Часть 1

— Главное, чтобы Андрей ничего не узнал раньше времени, — громко и чётко произнесла Елена, и в её голосе не было и следа былой слабости. — Он думает, что я умираю, и это нам только на руку.

Андрей замер перед полуоткрытой дверью квартиры, чувствуя, как внутри всё леденеет. Рука с ключами бессильно опустилась, а сердце забилось где-то в самом горле.

Ещё минуту назад он шёл домой с тяжёлым чувством вины, считая дни до неизбежной гибели жены. Он ненавидел себя за усталость, за желание сбежать от её угасания и постоянных больничных запахов.

Но сейчас, стоя на темной лестничной клетке, он слушал человекa, которого считал смертельно больным. И этот человек говорил совершенно чужим, властным и холодным тоном.

— Врачи сделали всё как надо, — продолжала Елена, с ухмылкой посмеиваясь в трубку. — Документы на переоформление квартиры и его доли в бизнесе почти готовы. Он настолько убит горем, что подпишет любую бумагу не глядя.

Андрей сделал осторожный шаг назад, но половица под ногой предательски скрипнула. В спальне мгновенно наступила тишина.

— Кто там? — раздался резкий, собранный голос Елены, в котором не осталось и тени болезни.

Часть 2

Андрей задержал дыхание, вжимаясь спиной в холодную стену подъезда. Сердце колотилось так громко, что ему казалось, будто этот стук слышен на всю лестничную клетку. В квартире снова раздался шум — шаги, быстрые, уверенные, чеканные. Это не были шаги тяжелобольного человека, который едва передвигается по комнате, держась за стены.

Он бесшумно сделал ещё несколько шагов вниз по лестнице и скрылся в тени между этажами. Дверь квартиры тихо открылась. Елена выглянула на площадку. Андрей видел её профиль сквозь щель между перилами: ровная осанка, уверенный поворот головы, никаких следов утомления или боли. Она подождала пару секунд, посмотрела по сторонам и снова заперла дверь.

Андрей сполз по стене на корточки, обхватив голову руками. Вся его жизнь последних двух лет рушилась с треском, как трухлявый дом.

Два года постоянного страха. Два года бесконечных анализов, дорогих лекарств, на которые он потратил все сбережения и влез в огромные долги. Он продал свою машину, брал ночные смены, отказывал себе во всём, лишь бы достать очередное «экспериментальное импортное средство», которое ей якобы помогало держаться.

И всё это время она просто играла роль?

В голове не укладывалось. Андрей вспомнил, как буквально вчера вечером сидел у её кровати, держал её сухую, дрожащую руку и вытирал слезы. Вспомнил, как она шептала: «Андрюша, если меня не станет, живи дальше, не кори себя…» Какой же глупец! Каким же слепым и наивным дураком он был!

Ярость — горячая, ослепляющая — мгновенно сменила оцепенение. Он встал, сжал кулаки так, что ногти вопились в ладони, и направился обратно к двери. Но у самого порога остановился.

Нет. Если он сейчас ворвется и устроит скандал, она просто отвертится. Скажет, что он всё неправильно понял, сыграет новый приступ, вызовет скорую. Ему никто не поверит. Нужно действовать иначе. Нужны доказательства.

Андрей достал телефон, перевёл его в completely бесшумный режим, выждал пару минут, чтобы восстановить дыхание, и громко хлопнул входной дверью, имитируя обычный приход.

— Лен, я дома! — выкрикнул он, старательно придавая голосу привычную усталую и виноватую интонацию.

Из спальни тут же донесся слабый, стонущий голос:

— Андрюша… Это ты? Ох, как хорошо… Мне сегодня так тяжело…

Андрей сжал зубы до хруста, сделал глубокий вдох и вошёл в комнату.

Елена лежала в постели, укрытая до самого подбородка. Её лицо снова казалось бледным, глаза — потухшими и полузакрытыми. На тумбочке аккуратными рядами стояли пузырьки с лекарствами и стакан с водой. Актриса погорелого театра. Если бы он не слышал её шаг назад и тот разговор, он бы снова попался на эту удочку.

