Часть 1

«Она сбежала, сынок. Ей просто надоело тебя ждать», — спокойно сказала мать, не мигая.

Джон Готти, глава мощнейшего криминального клана, вернулся из Европы на месяц раньше. Четыре месяца переговоров и кровавых разборок позади, но дома его встретила лишь звенящая тишина. И отсутствие беременной жены.

— Ты врешь мне. Прямо сейчас, — ледяным тоном произнес Джон.

Он обшарил весь особняк. В детской комнатке тихо качалась пустая колыбель. На белоснежном одеяле лежало только одно кольцо — обручальное. София никогда бы не сняла его добровольно.

Несколько дней Джон поднимал на ноги весь город, но поиски не давали результатов. София будто растворилась в воздухе. Пока один из охранников матери случайно не обронил: «Старая хозяйка слишком часто спускается в подвал…»

Джон мгновенно спустился в темное помещение. Там не было ничего, кроме пыли. Он уже собирался уходить, как вдруг из дальнего угла донесся слабый, едва слышный хрип.

Джон замер и медленно повернулся к ржавой железной клетке, где раньше держали огромного мастифа.

За прутьями, прямо на холодном бетоне, сидела София. Её живот стал еще больше, но сама она была истощена до предела.

Едва переводя дыхание, София подняла на него заплаканные глаза и прошептала:

— Джон… Не верь ей… Ребенок… он не от тебя.

Часть 2

Слова Софии прозвучали как гром среди ясного неба. Джон застыл, не в силах сделать даже шаг. Воздух в подвале стал тяжелым, как свинец.

— Что ты сказала? — переспросил он. Его голос дрожал от смеси ярости и дикой боли.

София судорожно обхватила руками округлившийся живот, сжимаясь в угол клетки. На ее запястьях алели глубокие ссадины от тяжелых цепей.

— Не верь ни единому слову моей матери… — прохрипела она, задыхаясь от слез. — Она держит меня здесь уже два месяца. Она хочет забрать нашего ребенка… а меня уничтожить.

Джон не стал больше слушать. Одним мощным ударом он сбил тяжелый навесной замок. Дверь клетки с грохотом распахнулась. He думая ни о чем, он опустился на колени прямо в грязь, подхватил дрожащее тело жены и прижал ее к себе. София была легкой как перышко. Ее кожа горела от жара.

— Я вытащу тебя. Слышишь? Я рядом, — шептал он, поднимая ее на руки.

В этот момент на верхней площадке лестницы зажегся свет. По ступеням медленно спустилась мать Джона, Элеонора. На ее лице не было ни капли страха или раскаяния. Лишь холодный, расчетливый цинизм.

— Зачем ты спустился туда, Джон? — спокойно спросила она, даже не глядя на Софию. — Ты должен был просто поверить, что она ушла. Так было бы лучше для всех.

— Ты заперла мою беременную жену в клетке? — Джон шагнул вперед, крепко сжимая Софию. В его глазах пылала жажда крови. — Ты совсем лишилась ума, мать?!

— Эта женщина — змея! — впервые повысила голос Элеонора. — Она разрушит наш клан! Ты уехал, а она начала тайком встречаться с людьми из семьи Моретти. С нашими заклятыми врагами!

— Это ложь! — выкрикнула София через силу, цепляясь за рубашку мужа. — Джон, твоя мать продала им наши территории! Я случайно услышала ее разговор по телефону! Она поняла, что я все знаю, и заперла меня здесь!

Джон переводил взгляд с матери на жену. Внутри него рушился весь мир, который он строил годами. Человек, которому он доверял больше всех на свете — родная мать, — стояла перед ним как враг. Но кому из них верить?

— Джон, сынок, одумайся, — мягко сказала Элеонора, сделав шаг навстречу. — Посмотри на нее. Она бредит от голода. Неужели ты поверишь девчонке с улицы, а не матери, которая отдала за тебя жизнь? Она хочет сткнуть нас лбами с кланом Моретти, чтобы они забрали наш бизнес!

