Часть 1

На следующий день после медового месяца мой муж снял ремень и улыбнулся: «Пора научить тебя правилам жены».

Я спокойно надела боксёрскую форму, затянула перчатки и ответила: «Отлично, мне как раз нужен спарринг-партнёр». Его ухмылка мгновенно исчезла.

Тяжёлая пряжка с лязгом ударилась о лампу, разнёсшись по спальне, словно выстрел.

Дерек наматывал кожаный ремень на кулак с чувством абсолютного превосходства.

Он ждал этого момента с самой свадьбы.

Оглядываясь назад, я понимаю: звоночки были всегда.

Он контролировал мою одежду, требовал пароли и указывал, с кем общаться.

Я принимала это за банальную неуверенность, но ремень в его руке разрушил иллюзию.

Я не закричала и не стала умолять.

Вместо этого я расстегнула дорожную рубашку, под которой уже был чёрный компрессионный топ и боксёрские шорты.

Из чемодана я достала пару потёртых красных перчаток.

— Самое время, — тихо сказала я. — Мне как раз нужен спарринг-партнёр.

Дерек заржал, считая меня простой администраторшей из фитнес-клуба.

Он понятия не имел, почему мои костяшки покрыты шрамами.

И почему в моём кабинете стоит кубок чемпионки страны.

Он замахнулся первым.

Я ушла из-под удара, провела джеб в грудь, подсекла ногу и швырнула его на ковёр.

Пока он ловил воздух, я включила камеру на телефоне и указала на скрытый датчик дыма.

Его лицо исказилось от унижения.

Дерек схватил свой телефон и набрал матери:

— Мам, она сошла с ума!

Ответ свекрови из динамика заставил меня замереть:

«Действуй по плану, пока она не поняла, зачем ты на ней женился».

Часть 2

Голос свекрови, звучавший из динамика, казался ледяным, отстранённым и полностью лишённым человечности.

«Получи её подпись завтра, — чеканила Элеонора, словно зачитывала приговор. — Как только активы покойного отца перейдут на наш счёт, никому не будет дела до того, что происходит за закрытыми дверями вашего брака».

Я стояла посреди спальни, не шевелясь.

Моё дыхание оставалось ровным, но внутри всё выморозило до тёмной, жгучей пустоты.

Каждая деталь нашего быстротечного романа пронеслась перед глазами, пересобираясь в совершенно иную, жуткую картину.

Дерек появился в моей жизни спустя всего два месяца после похорон отца.

Он был безупречен.

Галантен, внимателен, угадывал каждое желание и окружил меня такой заботой, что я потеряла бдительность.

Я думала, что нашла спасение от одиночества.

А оказалась в аккуратно расставленном капкане.

— Ты слышала? — Дерек поднялся с пола, вытирая губу, на которой выступила капля крови.

В его глазах больше не было страха перед моими кулаками.

Там проступала сумасшедшая, ядовитая уверенность человека, который считает, что уже выиграл.

— Ты думаешь, твои боксёрские штучки тебя спасут, Алина? Ты нищая чемпионка. А мы — семья, которая владеет половиной этого города.

— Мой отец строил эту строительную компанию тридцать лет, — тихо произнесла я, шаг за шагом приближаясь к нему. — И ты правда думал, что сможешь забрать её с помощью ремня и звонка мамочке?

— Твой отец был дураком, — отрезал Дерек, сделав шаг назад и дерзко вскинув подбородок. — Он оставил всё тебе, не понимая, что ты просто баба. Слабая, эмоциональная дура. Ты подпишешь доверенность завтра. Или твой братишка неожиданно потеряет свою стипендию в Оксфорде, а затем и здоровье.

Эти слова стали последней каплей.

Он мог угрожать мне.

Мог пытаться отнять деньги.

Но трогать моего младшего брата Макса — это была смертельная ошибка.

Я не стала бить его снова.

Насилие в этот момент сыграло бы против меня.

Я опустила руки, сделала глубокий вдох и выключила запись на телефоне, сразу отправляя файл на резервный облачный сервер.

— Вон из моего дома, Дерек, — спокойно скачала я.

— Это наш дом, — хохотнул он, утирая нос backhand’ом. — Мы расписались. Всё, что здесь есть, теперь общее. И я никуда не уйду. Завтра утром приедет юрист с документами. Ты всё подпишешь, если хочешь, чтобы твой брат жил спокойно.

Он развернулся и пошёл в гостевую спальню, громко хлопнув дверью.

