Моя наглая свекровь пожалеет о каждом своем слове

 Часть 2

— Это моя квартира, Дима. Куплена до брака. Твоего здесь — только этот чемодан и долги, — Катя застегнула молнию.

Дима побледнел, его губы затряслись от злости. Он выхватил сумку из её рук и швырнул в угол:

— Ты пожалеешь об этом! Ты приползешь на коленях!

Через час в квартире воцарилась тишина, но Катя знала: это лишь затишье перед бурей.

Прошло три дня. Катя впервые за долгое время дышала свободно, пока вечером замок в двери не повернулся.

На пороге стояла свекровь, Светлана Петровна, с огромными баулами, а за ней покорно семенил Дима.

— В сторону отодвинься, — с порога заявила свекровь, проходя вглубь коридора. — Развела тут самодеятельность.

Катя замерла от такой наглости, её сердце бешено заколотилось.

— Вы что здесь делаете? Я выставила Диму, и вас в моем доме никто не ждал.

Светлана Петровна вальяжно устроилась на диване в гостиной и включила телевизор.

— Мой сын имеет право здесь жить, вы в браке. А я приехала проследить, чтобы ты вела себя как нормальная жена.

Дима стоял за спиной матери, победоносно ухмыляясь и скрестив руки на груди.

— Налей маме чаю, Катя. И побыстрее. Мы с дороги устали, — скомандовал он.

Катя почувствовала, как внутри всё закипает, но кричать не стала — гнев сменился ледяной решимостью.

— Чай? Конечно. Подождите пару минут, я принесу, — тихо сказала она и ушла в спальню.

Вместо кухни Катя заперлась в комнате, достала телефон и набрала номер своего брата, который работал в органах.

— Олег, мне нужна твоя помощь. Срочно. Сюда пришли незваные гости и не хотят уходить.

Возвращаясь в гостиную, она держала в руках документы на квартиру и свой паспорт.

— Вот что, дорогие родственники, — Катя положила бумаги на стол. — У вас есть пять минут, чтобы убраться.

Светлана Петровна лишь громко рассмеялась, демонстративно положив ноги в грязных носках на журнальный столик.

— И что ты сделаешь, пигалица? Полицию вызовешь? Дима тут прописан, так что рот закрой.

— Он здесь не прописан, я аннулировала его временную регистрацию вчера утром, — Катя посмотрела прямо в глаза свекрови.

Улыбка мгновенно сползла с лица пожилой женщины, она испуганно переглянулась с сыном.

— Дима… это правда? Ты сказал, что у тебя тут постоянная доля! — взвизгнула Светлана Петровна.

Дима засуетился, его уверенность испарилась, он начал заикаться:

— Кать, ну зачем ты так? Мы же семья, давай спокойно поговорим…

В этот момент в дверь громко и настойчиво постучали — Олег приехал не один, а с нарядом.

Катя открыла дверь, и в коридор вошли двое мужчин в форме, заставив Диму и его мать сжаться от страха.

— Эти граждане находятся здесь незаконно и отказываются покидать частную собственность, — четко произнесла Катя.

Светлана Петровна начала кричать, проклинать невестку и хвататься за сердце, но полицейские были непреклонны.

— Граждане, собираем вещи и на выход, иначе проедем в отделение за незаконное проникновение, — скомандовал старший лейтенант.

Через десять минут позорного скандала на весь подъезд Дима и его мать с вещами были выставлены за дверь.

Катя закрыла за ними дверь на все замки, сползла по стене на пол и наконец-то разрыдалась от облегчения.

На следующий день она подала заявление на развод и заблокировала бывших родственников во всех мессенджерах.

Жизнь начала налаживаться: на работе Кате предложили повышение, дома воцарились чистота, покой и уют.

Спустя две недели, возвращаясь поздно вечером с работы, Катя подошла к своему подъезду и замерла от ужаса.

В темноте у двери её поджидал Дима, но выглядел он жутко: грязный, осунувшийся, с безумным блеском в глазах.

— Думала, так легко избавишься от меня? — прошипел он, перекрывая ей путь к спасительной двери.

Он резко схватил её за запястье и потянул на себя, в его другой руке что-то зловеще блеснуло в свете фонаря.