Отец вернет всё, что ты у меня забрал

Часть 2

Холодный гель на животе казался ледяным, но внутри Камиллы всё горело от ярости. Рука Изабель застыла в воздухе, готовая опуститься на её лицо, как вдруг из темного угла кабинета раздался тихий, сухой щелчок зажигалки.
— Попробуй, — произнес низкий, бархатный голос, от которого у Изабель перехватило дыхание.
Из тени кожаного кресла неторопливо поднялся мужчина в безупречном сером костюме-тройке. Его седые волосы были аккуратно зачесаны назад, а на запястье тускло блеснули часы Patek Philippe, стоимость которых превышала весь годовой доход семьи Де Монтрей.
Изабель замерла, её ладонь задрожала в нескольких сантиметрах от щеки Камиллы. Она медленно повернула голову, и её лицо мгновенно потеряло всю краску. Листы «ДНК-теста» выпали из её ослабевших пальцев.
— К-кристиан… Бернье? — заикаясь, прошептала свекровь. — Что вы здесь делаете?
Жюльен, до этого прятавший глаза, резко выпрямился, его рот приоткрылся от шока. Кристиан Бернье не просто бывал на обложках экономических журналов — он владел половиной недвижимости в этом округе и контролировал инвестиционный фонд, который Жюльен умолял о контракте последние полгода.
— Я пришел посмотреть на свою внучку, — спокойно ответил Кристиан, застегивая среднюю пуговицу пиджака. — И, как вижу, вовремя.
В этот момент дверь кабинета бесшумно открылась, и двое широкоплечих мужчин в строгих черных костюмах перекрыли выход, скрестив руки на груди. Ассистент Кристиана, держа в руках тонкий планшет, шагнул вперед.
— Папа… — тихо позвала Камилла, вытирая салфеткой живот и садясь на кушетке.
Слово «папа» прозвучало как выстрел в тишине кабинета. Изабель схватилась за свой шарф Hermès, словно он душил её.
— Твоя дочь?.. Но она же… Бернье? — Жюльен переводил дикий взгляд с Камиллы на миллиардера. — Камилла, почему ты молчала? Ты сказала, что твоя семья из провинции!
— Из Бордо, — холодно улыбнулся Кристиан, подходя к кушетке и нежно беря дочь за руку. — Где у нас около трехсот гектаров виноградников. Камилла хотела, чтобы её любили за то, кто она есть, а не за мои счета. Но, кажется, ваш «высший свет» понимает только язык цифр.
Изабель попыталась вернуть себе самообладание, хотя её колени заметно дрожали.
— Кристиан, произошла ошибка! Эта… то есть, Камилла, она неверна Жюльену! У нас есть доказательства, вот этот тест…
— Этот кусок мусора? — Кристиан даже не взглянул на упавшие бумаги. — Моя служба безопасности проверила вашу семью до третьего колена еще до свадьбы. Я знаю, в каком подвальном принтере вы распечатали эту фальшивку за два часа до визита сюда. А еще я знаю, Жюльен, о твоих долгах в казино и о квартире на Монмартре, которую ты снимаешь для своей секретарши.
Жюльен побледнел до синевы и сделал шаг назад, упершись спиной в медицинский шкаф.
— Камилла, клянусь, это не то, что ты думаешь! Мама сама это придумала, я не хотел! — закричал он, теряя остатки мужского достоинства.
— Предатель, — тихо сказала Камилла, глядя на мужа с глубоким отвращением. — Ты знал, что ребенок твой. Ты просто хотел повод, чтобы забрать у меня «отступные» при разводе.
Кристиан повернулся к своему ассистенту.
— Марк, аннулируй все кредитные линии для компании Де Монтрей. Начиная с этой секунды. И вызови полицию — у нас тут попытка шантажа, клевета и подделка документов.
— Нет, пожалуйста! Это разрушит нас! — Изабель бросилась к Кристиану, протягивая руки, но охрана мягко, но непреклонно преградила ей путь. — Камилла, скажи ему! Мы же семья!
— Была семья, — ответила Камилла, спускаясь с кушетки. — Пойдем, папа. Мне здесь душно.
Они вышли из кабинета под истеричные крики Изабель и мольбы Жюльена. Возле клиники их уже ждал черный бронированный лимузин. Камилла села на заднее сиденье и наконец-то позволила себе глубоко вздохнуть. Напряжение последних месяцев отпускало, уступая место ледяной решимости.
— Что теперь, дочка? — мягко спросил Кристиан, наливая ей теплой воды. — Мы сотрем их в порошок. Твои адвокаты оставят их без единого евро.
— Развод — это слишком просто для них, папа, — Камилла посмотрела в окно, где Жюльен как раз выбегал из дверей клиники, панически оглядываясь. — Я хочу, чтобы они потеряли всё. Но сначала… мне нужно кое-что сделать.
Она достала телефон и открыла личные сообщения. Там висело старое, неотвеченное письмо от человека, чье имя заставило её сердце забиться быстрее. Человека, который был настоящим кошмаром для всей семьи Де Монтрей и главным конкурентом её отца.
Камилла быстро набрала текст: *«Максим, твое предложение о покупке акций Де Монтрей еще в силе? У меня есть то, что уничтожит их за один день. Встретимся?»*
Ответ пришел через три секунды: *«Жду тебя в нашем месте. Я знал, что ты вернешься»*.
Камилла подняла глаза на отца. В её взгляде больше не было той мягкой, терпеливой девушки, которую три года унижали в шестнадцатом округе.
— Папа, останови машину у моста Александра III. Мне нужно пересесть в другой автомобиль.
Кристиан нахмурился, заметив имя на экране её телефона.
— Камилла, ты играешь с огнем. Максим опасен. Если твой муж узнает…
— Мой бывший муж скоро будет просить милостыню, — отрезала она. — А Максим… Максим поможет мне разжечь этот пожар.
Машина резко затормозила у моста. Дверь открылась, и Камилла увидела знакомый спортивный Porsche, у которого, оперевшись на капот, стоял мужчина в черном пальто. Он смотрел прямо на неё, и в его глазах горел опасный, торжествующий огонь.