скорости: “массаж в 2 ночи”
“странные просьбы”
“внезапные признания”
Но он повернулся к ней… и всё сломал.
Сухое лицо, морщины, но глаза — ясные. Слишком ясные для человека, который собирается сказать что-то странное.
— Простой человеческой доброты, — сказал он. — Чтобы кто-то взял за руку… не за деньги. Просто так. Чтобы кто-то был рядом.
И вот тут Марине стало… неловко.
Потому что она уже успела в голове записать его в категорию:
“богатый, капризный, потенциально странный”.
А он… просто хотел, чтобы его не игнорировали, как старую мебель.
Она тихо сжала губы и подумала:
“Отлично. Теперь я ещё и виновата, хотя ничего не сделала.”
Рабочий день дальше прошёл surprisingly нормально.
Она помогла ему умыться (он комментировал процесс, как будто это был спорт),
покормила (он оценил суп как “неплохо, но можно было драматичнее”),
потом читала ему газету.
Он слушал молча. Иногда кивал. Иногда делал лицо, будто новости его лично оскорбили.
Марина уже начала расслабляться.
“Ну, нормально. Работа как работа. Просто богатый дедушка с философским уклоном. Ничего страшного.”
Наивная.
Вечером, перед сном, он посмотрел на неё и сказал:
— У меня будет просьба.
И вот тут внутренний голос Марина снова включился:
“Вот. Всё. Началось.”
Она уже мысленно готовилась к чему угодно.
Но то, что он сказал дальше…
заставило её пожалеть, что она вообще согласилась на эту работу.
ЧАСТЬ 2
Марина уже стояла у двери, готовая пожелать спокойной ночи и тихо исчезнуть, как профессионал с чувством самосохранения.
Но он сказал:
— У меня будет просьба.
И вот тут её внутренний голос снова включился на максимум:
“Всё. Началось. Сейчас будет что-то странное. Очень странное.”
Она повернулась медленно. Очень медленно.
— Слушаю вас…
Он посмотрел на неё спокойно, будто собирался попросить… ну максимум чай.
— Разбуди меня ночью.
Пауза.
Марина моргнула.
— Простите… что?
— Разбуди меня, — повторил он. — Примерно в два часа ночи.
Теперь пауза стала длиннее.
В голове Марины уже пошли сценарии один хуже другого:
“ночные разговоры о смысле жизни”
“непонятные ритуалы богатых людей”
“я зря не пошла работать в супермаркет”
Она осторожно спросила:
— А… зачем?
Он вздохнул. Не тяжело, а как человек, который устал объяснять очевидное.
— Я хочу почувствовать, что я ещё жив.
Марина зависла.
“Логично… но почему в два ночи?! Днём нельзя было? Мы же уже живём!”
Он продолжил:
— Я просыпаюсь… и тишина. Полная. Как будто меня уже нет. Я хочу, чтобы кто-то меня разбудил. Чтобы был голос. Чтобы было движение. Чтобы жизнь… не заканчивалась в темноте.
И вот тут её мозг окончательно запутался.
Потому что это было одновременно:
— странно
— грустно
— и немного… абсурдно
Она кивнула.
— Хорошо… я вас разбужу.
Но внутри подумала:
