Часть 1

— Ты сожрал мою жизнь, Элька, а теперь хочешь доесть то, что от неё осталось? — тихо процедил Денис, резко развернувшись и прижав её к кафельной стене. Она лишь улыбнулась теми самыми губами, ради которых четыре года назад Артём вычеркнул прошлое из памяти. Сразу после похорон матери отец притащил эту провинциальную хищницу в их просторную московскую квартиру, объявив пятнадцатилетнему подростку о «новой маме». — Твой отец слаб, Денис, а я просто хочу выжить в этом террариуме, — прошептала она, не отводя глаз. Но внизу уже хлопнула входная дверь — Артём вернулся из командировки на три часа раньше, и запах его дешёвого парфюма мгновенно заполнил прихожую. Элеонора отпрянула от пасынка, накинула халат, но в её глазах не было страха — только холодный расчёт игрока, поставившего всё на зеро.

Часть 2

Артём поднялся по лестнице тяжело, волоча за собой кожаный портфель, набитый ненужными сметами и чужими подписями. Воздух в доме казался густым, наэлектризованным, пропитанным тем особенным запахом скандала, который не выветривается годами. Он скинул туфли и сразу заметил Элеонору — она сидела на диване в гостиной, делая вид, что увлечена глянцевым журналом, но её пальцы судорожно мяли шёлковую бахрому пледа. — Где Денис? — бросил Артём вместо приветствия, даже не целуя жену. Элеонора подняла на него большие, фальшиво-невинные глаза: — У себя в комнате, милый. Опять заперся. Ты же знаешь, он меня ненавидит. С каждым днем всё сильнее. Артём тяжело вздохнул, потёр уставшие глаза и рухнул в кресло. Четыре года назад он искренне верил, что спасает себя от одиночества, привезши из Воронежа эту молоденькую девочку. Но вместо уюта получил поле боя, где муж и сын медленно, методично уничтожали друг друга. — Он не ненавидит тебя, Эль, он просто застрял в том дне, когда погибла его мать, — устало произнёс Артём, хотя сам уже давно в этом сомневался. В этот момент на лестнице скрипнула половица. Денис спускался медленно, демонстративно не спеша. Он вырос за эти годы: стал выше отца, шире в плечах, а в его взгляде читалась такая взрослая, холодная уверенность, от которой у Артёма почему-то мурашки шли по коже. На Денисе была только спортивная футболка, обтягивающая рельефный торс — результат ежедневных изнуряющих тренировок в зале. — Никто нигде не застрял, пап, — спокойно сказал Денис, останавливаясь у подножия лестницы и глядя на отца сверху вниз. — Просто кое-кто слишком долго притворялся хозяином дома, забыв, кому этот дом на самом деле принадлежит. Артём подскочил с кресла, багровея от гнева: — Замолчи! Ещё одно слово, и ты полетишь отсюда к своим бабушкам в провинцию! Хватит с меня твоих истерик! Элеонора тихонько ахнула, прикрыв рот ладонью, но уголки её губ дрогнули в хищной усмешке. Она обожала, когда мужчины ссорились из-за неё — это доказывало её власть над обоими. — Ты не выгонишь меня, пап, — Денис подошёл ближе, и между ними повисло такое плотное напряжение, что, казалось, можно было резать воздух ножом. — Потому что ты боишься. Боишься того, что я знаю про ту ночь. Про аварии, про тормоза, про страховку, которую ты получил через три месяца после похорон. Артём побледнел так резко, будто из него выкачали всю кровь. Он сделал шаг назад, уперевшись бедрами в журнальный столик. — Ты… что ты несёшь? Какая страховка? Ты сошёл с ума! — Юридический факультет учит думать на три шага вперед, пап, — Денис обернулся и бросил короткий, многозначительный взгляд на Элеонору. — И поверь, моя практика началась гораздо раньше, чем ты думал. Элеонора резко вскочила, чувствуя, как почва уходит из-под ног. В её идеальном плане обогащения и комфорта не было места уголовным разборкам между отцом и сыном. Она попыталась вмешаться: — Денис, прекрати этот цирк! Твой отец любит тебя… — Заткнись, мачеха, — бросил парень через плечо так ледяно, что она осеклась, чувствуя себя абсолютно беспомощной куклой. В этот самый момент тишину разорвал резкий, настойчивый звонок в дверь. Не парадный стук соседей, а тяжелый, официальный стук, от которого в прихожей зазвенели зеркала. Артём замер, боясь повернуться. Денис же медленно улыбнулся, подошёл к двери и распахнул её настежь. На пороге стоял следователь в сопровождении двух понятых с папками подмышкой. — Артём Николаевич? Поздравляю с годовщиной, — тихо произнёс следователь, переступая порог. — У нас для вас новые обстоятельства по делу о гибели вашей супруги. И ордер на обыск. Денис отступил на шаг назад, пропуская полицию в дом, и тихо шепнул отцу прямо в ухо: — Ну что, пап? Начнем расследование с самого начала?