— Как ты себя чувствуешь? — спросил он, присаживаясь на край кровати и заставляя себя прикоснуться к её руке.

— Плохо, милый… Голова так кружится, — прошептала она, избегая его прямого взгляда. — Врач сегодня приходил, пока тебя не было. Сказал, нужно срочно закрыть все финансовые вопросы. Чтобы… если что… у тебя не было проблем с наследством и налогами.

Андрей почувствовал, как к горлу подступает тошнота. Она начинала обработку.

— Врач? Какой врач? — максимально спокойно спросил он. — Марк Сергеевич?

— Да, да, Марк Сергеевич… Он принес бумаги. Сказал, тебе нужно только расписаться. Там доверенность на управление твоим счетом и передача прав на нашу квартиру на меня, чтобы потом не переоформлять через нотариуса… Он всё объяснил. Бумаги на столе в кабинете.

Андрей едва удержался, чтобы не хмыкнуть. Марк Сергеевич — их лечащий врач, которого Елена нашла сама через знакомых. Теперь всё сходилось. Врач был с ней в сговоре. Они вместе подделывали диагнозы, выписки и рецепты на дорогие препараты.

— Хорошо, дорогая, — ответил Андрей, погладив её по плечу. — Я сейчас всё изучу и подпишу. Ты отдыхай.

Он поднялся и вышел из спальни, направившись в небольшой кабинет. Сердце колотилось. На рабочем столе действительно лежала папка с документами.

Андрей открыл её и быстро пробежал глазами по тексту. Это была не просто доверенность. Это был полный отказ от доли в совместном бизнесе — небольшом, но прибыльном логистическом агентстве, которое Андрей поднимал с нуля пять лет, — а также дарственная на его личную квартиру, купленную ещё до брака. В случае его подписи он оставался нищим.

Но самое главное было внизу. К документам был приложен проект страхового полиса. Огромная сумма страхования жизни… его жизни.

У Андрея перехватило дыхание. Они не просто хотели забрать всё его имущество. Они готовили нечто большее.

Он достал свой личный телефон и быстро сфотографировал каждую страницу на камеру, отправляя файлы в облачное хранилище. Затем открыл ноутбук Елены, который стоял на столе. Он был заблокирован паролем.

Андрей набрал дату их свадьбы — не подходит. Набрал дату её рождения — ошибка. Тогда он попробовал дату рождения Марка Сергеевича — врача, которую случайно запомнил из его медицинской карты, лежавшей дома.

Ноутбук разблокировался.

В груди Андрея всё перевернулось. Значит, они не просто сообщники. Они любовники.

Он быстро открыл историю браузера и мессенджеры. Переписка с контактом «Марк» была открыта. Андрей начал прокручивать сообщения вверх, и с каждым словом его волосы вставали дыбом.

«Он верит каждому слову, — писала Елена. — Думает, что я угасаю. Собрал уже почти всю сумму на операцию в Германии».

«Отлично, — отвечал Марк. — Как только он подпишет бумаги на квартиру и бизнес, перейдём к финальной части. Препарат я подготовил. Симптомы будут похожи на sudden сердечный приступ от переутомления и стресса. Никто даже экспертизу делать не станет, учитывая, в каком он состоянии».

«Когда?» — спрашивала Елена.

«В пятницу. После того, как он переведёт деньги на счёт клиники. Счёт, естественно, наш».

Пятница… Это завра.

Андрея обдало ледяным потом. Они планировали его убийство. Всё было продумано до мелочей. Его усталость, его бессонные ночи, его эмоциональное истощение — всё это готовило идеальную почву для того, чтобы его смерть выглядела как естественная остановка сердца от переутомления.

Он быстро достал флешку, переписал всю переписку, скачал аудиосообщения и копии фальшивых медицинских заключений. Руки дрожали так, что он едва попадал по клавишам.

Вдруг в коридоре раздались шаги.

Андрей мгновенно выдернул флешку, закрыл ноутбук и откинулся на спину в кресле, сделав вид, что внимательно читает документы из папки.

Дверь кабинета тихо открылась. На пороге стояла Елена. В руках она держала стакан воды и небольшую белую таблетку.