Я слышала, как защёлкнулся замок.

Ему казалось, что он контролирует ситуацию.

Он думал, что застал меня врасплох.

Но Дерек забыл одну простую вещь.

Ринг учит не только бить.

Ринг учит держать удар, анализировать тактику соперника и наносить решающий контрудар в самый неожиданный момент.

Я села на край кровати и открыла ноутбук.

Первым делом я отправила аудиозапись разговора Элеоноры и Дерека моему личному адвокату — человеку, которому мой отец доверял больше, чем самому себе.

Ответ пришёл через три минуты:

«Алина, этого мало для уголовного дела о шантаже, но достаточно, чтобы начать войну. Что ты планируешь?»

Я набрала ответ:

«Я не хочу войны. Я хочу уничтожить их бизнес до того, как они притронутся к моему».

Следующее утро началось в восемь утра.

Я спустилась на кухню в строгом деловом костюме.

Никаких перчаток, никакой агрессии.

Я была собрана, холодна и опасна.

Дерек уже сидел за столом, пил кофе и вальяжно листал планшет.

Рядом с ним сидела его мать — Элеонора.

Женщина пятидесяти лет, с идеальной укладкой, в дорогом костюме и с глазами гадюки.

При моём появлении Элеонора даже не улыбнулась.

Она просто положила на полированный стол пухлую папку с бумагами.

— Доброе утро, Алина, — произнесла свекровь чистым, покровительственным тоном. — Не будем тратить время на сентиментальности. Дерек рассказал мне о твоём неподобающем боевом прошлом. Это дико и вульгарно, но мы готовы закрыть на это глаза.

— Как великодушно, — я села напротив них и сложила руки на столе.

— Подпиши передачи прав управления холдингом Дереку, — Элеонора пододвинула к себе ручку. — Ты не разбираешься в бизнесе. Ты спортсменка, тренеришка. Мы сохраним твоё содержание. Будешь получать свои полмиллиона в месяц и жить ни о чём не думая.

— А если я откажусь? — я посмотрела прямо в её холёное лицо.

Дерек усмехнулся:

— Алина, не глупи. Вспомни про Макса. Оксфорд — опасное место. Там так легко оступиться или попасть под машину…

Я не успела ответить.

В этот момент в прихожей раздался звонок в дверь.

— О, а вот и наш нотариус, — довольно протянул Дерек, поднимаясь с места. — Пора заканчивать эту комедию.

Он пошёл открывать.

Я осталась сидеть за столом, чувствуя, как пульс учащается, но не от страха, а от предвкушения.

Все фигуры были расставлены на доске.

Дерек вернулся в гостиную, но не с нотариусом.

За ним шли три человека в строгих тёмных костюмах с кожаными папками в руках.

Возглавлял их мужчина с седыми висками и стальным взглядом — Аркадий Сергеевич, главный юрист моего отца и один из самых влиятельных адвокатов по корпоративным делам в стране.

— Что это значит? — Элеонора мгновенно подскочила с места, её укладка будто встала дыбом. — Кто эти люди?!

— Это моя юридическая команда, — спокойно ответила я.

— Алина, ты совсем из ума выжила?! — рявкнул Дерек, делая шаг ко мне. — Я же сказал тебе…

— Замолчи, Дерек, — перебил его Аркадий Сергеевич, даже не взглянув на парня.

Он положил на стол свою папку, открыл её и достал несколько документов.

— Госпожа Элеонора, господин Дерек, — произнёс адвокат ровным, чеканным голосом. — Позвольте вписать вас в курс дела. Во-первых, завещание покойного Виктора Николаевича содержит не просто пункт о передаче имущества Алине. Оно содержит так называемый «заградительный кластер».

Элеонора побледнела:

— Какой ещё кластер?..

— В случае попытки силового, психологического или финансового давления на Алину со стороны третьих лиц, включая её супруга, все активы автоматически и безвозвратно переходят в закрытый оффшорный трастовый фонд, управляемый независимым board’ом в Цюрихе, — продолжал Аркадий Сергеевич. — Ни Алина, ни вы не сможете получить к ним доступ в течение десяти лет. Вы женились на пустой оболочке, Дерек.

Дерек застыл, переводя ошарашенный взгляд с адвоката на мать.

На лице Элеоноры проступили красные пятна.

— Вы блефуете! — визгливо вскрикнула она. — Это филькина грамота! У нас есть связи, мы засудим вас!

