Новая жена отца побледнела, когда я…
Часть 2
Человек, стоявший в дверях, вежливо улыбнулся и поправил лацкан своего строгого серого пиджака.
Это был доктор Михаил Корсаков — ведущий токсиколог и бывший главный врач частной клиники.
Лицо Алины мгновенно потеряло остатки румянца, превратившись в восковую маску страха.
«Что здесь происходит? Кристина, кто это?» — хриплым, сорванным договором спросил отец.
«Сядь, папа, тебе сейчас вредно волноваться, учитывая твое состояние», — тихо сказала я.
Алина резко вскочила, ее идеальный маникюр до боли впился в край дубового стола.
«Игорь, дорогой, выстави их! Эта девчонка сошла с ума от зависти к нашему счастью!»
Но доктор Корсаков спокойно вытащил из кожаного портфеля плотную папку с документами.
«Добрый вечер, Игорь Петрович. Мы не знакомы лично, но я очень хорошо знаю вашу супругу».
Отец тяжело опустился обратно, его дыхание стало прерывистым, на лбу выступил холодный пот.
За последние полгода некогда успешный мужчина превратился в сомневающегося, слабого старика.
Все началось в тот день, когда в жизни отца внезапно появилась эта молодая «спасительница».
Она окружила его приторной заботой, полностью изолировав от старых друзей и семьи.
Затем начались его странные недомогания — постоянная слабость, головокружения и провалы в памяти.
Именно на этом фоне отец и принял решение переписать абсолютно всё имущество на нее.
«Папа, помнишь, как ты сдавал анализы неделю назад под предлогом обычной диспансеризации?»
Отец молча кивнул, его испуганные глаза были прикованы к лежащей на столе папке.
«Эти анализы изучал лично доктор Корсаков в независимом институте клинической токсикологии».
Алина попыталась выхватить папку, но я жестко перехватила ее ледяную, дрожащую руку.
«Не трогай, Алина. Твое время беспрепятственно хозяйничать в этом доме официально подошло к концу».
Доктор Корсаков открыл первую страницу и начал читать ровным, лишенным эмоций голосом.
«В крови Игоря Петровича обнаружена критическая концентрация опасных тяжелых металлов».
«Этот специфический препарат вызывает постепенное, незаметное разрушение всех когнитивных функций человека».
«Он не продается в обычных аптеках и используется только под строжайшим медицинским контролем».
Отец медленно поднял голову, его глаза были полны ужаса: «Алина… о чем они говорят?»
Мачеха резко изменилась в лице, сбросив привычную маску невинной, любящей овечки.
«Это наглая ложь! Вы всё подстроили, чтобы отобрать у меня законное наследство!» — закричала она.
«Игорь, ты же веришь мне? Я каждый день сама готовлю тебе диетическую еду и витамины!»
«Вот именно, Алина. Ты сама даешь ему эти „витамины“ порция за порцией, приближая его смерть».
Доктор Корсаков перелистнул страницу: «Три года назад у меня был аналогичный пожилой пациент».
«Его молодая сиделка Алина Соколова спешно уволилась сразу после переоформления его квартиры».
Услышав свою девичью фамилию, Алина резко замолчала и медленно отступила к большому окну.
Отец схватился за сердце, его лицо стало багровым, из груди вырывался лишь тяжелый хрип.
«Папа! Где твои лекарства?» — закричала я, но мачеха внезапно преградила мне путь.
В ее руке появился маленький изящный пистолет, который она незаметно достала из сумочки.
«Всем стоять на месте! Никому не двигаться, иначе я прострелю тебе голову, сучка!»
Каждое слово этого призрака из прошлого ломало выстроенную ею стену лжи и цинизма.
Доктор Корсаков замер, подняв руки, а отец начал медленно сползать со своего стула.
«Ты думала, что самая умная, Кристина? Думала, разрушишь план, который я вынашивала два года?»
«Мне плевать на твоего отца, мне нужны только его деньги, и я заберу их любой ценой!»
«Завещание уже подписано нотариусом! Если твой папочка умрет прямо сейчас, всё достанется мне!»
«А тебя и твоего доктора я оформлю как грабителей. У меня лучшие адвокаты в городе!»
Она взвела курок, ее палец лег на спусковой крючок, направленный прямо мне в грудь.
«Стреляй, Алина. Но перед этим посмотри на экран своего телефона на столе», — тихо сказала я.
Алина на секунду скосила взгляд на мобильный, который внезапно вспыхнул от входящего вызова.
На экране высветилось имя, при виде которого ее лицо исказилось от подлинного, первобытного ужаса.
Это был звонок от человека, которого она считала мертвым уже очень много лет.
Из динамика на громкой связи раздался глухой голос: «Привет, Алина. Соскучилась по законному мужу?»
Часть 3
Голос принадлежал Сергею Волкову — первому мужу Алины, которого она пыталась отравить ради страховки.
Он выжил, сменил имя и все эти годы искал способ наказать преступницу, объединив усилия со мной.
В этот же момент двери столовой с грохотом распахнулись, и в помещение ворвались сотрудники ОМОНа.
Пистолет с глухим стуком выпал из рук Алины, ее тут же повалили на пол и заковали в наручники.
«Игорь Петрович, скорая уже дежурит у входа», — произнес следователь, пока медики вводили отцу антидот.
Я опустилась на колени рядом с отцом, крепко сжимая его холодную, дрожащую ладонь.
Он посмотрел на меня глазами, полными слез и глубокого раскаяния: «Кристина… дочка… прости меня…»
«Всё позади, папа. Главное — ты жив, а остальное мы обязательно восстановим вместе», — прошептала я.
Алину вывели под конвоем; ее ждал суд за покушение на убийство и мошенничество в особо крупном размере.
Прошел год. Мой отец полностью восстановился после тяжелого отравления и аннулировал этот фиктивный брак.
Он вернул мне законные права на управление бизнесом и полностью переписал завещание в мою пользу.
Мы сидели на веранде, отец улыбнулся и тихо произнес: «Самое ценное наследство — это верность тех, кто тебя никогда не предаст».