Она больше не выглядела смертельно больной. На ней был шелковый халат, осанка была прямой, а в глазах горел холодный, расчетливый огонь. Она даже не пыталась больше изображать слабость.

— Ты долго думаешь, Андрей, — произнесла она, подходя к столу. — Подпиши бумаги. Тебе нужно расслабиться и поспать. Ты совсем измотан.

— Лена… — Андрей поднял на неё взгляд, старательно изображая крайнюю степень усталости и растерянности. — Тут написано, что я передаю тебе всё. Вообще всё. И бизнес, и квартиру… Зачем это сейчас? Тебе же нужны деньги на лечение, а не управление компанией…

— Так надо, — резко отрезала она. — Марк Сергеевич сказал, что это необходимо для оформления документов на выезд в немецкую клинику. Ты мне не веришь? После всего, что мы прошли?

Она подошла ближе и положила перед ним таблетку.

— Выпей это. Это сильное успокоительное. Тебе нужно поспать. А завтра утром ты пойдёшь в банк и подпишешь остальное.

Андрей посмотрел на белую таблетку. Это был тот самый «препарат»? Они решили не ждать пятницы?

— Лена, я не хочу сейчас ничего пить, — тихо сказал он, отстраняя стакан. — У меня просто голова разрывается. Я подпишу всё завтра.

Выражение лица Елены мгновенно изменилось. Исчезла даже та фальшивая забота, которую она пыталась изображать. Её глаза сузились, превратившись в две ледяные щели.

— Ты подпишешь это сейчас, Андрей, — её голос стал низким, пронизывающим до костей. — И выпьешь лекарство. Ты ведь не хочешь, чтобы всё закончилось раньше времени и намного больно?

В этот момент за её спиной, в прихожей, раздался щелчок входного замка.

Андрей замер. У кого ещё могли быть ключи от их квартиры?

Елена слегка вздрогнула, но не удивилась. Она лишь ухмыльнулась.

В кабинет вошёл человек. Это был Марк Сергеевич. В руках он держал небольшой кожаный саквояж. Он был без медицинского халата, в обыкновенной кожаной куртке, с сухим, жестким лицом.

— Ну что здесь? — спросил Марк, даже не глядя на Андрея. — Он всё подписал?

— Упирается, — холодно ответила Елена. — Начинает задавать лишние вопросы.

Марк вздохнул, медленно поставил саквояж на стол и расстегнул молнию. Извлекая из него одноразовый шприц и небольшой стеклянный ампулу, он наконец посмотрел Андрею прямо в глаза.

— Андрей, вы меня разочаровываете, — произнёс врач спокойным, будничным тоном, будто обсуждал погоду. — Вы так хорошо играли роль заботливого мужа. Зачем портите всё в самом конце? Всё могло пройти тихо и безболезненно. Спишете всё на инфаркт. Вы ведь так устали…

Андрей медленно поднялся с кресла, отступая к окну. Пути к выходу были перекрыты. Их было двоих, а он был истощён месяцами стресса и недосыпа.

— Вы сумасшедшие, — прошептал Андрей, незаметно нащупывая карман, где лежал телефон с включённой диктофонной записью. — Вас всё равно найдут. Полиция сделает вскрытие, они поймут…

Марк тихо засмеялся:

— Какое вскрытие, Андрей? Экспертизу буду проводить я. Точнее, мой хороший знакомый из областного морга. В заключении будет написано: острая сердечная недостаточность на фоне хронического стресса. Никто даже не станет копать. Для всех вы — герой, который сгорел, спасая умирающую жену.

Елена подошла к Марку и взяла его за руку. В её глазах не было ни капли сожаления, ни тени сомнения. Только холодный расчёт.

— Хватит разговоров, Марк, — сказала она. — Покончим с этим. Соседи могут услышать шум, если он начнет кричать.

Марк кивнул, набрал прозрачную жидкость из ампулы в шприц и сделал шаг к Андрею.

— Не дергайтесь, — предупредил он. — Если будете сопротивляться, будет только больнее.

Андрей спиной упёрся в подоконник. Известно было: надежды на помощь нет. Телефон в кармане всё ещё писал звук, но какой в этом толк, если его просто убьют прямо сейчас?