— О, вы можете попробовать, — улыбнулся юрист. — Но это ещё не всё. Вторая часть нашей встречи касается вашего семейного бизнеса, Элеонора. Строительной компании «Арда-Групп».

При упоминании названия её компании Элеонора словно уменьшилась в размерах.

— Откуда… откуда вы знаете?

— Дело в том, — вступила я в разговор, опершись подбородком на сцепленные пальцы, — что мой отец прекрасно знал, кто вы такие. Он знал про ваши долги. Знал, что «Арда-Групп» находится на грани банкротства и что вам срочно нужны деньги для перекредитования.

Я сделала паузу, наслаждаясь тем, как фанаберия и спесь сползают с лиц моих обидчиков.

— Мой отец позволил тебе подобраться ко мне, Дерек. Он хотел проверить, насколько ты честен. И перед смертью он успел скупить восемьдесят процентов задолженности вашей компании через подставные структуры.

Я достала из папки юриста один единственный лист и положила его прямо перед свекровью.

— Сегодня утром я подписала документ отречения от отсрочки по вашим долгам. Завтра в девять утра ваши счета будут заблокированы, а всё имущество «Арда-Групп», включая ваш загородный дом и пентхаус, отпадёт в пользу моего холдинга.

— Ты… ты не можешь так поступить! — закричал Дерек.

Он рванулся ко мне, полностью потеряв контроль над собой, сжав кулаки. — Ты тварь! Ты всё спланировала!

Он замахнулся для удара.

Но я была готова.

Я не стала уворачиваться.

Я просто сделала короткий, молниеносный шаг навстречу, перехватила его руку за запястье, закрутила её за спину и с силой прижала его лицом к полированной поверхности обеденного стола.

Прижгла его так, что хрустнули суставы.

— Ещё раз замахнёшься на меня или хоть словом обмолвишься о моём брате, Дерек, — прошипела я ему прямо в ухо, — и я не просто заберу твои деньги. Я посажу тебя за попытку вымогательства и домашнее насилие. Запись вчерашнего вечера уже у следователя.

Я разжала пальцы и брезгливо оттолкнула его.

Дерек упал на стул, хватаясь за вывихнутое плечо и тяжело дыша.

Элеонора дрожащими руками пыталась собрать свои бумаги, её глаза были полны дикого, животного ужаса. Она поняла, что они не просто проиграли. Они потеряли всё.

— У вас два часа, чтобы собрать свои вещи и убраться из моего дома, — произнесла я, обращаясь к обоим. — Адвокаты привезут документы о разводе сегодня вечером. Если подпишешь без претензий, Дерек, я, возможно, разрешу тебе работать обходчиком на одной из моих строек. Чтобы было чем платить за съёмную квартиру.

Они не стали спорить.

Сломленные, униженные и уничтоженные, они выскочили из дома как ошпаренные.

Вечером того же дня я стояла на балконе своего дома, смотря на огни вечернего города.

В руках у меня был бокал с минеральной водой.

На столе лежал подписанный Дереком документ о разводе и полном отказе от любых финансовых претензий.

Я выиграла.

Я защитила наследие отца, сберегла брата и проучила тех, кто считал меня легкой добычей.

На душе было тихо и спокойно.

Телефон на столе вибрировал.

Я взглянула на экран. Звонил неизвестный номер.

Я сняла трубку:

— Алло?

— Алина Викторовна? — раздался в динамике незнакомый, хриплый мужской голос.

— Да, это я. Кто это?

— Меня зовут Игорь. Я бывший начальник охраны вашего отца, — мужчина сделал паузу, и я услышала, как он тяжело вздохнул. — Я знаю, что вы разобрались с Дереком и его матерью. Вы молодец. Но вы должны знать правду.

Моё сердце пропустило удар.

— О чём вы говорите?

— Дерек и Элеонора были лишь пешками, Алина, — тихо произнёс голос в трубке. — Ваш отец умер не от инфаркта. Его отравили. И человек, который заказал его смерть и нанял Дерека, чтобы добраться до ваших бумаг… прямо сейчас сидит в вашей юридической службе.

Я замерла, опустив бокал.

Взгляд автоматически упал на документы, которые мне сегодня утром привёз Аркадий Сергеевич.

— Вы уверены? — шепотом спросила я, чувствуя, как по спине пробежал ледяной холод.

— Я пришлю вам экспертизу через минуту, — ответил Игорь. — И будьте осторожны. Аркадий Сергеевич прямо сейчас едет к вам домой под предлогом подписать финальные бумаги по активам…