— В таком случае, мы отправимся к врачам и сделаем ДНК-тест. Прямо сейчас, — отрезал Джон. — И если окажется, что ребенок мой, я лично заставлю ответить каждого, кто приложил к этому руку.

Лицо Элеоноры на секунду исказилось. В ее глазах промелькнула паника, которую Джон мгновенно заметил. Это была реакция виновного человека.

— Ты не выйдешь отсюда с ней, — тихо произнесла мать.

Из тени за ее спиной вышли трое верных телохранителей семьи с оружием в руках. Джон мгновенно понял: мать зашла слишком далеко. Она готова ликвидировать даже собственного сына, лишь бы сохранить свою тайну и власть.

— Ты поднимешь оружие на своего босса? — ледяным тоном спросил Джон, глядя на охранников. — Вы забыли, кому давали присягу?

Охранники переглянулись, замявшись. Но Элеонора рякнула:

— Он потерял рассудок из-за этой бабы! Стреляйте!

В этот момент сверху донесся грохот. Двери особняка выбили с треском. В подвал ворвались личные бойцы Джона, которых он успел вызвать еще до того, как спустился в подвал. Завязалась короткая, но жесткая перестрелка.

Джон прикрыл собой Софию, уводя ее вглубь помещения. Дым, крики, звон гильз — все смешалось в единый хаос. Через пару минут бойцы Джона полностью обезвредили охрану матери.

Элеонору зажали у стены. Она тяжело дышала, понимая, что проиграла.

— Ты пожалеешь об этом, Джон, — прошипела она. — Ты не знаешь всей правды…

— Предателей не прощают. Даже если у нас одна кровь, — ответил Джон. Он приказал запереть мать в ее же комнатах под усиленной охраной до выяснения всех обстоятельств.

Джон срочно отвез Софию в приватную клинику, находящуюся под его полным контролем. Лучшие врачи боролись за жизнь женщины и нерожденного ребенка. Джон не отходил от ее палаты ни на шаг, просиживая ночи напролет.

Через три дня София наконец пришла в себя. Врачи сообщили, что угроза миновала, а ребенок полностью здоров.

Джон вошел в палату с результатами экстренного теста ДНК, которые привез его доверенный врач. Руки главы клана слегка дрожали. Он вскрыл конверт, пробежал глазами по тексту и замер.

София посмотрела на него с мольбой и страхом:

— Джон… Что там? Ты веришь мне?

Джон медленно поднял глаза. На его лице не было радости. Лишь глубокая, темная тень.

— Тест показывает, что я отец, София, — тихо сказал он.

София облегченно вздохнула и заплакала:

— Слава богу… Наконец-то этот кошмар закончился…

— Нет, София. Кошмар только начинается, — Джон подошел ближе и положил на край ее кровати еще одну бумагу. — Мои люди проверили твои звонки и банковские счета за то время, пока меня не было.

София мгновенно переменилась в лице. Ее слезы высохли.

— Ты действительно не изменяла мне, и ребенок мой, — продолжить Джон, наклоняясь к самому ее уху. — Но моя мать не врала в одном. Ты действительно работала на клан Моретти с самого первого дня нашей свадьбы. И этот ребенок… ты планировала использовать его, чтобы отровить меня и переписать все активы семьи на себя.

София замерла, не в силах вымолвить ни слова. Ее бледные губы дрогнули.

Джон вытащил из кармана пистолет и тихо положил его на тумбочку рядом с ее рукой.

— У тебя есть один выбор. Либо ты сейчас рассказываешь мне, где прячется глава Моретти и какой у вас был план… либо этот конверт с доказательствами прямо сейчас отправляется к моим бойцам. И тогда даже ребенок тебя не спасет.

София посмотрела на пистолет, затем на Джона. На ее лице появилась холодная, совсем недетская ухмылка, которую Джон никогда прежде у нее не видел.

— Ты опоздал, Джон, — шепнула она. — Посмотри на часы. Моретти уже не прячутся. Они уже в твоем доме…