Он судорожно осмотрел комнату. На стол с документами, на тяжелую бронзовую статуэтку, на стакан с водой…

И тут за его спиной, с улицы, раздался громкий звук.

Это не был случайный шум. Это был звук воющего сирены полицейской машины, которая остановилась прямо под их окнами. А за ней — второй, третьей.

Свет синих и красных маячков мгновенно озарил стены кабинета через жалюзи.

Елена и Марк одновременно вздрогнули и обернулись к окну.

— Что это? — нервно спросила Елена, и её голос впервые дал трещину. — Марк, что происходит?! Ты кого-то привёл?!

— Нет! Я приехал один! — рябчиком рявкнул врач, пряча шприц в карман.

В этот самый момент из динамика телефона Андрея, который всё это время лежал у него в кармане, раздался громкий, четкий голос через громкую связь:

— Группа захвата на позиции. Квартира блокирована. Андрей, вы меня слышите? Держитесь, мы ломаем дверь!

Елена побелела так, как не выглядела за все два года своей «болезни». Она уставилась на Андрея с немым ужасом.

Андрей медленно вытащил телефон из кармана и показал им экран. На нем горел активный звонок.

— Вы думали, я дурак? — тихо, с ненавистью произнес Андрей. — Я вызвал полицию и следственный комитет ещё сорок минут назад, пока стоял в подъезде и слушал твой разговор, Лена. Всё, что вы только что сказали — от первой до последней фразы — записано и прямо сейчас транслируется оперативной группе.

Входная дверь в квартиру со страшным грохотом сорвалась с петель под ударами тарана. В коридор ворвались тяжелые шаги, послышались крики: «Полиция! Всем оставаться на местах! Руки на капот!»

Марк мгновенно бросился к выходу из кабинета, но Андрей, собрав все оставшиеся силы, рванулся вперёд и сбил врача с ног, повалив его на паркет. Шприц отлетел в сторону и разбился.

Елена закричала, отступая к углу комнаты.

Через секунду в кабинет ворвались трое СОБРовцев в полной экипировке с автоматами наперевес.

— На пол! Мордой в пол! Оба! — рявкнул командир группы.

Марка мгновенно скрутили и надели наручники. Елену прижали к стене, заломив руки за спину. Она визжала, проклинала Андрея, билась в руках оперативников, но её слезы и крики больше никого не могли обмануть.

Следователь в гражданском, вошедший вслед за спецназом, подошёл к Андрею, помог ему подняться и похлопал по плечу:

— Вы молодец, Андрей. Четко сработали. Аудиозапись и ваши фото документов уже у нас. Они сядут долго и всерьёз.

Андрей кивнул, чувствуя, как колоссальная тяжесть последних лет наконец сползает с его плеч. Он посмотрел на Елену, которую выводили из комнаты. На секунду их взгляды встретились. В её глазах больше не было ни хитрости, ни холода — только дикий, животный страх.

Следователь начал собирать вещественные доказательства с рабочего стола: флешку, разбитый шприц, папки с фальшивыми диагнозами.

— Ну что, — сказал следователь, застёгивая пакет для улик. — Дело верное. С покушением на убийство группой лиц по предварительному сговору они отсюда не выпутаются. Проедемте с нами для дачи официальных показаний.

Андрей глубоко вздохнул. Впервые за два года он мог дышать полной грудью. Всё кончено. Он спасён.

Он пошёл вслед за следователем к выходу. Они вышли на лестничную площадку, где суетились сотрудники полиции и зеваки-соседи. Андрей уже ступил на первую ступеньку лестницы, как вдруг его телефон в кармане снова зазвонил.

Номер был незнаком.

Андрей нажал на кнопку ответа и приложил трубку к уху:

— Алло?

Из динамика раздался незнакомый, хриплый мужской голос, который произнёс шепотом:

— Андрей? Не думай, что всё закончилось. Елена и Марк — всего лишь исполнители. Настоящий хозяин твоего бизнеса всё ещё на свободе. И прямо сейчас твоя сестра садится в его машину…